Последний человек на земле

17.

***

В те поры дракон,

змей, исчадье тьмы,

там явился, хранитель

клада, скрытого

в неприступных горах

среди каменных круч,

где дорога

человеку заказана

***

Задранная злобная морда дракона клацала у стен, Беовульф кружил выше, и зубы чудовища не доставали до него, но где была бессильны зубы, в ход шёл огонь.

– Грендель! – крикнул Беовульф, уворачиваясь от очередного потока пламени, – действуй!

Вытянутый силуэт Гренделя застыл у стены, Грендель не летал, не бегал, он просто стоял.

– Бей! – Беовульф на бреющем полете пролетел мимо Гренделя, и длинная шея чудовища припала к самому полу.

 И вот сейчас бы надавить на неё всем весом, сейчас бы обрушиться на тонкую – относительно всего огромного тела, тонкую, – шею чудовища! Но Грендель не сделал этого. Грендель стоял.

– Почему ты ничего не делаешь? – спросил Беовульф Гренделя.

Грендель и Беовульф были вне фермы рабов, они были на скалах, внизу билось море, тучи брызг летели в лицо.

– Я помогаю, как могу, – надменно ответил Грендель.

– Ты ничего не делаешь.

Грендель сделал шаг назад. Лицо его выражало презрение. Скафандр явно не пошёл ему на пользу.

– Послушай, воин, – сказал Грендель, и это «воин» в его устах прозвучало даже хуже, чем «раб», – я вижу, что ты получаешь большое удовольствие от схватки с драконом. Но я не такой. Я, в первую очередь, хочу выжить.Выжить и улететь. Я не смогу улететь, если меня зажарит дракон. Понятно?

– Ты не улетишь если не сделаешь мне новую руку.

– Скафандр, тот что на тебе и на мне – дешёвый. Это базовая модель, которую суют в любой транспорт, вместе с регенреационным костюмом и прочей защитой. Он способен сопротивляться пламени не больше трёх минут. Потом он начнёт оплавляться вместе с регенерационным костюмом. И это будет очень больно. Я не готов изображать мишень для дракона на таких условиях.

Беовульф обдумал его слова.

– Три минуты –  это сколько? – спросил он.

– Недолго. Досчитать до ста восьмидесяти. Ты умеешь считать?

– Умею. Если тебе есть что ещё сказать о драконах – скажи.

Беовульф расправил крылья.

– Ты отвлекаешь дракона, – сказал он Гренделю, – я убиваю. Или я убиваю дракона, или тебя. Выбирай.

И Беовульф полетел к массивным каменным стенам, туда, где мощные волны веками бившиеся в камень, подточили их вместе со скалой, на которой они стояли. У самого края, у большого, нависшего над морем пролома, Беовульф описал в воздухе круг, поджидая Гренделя. И Грендель прилетел. На полной скорости, он влетел в пролом, и принялся кружить под потолком, то и дело задевая крыльями его каменный свод. Панические , быстрые его перелёты, напомнили Беовульфу испуганную птицу, по глупости залетевшую в дом. Но было не до сравнений. Дракон метался вслед за Гренделем,  уродливая голова дракона  дергалась в такт биению крыльев, пламя, исходившее из горла дракона заливало потолок.

И Беовульф полетел вперёд. Собравшись, подобрав под себя ноги сжав руку, вжав голову, он метательным снарядом врезался в извивающуюся шею чудовища. Голова дракона дёрнулась и завалилась на бок, поток пламени ударил в стену – ударил прямо в Гренделя, голова качнулась ещё раз, и упала в другую сторону, дракон оседал, его голова падала вниз – а Беовульф был уже наверху. Соколом, ястребом он кинулся вниз, он метил в шею чудовища, но попал прямо в поток пламени.

В последний миг, в мгновенье, до того, как огонь достиг его лица, Беовульф успел закрыться кожистыми крыльями скафандра. Но лететь в такой позе он не мог, и упал прямо под лапы дракона.  Сообразительное чудище тут же подняло когтистую пяту, и опустило её на Беовульфа – он еле успел откатиться. Чудовище подняло лапу ещё раз – но, расправивший крылья  Беовульф был уже далеко. Он был далеко в море, он лежал на волнах, и смотрел, как языки пламени исходят из пролома прямо в воду.

– Я чуть не сгорел, – сказал Грендель.

Он дышал тяжело, он был напуган. Он неловко держался на воде, подгребая под себя массивными руками.

– Попробуем ещё раз, –  сказал Беовульф.

–  Это бессмысленно! Тебе его не убить, он слишком большой! Он слишком старый!

–  Попробуем ещё раз.

Дракон, запертый в своём логове,  выпустил ещё один залп пламени, с того места, где были Беовульф и Грендель, пламя это казалось безобидной вереницей красных нитей.

–  Убить его у тебя не получается, только разозлить!

–  Старайся летать  так, чтобы дракон показал горло, – сказал Беовульф.

Он вылетел из воды, и направился к ферме рабов. Дракон все ещё изрыгал пламя.

–  Ты летишь первым, –  сказал Беовульф Гренделю в краткий миг затишья.

–  Я не полечу прямо в огонь!

–  Тогда ты полетишь в воду.

– Подожди, я придумал! Не надо пытаться убить дракона, надо просто выманить его в море! Он упадет в воду, а выбраться не сможет!

– Ты это хорошо придумал, – кивнул Гренделю Беовульф, – но дыра в стене слишком маленькая. Дракон не пролезет. Лети.

– Давай наоборот! Ты будешь отвлекать, а я бить.

– Хорошо, – согласился Беовульф.

– Тогда ты должен лететь первым.

Беовульф скользнул взглядом по ожидающему лицу Гренделя.

– Не опоздай, – сказал он, и стрелой полетел в пролом.

Дракон больше не испускал пламя, но он и не спал. Бешеными шагами он скакал по своему огромном обиталищу, он злобно наскакивал на стены, и утробно рычал.

– Я здесь, чудовище.

Беовульф, загребая крыльями воздух, завис прямо перед мордой дракона. Тот выпустил пламя – но Беовульфа уже не было в этом месте, он был под потолком. Он летал там, ожидая, когда дракон начнёт его ловить, подставляя Гренделю беззащитную шею. Но дракон то ли сообразил, что его  таким образом пытаются обмануть, то ли просто берег повреждённое место – но голову он больше не поднимал, и шею не  вытягивал.