Последние из рода

Глава 30. Заслуженное наказание.

Эдельвейс, глубоко задумавшись, сидел на своём троне. Его прекрасные тонкие рога украшали маленькие белые цветы. После долгой паузы король открыл глаза, и его печальный взгляд упал на стоящую под стражей двух Соглядатаев Лиану. Эдельвейс вздохнул и сказал:

– Ты поставила меня в очень затруднительное положение, человеческое дитя. Следуя нашим законам, любой нарушитель запретных границ должен быть казнён. Но ты ведь стражница, а значит, мы не имеем права казнить тебя, да и, признаюсь честно, я и сам не горю желанием отдать такой приказ. Но если ты не понесёшь заслуженного наказания, то все решат, что можно без любых негативных последствий нарушать наши законы и пересекать закрытые границы.

Лиана подняла глаза, и её взгляд столкнулся со взглядом короля. Но девушка даже и не думала отводить глаз, она была достаточно сильна волей, чтобы выдержать взгляд любого – даже самого грозного – правителя. Удивлённый подобной храбростью, Эдельвейс улыбнулся и сказал:

– Я не могу переписать законы моего народа. Но ведь в любых законах всегда есть потаённые ходы. Я нашёл единственный способ сохранить тебе жизнь, дитя. Ты будешь изгнана за пределы моего королевства и, если снова переступишь его границы, то даже моя власть не безгранична, и ты умрёшь.

Даже если Лиана и была ошеломлена таким приговором, то внешним видом она ни капли этого не выдала.

В этот момент в тронный зал вошла Далия, грациозно прошествовала к трону, сказав:

– Отец, король, прибыл посланник короля Фавста, он просит незамедлительно принять его.

Эдельвейс тихо вздохнул и спросил:

– А где же он сейчас?

– Ждёт разрешения войти, у ворот дворца, – ответила Далия.

Эдельвейс встал со своего трона, выпрямился во весь рост и громко приказал:

– Ну, раз так, то пускай же он войдёт и изложит мне столь срочное послание своего владыки.

Через несколько минут стражники ввели в тронный зал посланника. Это был высокий широкоплечий мужчина с завязанными глазами. Когда посланник оказался прямо перед троном, Эдельвейс приказал развязать ему глаза.

– Ваше величество, – сказал своим привычно мягким голосом Элебрил и поклонился лесному королю.

Его волосы были заплетены в хвост всё той же красной лентой, только теперь кончики её были опалены, как и большая часть его одежды.

– Приветствую тебя, Элебрил. Что за срочные новости ты принёс?

Элебрил прокашлялся и сказал:

– Вести печальные. Последний оплот пал под натиском войск Империи. Город сожжён чуть ли не дотла, и многие жители погибли.

Крик ужаса невольно вырвался из уст Лианы, – как раз в это время Шорох нёс свой дозор в городе.

– Вести, и правда, мрачные, – согласился Эдельвейс и сел обратно в свой трон, – и что же король Фавст хочет от меня?

– Несмотря на большие потери и на превосходящее нас втрое число противников, мы одержали победу, и армия Варгана разгромлена. Потрёпанные и уставшие войска Империи отступили на север, к Великим Равнинам, и мой король решил, не дожидаясь пока они восстановят силы, контратаковать, чтобы полностью обескровить Империю. Все, выжившие в сражении за последний оплот, отправились в погоню за отступившим противником на рассвете следующего дня. Но, вопреки ожиданиям короля Фавста, армия Варгана двигалась в разы быстрее нашей, и в погоне мы слишком сильно углубились в равнины, отойдя от леса. И тогда разведчики донесли, что ещё одна армия вышла из крепости Дельта, намереваясь ударить нашей собственной в тыл. Сил на оборону на двух фронтах у нас просто не было; выход оказался один – отступать к Восточному побережью. И теперь наши люди зажаты с двух сторон надвигающимися армиями Империи. Мой король просит Вас о помощи.

Эдельвейс прикрыл глаза и на некоторое время погрузился в раздумья. Приняв решение, он провозгласил:

– Я не могу действовать так поспешно. Сегодня вечером я снова созову Совет Крон, и там мы решим, стоит ли отправлять наш народ на войну.

– Но вы ведь уже пообещали моему королю, что будете его поддерживать. Или это были пустые слова?

Эдельвейс встал со своего трона. Звезда на его посохе засветилась, когда он произнёс:

– Не забывайся, мальчик. Ты говоришь с одним из самых древних созданий на этой планете. Я родился ещё задолго до вашего появления и владею большей мудростью, чем вы. А в спешке нет никакого толка и мудрости. А что до твоего обвинения, то передай королю Фавсту, что я и так держу своё слово. Наш народ жертвует тонны провизии, чтобы поддержать армии Свободных Людей, мы предоставляем вам кров в своём доме – под сводами этого леса.

– Прошу прощения, я не хотел оскорбить Вас, – извинился Элебрил, – я лишь хочу, чтобы вы поняли: если Ваши войска немедленно не выступят на подмогу королю Фавсту и его людям, они просто не доживут до следующей недели.

Эдельвейс снова сел и сказал:

– Я прощаю тебя, но решения своего менять не стану. Это слишком большой риск для моего народа, и я не могу так легко соглашаться на подобные просьбы. Я не имею права рисковать жизнями лесных духов, ведя их на войну. Лишь если они сами дадут согласие, я смогу помочь.