Последний царевич

Глава 10. Черт пытается нас побрать.

Глава 10.

Черт пытается нас побрать.

Как только открылась дверь, меня опять начало лихорадить. Трясло с головы до ног. Я стиснул зубы, чтобы не стучали. Щелкнул выключатель.

-Сюда, пожалуйста, - лебезил Михалыч.

Комнату залил тусклый зеленый свет. Уф! При таком и мы с Ленкой сойдем за экспонаты. Я боролся с головокружением, ледяной пот катился по лбу, глаза жмурились сами собой.

-Как он умер? - спросил мой потенциальный босс.

-Его нашли в торфянике. Видимо, утонул в болоте.

-Ритуальное убийство? При нем что-нибудь обнаружили?

-Боюсь вас разочаровать. Ничего.

-Иди и проверь.

-Но… - и смотритель послушно прошаркал к моему укрытию. По пути он что-то уронил. Тяжелое. На себя. Мне послышалась нецензурная брань, но, не успев удивиться, я все-таки понял, что он сказал всего лишь «О-гло-бля!». Михалыч покряхтел-покряхтел, и развернул шкуру.

-А-а-а!

Грохот рухнувших экспонатов заставил меня открыть глаза.

Взрывная волна откинула старика к выходу.

-А-а-а!!! - взвизгнула Ленка.

Смотритель всей своей тушей приземлился на Голубеву.

Не вполне осознавая, что именно я буду делать, я стал медленно подниматься. Надо было спасать одноклассницу! В голове мелькнула мысль, вычитанная сегодня днем: если клад заговорить на определенного человека, другой просто не сможет его взять! Я тут же решил, что мое наследство заговоренное. Уже легче – никому, кроме меня не достанется. И завещаний не надо. В свете тусклых ламп по стене поползла рогатая тень. Я сначала струхнул, а потом понял - это же я не снял маску! Бедный Михалыч – у него глаза вылезли из орбит. Голубева, зеленая в сумрачном свете, повизгивая и копошась, приближала его сердечный приступ. Я на мгновение приподнял козлиную морду, чтобы не стать причиной смерти Михалыча, и подмигнул. Не нужно быть телепатом, чтобы догадаться, о чем он подумал: «Как? Вы теперь здесь целуетесь?!»
Ага, делать нам больше нечего!

Колдун выдернул из-под смотрителя Ленку. Он стоял ко мне спиной, не подозревая, что опасность может подкрасться сзади. Хотя, какая из меня опасность! Конечно, мне хотелось крикнуть: «Отпусти ее!» и все такое, но я не мог. У меня даже не получалось разлепить губы. Во рту пересохло. Я издал непонятный звук, и схватил первое, что подвернулось мне под руку, пока этот расхититель гробниц не успел обернуться. Оглобля обрушилась колдуну поперек хребта и сломалась. Гад покачнулся, но Голубеву не выпустил.

-Свали подонка! – завизжал я, Ленка послушно грохнулась и потянула колдуна за собой. Я швырнул в него лаптями и тазиком. Больше под рукой ничего не оказалось, и когда папкин дружок поднялся на ноги и обернулся ко мне, я уже притворялся чучелом.

Что же делать? Ленка болталась в его руке задушенной курицей. Я зажмурил глаза. Мне опять «чудилось». Лицо папкиного начальника превращалось в обглоданный череп. Да мой прапрадедушка выглядел лучше! Опять глаза - бездонные засасывающие воронки.

Я не выдержал. Попятился назад и уперся руками в мумию. Хрустнуло. Кажется, я дедуле что-то сломал.

«Эх, была - не была!», - я обернулся и распахнул дедушке челюсть.

И выхватил причитавшееся «наследство»! Это оказался всего-навсего кружок.

«Наверное, какой-нибудь амулет!» - решил я и выставил его прямо перед собой. Больше защищаться мне было нечем.

Я заглянул колдуну в глаза. Его хохот гремел, словно камнепад в горах. Плохи мои дела, раз ему весело. Вдруг я почувствовал, как во мне исчезает страх, а вместе с ним и воля. Я шагнул вперед. Один раз, другой, и с каждым шагом я забывал, кто я. Этот клоун стирал мне сознание, как мел с доски! Он вел меня, словно куклу на ниточке!

И вдруг эта нить лопнула. Ленка вцепилась зубами в плечо колдуна – и он перестал пялиться на меня. В голове прояснилось.

-Не смотри! Не смотри ему в глаза! – крикнула Голубева.

Я уперся взглядом в его лакированные ботинки.

-Смотри в переносицу!

Черт отшвырнул Голубеву. Мы кружили друг против друга как боксеры на ринге. Он пытался снова поймать мой взгляд, но я уже не сводил глаз с его горбатого носа. Началось… Меня окатило тугой волной. Теперь я двигался, словно в толще воды. В ушах пронзительно звенело, в глазах плясали круги. От страха волосы у меня на голове поднялись дыбом, как у панка. Внезапно реальность треснула, и я увидел его в сиянии силы. Не закрывая глаз! Наяву! Плащ, расшитый узорами, украшенный священными знаками, питал колдуна, как почва питает растение.

Меня закрутило волчком. Потом распластало по полу. Я сжимал бесполезный кружок и стремительно впадал в отчаяние. Пространство пульсировало. Из носа потекла кровь, голову разрывало изнутри. Неужели нельзя прикончить по быстрому, кому нужны все эти спецэффекты?

-Ваня! Помоги! – голос Ленки донесся как будто издалека. Я ахнул, и снова оказался в запаснике. С трудом подняв голову, я не сразу ее увидел. Очертания колдуна с каждой секундой становились прозрачнее, а вместе с ним исчезала и Ленка! Он вцепился в нее своими когтями, и моя подруга медленно таяла в воздухе. Почему-то вспомнилась картинка из Пушкина: Черномор уносит Людмилу. Я представил, что в ее поисках мне придется глодать железные булки и топтать железные башмаки.

«Ну, дедуля, ну, твою мать!» - я выдал нецензурную брань. Два абзаца, все, что выучил с детского сада.

Запасник озарило золотое сияние. Золотая Ленка упала на золотой пол, колдун, темное бесформенное пятно, растворился в золотом воздухе. «Дисней отдыхает», - пробормотал я, и тут папкин босс со мной «попрощался»: сильнейший удар отбросил меня к стене, едва не переломав ребра. Музейные ценности, те, что были плохо закреплены, полетели мне в голову. Последним на меня упало тяжеленное блюдо. Прежде, чем отключиться, я с тревогой подумал: «Интересно, кто будет платить за погром?»