Последнее лето на Кристал-Бей

1.1. Парк аттракционов

Сколько она спала? Час? Полтора? Сон после полудня — это всегда как будто в другой реальности.

Время плывёт иначе, всё чуть приглушённое, даже воздух ощущается совсем по-другому. Лекси проснулась от того, что комната наполнилась медовым светом — пленивый закат подкрадывался к шторам, рисуя на стенах длинные полосы.

Сначала она просто лежала, смотря в потолок. Потом потянулась, словно кошка, и слезла с кровати, уже ощущая, как тело снова просыпается, готовое к вечерним приключениям.

В душе прохладная вода обняла её кожу — быстрая, освежающая. Пальцы пробежались по влажным волосам, капли стекали по плечам. Она вытерлась насухо, надела мягкий домашний халат и вернулась в комнату. Включив свой любимый плейлист на колонке, Лекси отправилась выбирать наряд на вечер в своём гардеробе.

Через пятнадцать минут она стояла перед зеркалом в коротком белом топе на бретелях, который контрастировал с её смуглой кожей. Топ плотно облегал фигуру, подчёркивая ключицы и тонкие плечи. Снизу — её любимые джинсовые шорты с высокой посадкой, чуть потрёпанные, зато идеально сидящие на талии. На ноги она надела свои старые белые кеды, те самые, в которых была на прошлом фестивале и в которых у неё оторвался шнурок во время дождя — она всегда помнила такие мелочи.

Она подошла к зеркалу и через несколько минут на её лице появился лёгкий макияж: немного хайлайтера, чуть оттенка на губы, ресницы. Всё по-летнему легко, но чётко. Лекси знала, как подчеркнуть себя, не перегибая. Её кожа и без того сияла после солнца и моря, и она не хотела прятать это под слоями косметики и одежды.

Зеркало отразило её лицо, плечи, силуэт… а потом — стену за спиной. Лекси на мгновение замерла.

Развернулась и подошла ближе к стене. Это была её личная галерея памяти — фотографии в белых и деревянных рамках, некоторые чуть покосились, но висели намертво. Она провела пальцем по одной из них — семья на пляже, ей тогда было лет десять, мама смеётся, папа держит их за плечи, а она вся в солнцезащитном креме и с маленьким совочком.

Дальше — школьные снимки, беззаботные и шумные, с друзьями, с залитыми светом лицами. Она улыбнулась. Но больше всего взгляд цеплялся за фото с Ноа. Он всегда был рядом. Как якорь. Или как солнце, которое светит не слишком ярко, но никогда не заходит.

Каждый год, в один и тот же день, они приходили в парк аттракционов. Когда там появилась фотобудка, у них появилась новая традиция — делать в ней дурацкие фото. Это стало их завершающим ритуалом, который они не нарушали с тех самых пор.

2021 — Лекси с чупа-чупсом, Ноа в смешных очках.

2022 — он с фальшивыми усами, она с сердечками на щеках.

2023 — оба надувают огромные пузыри из жвачки и косят глаза.

2024 — он целует её в щёку (случайно. По крайней мере, так сказал сам Ноа после фотки), а она кривляется.

— Скоро будет ещё одна, — сказала она вслух, почти шёпотом. — Пусть кадр этого года будет не хуже остальных.

И почувствовала внутри то странное, тёплое, но тревожное чувство: будто всё меняется, даже когда ты делаешь всё, чтобы всё осталось, как раньше.

Она отступила от стены, схватила сумку, ключи, телефон. Ещё раз посмотрела на себя в зеркало и вышла из комнаты — на встречу лету, вечерним фонарям и Ноа, который всегда ждал её, даже когда она не знала, что нуждается в этом.

☀️☀️☀️

Ноа опаздывал уже на целых тридцать минут.

Как всегда.

Лекси даже не проверяла телефон — она знала, что его сообщение с «Я уже выхожу!» означает, что он только начал искать носки или только встал с кровати, чтобы пойти в душ.

Это было в его стиле: забыть напрочь о времени и растянуться на кровати, читая комиксы, либо застрять в ванной на полтора часа, листая забавные видео с животными.

Она не злилась. Никогда не злилась на него по-настоящему. Но иногда подумывала: а что если?.. Что если просто сказать ему, что встреча в шесть, когда на самом деле — в семь? Может, хотя бы раз он будет ждать её, а не наоборот.

Сквозь вечерний воздух, ещё тёплый, но уже не такой обжигающий, Лекси подошла к знакомому дому — двухэтажному, с немного облупившейся нежно-голубой краской на крыльце и клумбой, где мама Ноа каждый год пыталась вырастить идеальные розовые пионы. Каждый раз безуспешно, но она никогда не сдавалась.

Дверь открыла миссис Мэйсон — в удобных брюках и мягкой белоснежной кофте. Светлые волосы мягкими волнами спадали на её плечи, на переносице — очки. При виде Лекси она сразу же заулыбалась:

— Лекси, солнышко! Проходи, Ноа еще в своей комнате.

— О, а я и не сомневалась, миссис Мэйсон. Что на этот раз, заблудился, пока искал выход? — усмехнулась Лекси.

— И откуда у него такие манеры, как можно заставлять девушку ждать? — вставил мистер Мэйсон, выглядывая из кухни с чашкой чая.

— На наше первое свидание ты опоздал на полтора часа, — парировала миссис Мэйсон, и как только мужчина хотел возразить, она обратилась к Лекси с лёгкой улыбкой, — Как ты, дорогая?