Последние дети ночи

Глава 4 Уговор

— Фух, не свернулась, — Рейс вытащила стакан из микроволновки.

— Мне казалось, у вас для этого есть какие-то специальные заклинания, разве нет? — Нэтт лишь на мгновение поморщился от тяжёлого запаха крови.

— Есть. Но ваша защита вполне может ударить по мне за вампирскую магию в помещении даже при наличии приглашения. Не хочу проверять, знаете ли, — она устроилась на стуле, подобрав одну ногу под себя. — Итак, о чём вы хотели поговорить, господин дознаватель?

Осознанно или нет, она промурылкала эти слова, облизывая кровь с губ. Нэтт только тяжело вздохнул: на него, в силу профессии, природное очарование других видов не действовало, уж очень быстро вырабатывался иммунитет к подобного рода вещам, что как правило дознаватели даже не успевали серьёзно начудить под чужим влиянием. Кроме совсем редких неустойчивых идиотов, но те, по его мнению, пусть и не сами были виноваты, вот только с выбором профессии явно промахнулись.

— Правда, я должна предупредить, — Рейс посмотрела на мутные разводы на стенках, — использовать себя для ловли на живца я не дам.

— И в планах не было, — притворно изумился мужчина и признал мгновение спустя. — В первичных уж точно.

Рейс покрутила стакан в руках, собирая остаток донорской крови для последнего глотка, которой опрокинула в себя. С секунду помолчала, рассматривая сидящего напротив дознавателя, борясь с сытой усталостью, накрывшей её на несколько ударов сердца. Нэтт, правда, взгляд истолковал по-своему: напрягся, резко выпрямляясь.

— «В первичных» не было, но как вариант рассматривали? — фыркнула. — Ладно, давайте к более насущным делам. Моя квартира и собственно ловля нашего мясника…

— Почему мясника?

— Такое количество крови на коврах и мебели… Нужно было рубить на куски. С учётом нашей регенерации — делать это увлечённо и со знанием дела. И, наверное, быть не одному…

К мысли о группе Нэтт и коллеги старались лишний раз не возвращаться: Илла, всё-таки, княжество достаточно маленькое, спрятать в нём даже отряд, способный тягаться с вампирами, было достаточно трудно, если только у этого отряда не было покровителя на самой верхушке. Дознаватель скривился под понимающим взглядом вампирши. Рейс убрала с лица длинную прядь, продолжая:

— Понимаю ваши чувства и тоже не горю желанием лезть в эти дебри. Если честно…

Она снова уткнулась взглядом в дно стакана. Если честно, она бы с большим удовольствием собрала бы имущество, забрала бы деньги, даже со своих личных счетов, и уехала бы куда-нибудь. Вон, на севере есть целые независимые вампирские общины, уж для неё этот вариант был бы безопаснее, чем нахождение в княжестве. Жажда мести никогда не была ей свойственна. С другой стороны, и в настолько — она мысленно запнулась, подбирая слово — необычные обстоятельства она до этого не попадала. А уж влезать в такие разборки на таком уровне — ищите идиотов.

Нэтт посмотрел на содержимое своей тарелки, сразу улавливая смысл. Если инициатива действительно идёт откуда-то сверху, то не ему в это лезть. Это в рамках столичного дознания он может засунуть свой нос куда угодно, в политической грызне особо приблежённых к князю его просто сожрут. И сделают это куда менее гуманными методами, чем это могли бы сделать вампиры. Но и просто перевести такое скандальное дело в разряд глухарей он не мог.

— Вы же понимаете, что переживёте всё это только при сделке с совестью? Найдёте исполнителя и повесите на него всё, даже не начиная копать под организатора и заказчика.

— Предлагаете изобразить выборочную слепоту и тупость?

— Ну, если вы не планируете героически погибнуть во цвете лет… Давайте честно, господин дознаватель, вы мне нравитесь как человек, и кровь у вас вкусная, — словно это было весомым аргументом в её глазах произнесла она, — магией насыщенная. Будет жалко если вы просто сгинете.

— Непостижимая женская логика, — он покачал головой.

— У нас она хотя бы есть, — огрызнулась Рейс, впрочем не слишком злобно. — Но я всё ещё жду ваших планов на ближайшее будущее, раз уж вы так активно принимаете участие в моей судьбе. В том числе на меня. Вещайте уже, что от вас ждёт начальство, в жизни не поверю, что вы меня так очаровываете по собственному почину.

— Я не могу, по вашему мнению, чуть злоупотребить служебным положением в пользу симпатичной девушки?

— Поверила бы, будь я человеком. Но вы явно из тех, кто мирится с присутствием вампиров в мире только потому, что они полезны системе, которой вы служите. Вот и всё, господин дознаватель. Так что давайте-ка напрямую. Использовать на вас внушение я не могу, раз уж мы в вашем доме находимся, но это не значит, что я не воспользуюсь им в другой момент.

— Рейс, всё крайне просто: вы — последний вампир в стране. А независимость Илла сохранялась веками исключительно благодаря вампирской общине. Её истребление — государственная измена по сути…

— …что, кстати, не является сферой вашей деятельности…

— …а если упустить ещё и вас — можно начинать обратный отсчёт до нашего разделения соседями. Имея одного вампира можно со временем восстановить силы, но не имея ни одного…

Он развёл руками.

*

Рейс рассматривала пляшущие на потолке пятна света из окна, проникающие даже через плотные шторы. Ноги зудели, но расставаться с ощущением природного, настоящего тепла она не хотела. Какаю-то её часть, то самое, присущее всем вампирам самолюбие, тешил факт, что теперь вокруг неё будут плясать, лишь бы она не сбежала из княжества. Но в то же время вампирская же паранойя билась в истерике, что её просто посадят на более короткий поводок и будут спускать по команде. Может, даже морить голодом, чтобы жажда крови заставляла её рвать людей по указке. В любом случае, пускать ситуацию на самотёк было глупо.

А вот возможности порыться в шкафах дознавателя не было, даже сейчас, пока тот находился на работе. Всё-таки Нэтт — не дурак, оставлять её рядом с личными вещами и документами без защитных мер. Так что девушка скиталась по квартире, то замирая на пороге кухни и любуясь ярким небом за окном, то возвращаясь в выделенную ей гостевую спальню, вытягиваясь на кровати и глядя на солнечных зайчиков. Ожидание и безделье сводили с ума. Она даже книг не нашла, хотя и ожидала увидеть в квартире мужчины хотя бы что-то более художественное, чем расследуемые им дела. По крайней мере, в общих помещениях ничего такого не было.