Последние семь дней лета

День -1

[Макс]

— Какого чёрта с тобой происходит, Макс?

Егор был самым разумным и хладнокровным из нас, поэтому после линейки я попёрся с ним в шахматный клуб.

Линейка…

Было невыносимо видеть её припухшие глаза — как пить дать ревела всю ночь. Но на меня она даже не посмотрела. Стояла там со своей мамашей, такая послушная и прилежная. Снова с прилизанными в строгий хвостик волосами.

Ненавижу.

И хвостик, и её мать, и…

Чёрт, ну почему так хреново?..

Я посмотрел на Егора, выигравшего очередную партию у какого-то очкарика и подошедшего ко мне, и усмехнулся:

— Всё пучком, друг.

— Мне-то не рассказывай, — опустился он в кресло рядом. — Мы все заметили… Ещё бы не заметить! Мало того, что не ликовал вместе со всеми общему классу, так ещё попёрся со мной в шахматный клуб!

— Наивно полагал, что здесь меня доставать не будут. Ошибся.

— Марат считает, что дело в какой-то девчонке. Это правда?

Я стиснул зубы и процедил:

— Сам он какая-то девчонка.

— О, особенная, значит?

— Других таких нет. Таких дурацки послушных, слабохарактерных, бесящих…

— Когда ты только успел? — удивился Егор.

— В последние семь дней лета. Самого лучшего… и худшего.

— Брось. Будут у тебя ещё другие и семь дней лета, и девчонки.

Я не выдержал, потому что этот баран ничего не понимал, подскочил и треснул кулаком в стену:

— Не будут! — Я тяжело дышал, стараясь не разреветься на глазах у друга. — Она… Рита… Мне с ней было по-настоящему классно! Легко! Она… Да, особенная! Моя…

Мне снова захотелось треснуть по стене, я даже замахнулся, но Егор поймал мою руку и сказал:

— Тогда ты пришёл не в то место, Макс.

— Да уж заметил! — выплюнул я.

— Тебе следует выпустить пар. Идём.

— Куда?

— В спортзал Тихи. Там есть груши и боксёрские перчатки. А здесь нас уже идут выгонять. Кстати, премного благодарен, — саркастично заметил Егор, — теперь меня вряд ли пустят обратно.

— Обращайся.



Отредактировано: 18.09.2024





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять