Последний человек на земле

28.

Семи дней, отпущенных Беовульфом Гренделю, ждать не пришлось.

– Я не могу починить робота,– сказал Грендель Беовульфу.–  Я пытался, честно. Но я не учился робототехнике. Если я начну в нём ковыряться, я только ещё больше его сломаю.

С того момента, как стая роботов своим световым криков перебила Беовульфу хребет прошло полтора дня. Беовульф пришёл в себя, он мог ходить, он свободно двигал руками, он снова чувствовал свою силу.

– Летим на Землю, – сказал Беовульф, – Обломки робота оставляем здесь.

– Нет, я не это имел в виду... –  начал было Грендель, но Беовульф перебил его.

– Ты назвал меня самоубийцей. Я не такой. Я обещал тебе помочь понять, что случилось с твоей планетой, и я пытался это сделать. Я хотел спасти тех людей, что заперты в саркофагах. но я не всесилен, а ты тем более. Я пытался взять роботов внезапностью, нахрапом – не вышло. Они почти убили меня. Нам бы могло помочь их оружие – но ты не знаешь, как его починить. У нас ничего нет. Мы ничего не можем противопоставить этим солдатам-роботам. Поэтому, мы возвращаемся.

– Я не могу просто взять и улететь! – возмутился Грендель, – Я не могу бросить умирать последних обитателей Марса! Последних, ты понимаешь? Кроме них у меня никого больше нет!

– Я понимаю твоё горе, – сказал Беовульф Гренделю, – но сидеть здесь бессмысленно. Я больше не пойду сражаться с роботами голыми руками. У нас нет даже скафандра. Летим на Землю.

Грендель беспомощно оглянулся на Бару.

– Пожалуйста, Грендель, давай вернёмся! – Бара заломила руки, – прошу тебя!

– Стойте! Стойте! – вдруг закричал Грендель.

– Я, пока,  не сходил с места, – ответил ему Беовульф.

– Нет, стойте, я придумал! Я знаю, кто может починить робота! Колдун! Он же смог вытащить систему безопасности из бункера? Помните он бегал с той штукой, которая стреляла синим?

Беовульф задумался.

– Мы похитим колдуна, привезём его сюда, и он нам тут всё починит! –  продолжал говорить Грендель, –  Колдун, может, вообще в один присест с роботами разберётся, он же из Первой корпорации! А похитить колдуна будет легче лёгкого, у него никакого оружия не осталось! А если он  запрётся в бункере, то Бара его оттуда вытащит, Бара, ты же с нами? – с надеждой спросил Грендель девушку.

Бара ему улыбнулась.

– Я сомневался в тебе, Грендель, – сказал Беовульф, – но ты и вправду догадлив.  Это хороший план.

Грендель моргнул.

– Ты э-э-э... Ты, знаешь... Ты тоже очень полезный, – сказал он Беовульфу.

Сборы были недолгими. Беовульф забрал оба разорванных скафандра, Грендель натащил в челнок консервов. Бара не взяла ничего. Все сели на свои места, Грендель взялся за штурвал и челнок, подняв небольшую пыльную бурю, взлетел вертикально вверх.

Беовульф смотрел, как красный диск негостеприимного Марса удаляется от него. Беовульф видел, как к нему приближалась как голубая Земля. Беовульф видел её облака, видел земли, леса. И когда космический челнок приземлился, Беовульф осознал, что лучше понимает беспокойного Гренделя. Племя Беовулфа могло быть перебито врагом, оно могло вымереть от болезней. Беовульф мог остаться последним из гаутов – но и тогда он не узнал бы одиночества Гренделя. У Беовульфа были союзники – даны, были финны, к которым он относился хорошо, Беовульф везде мог найти людей, готовых его принять, таких, которых мог бы принять он сам. Грендель был этого лишён. Он действительно был один.

– Мы достаточно далеко от бункера? – спросил Беовульф Бару, – колдун нас не видит?

Космический челнок стоял на невысоком лысом пригорке, вдали билось море, ветер гнал по небу тёмные свинцовые облака.

– Он знает, что мы прилетели – уклончиво ответила Бара.

– Нападём на колдуна ночью, – предложил Беовульф.

– Ночь тебя не спрячет, – усмехнулся Грендель, – не надейся. Из бункера видно всё.

– Мой брат может спать, – предположила Бара, – может, он погрузился в анабиоз. Мы раньше много спали.

– Не думаю, что твой брат спит, – сказал её Беовульф.

Беовульф  знал, что стычка с колдуном неизбежна, что, скорее всего, колдун на травит на них  финнов – Беовульф был готов к этой войне. Но Грендель не рвался в бой, он не торопил Беовульфа, и Беовульф не торопился сам.

– Я схожу, посмотрю на море, – сказал он Гренделю.

Грендель сел на землю возле космического челнока. Он был весь в своих мыслях. Бара покорно стояла рядом с ним. Беовульф пошёл к воде. Идти до берега было недалеко. Волны бились в песок, подмывали низкий обрыв. Беовульф присел у воды, он опустил руку в набежавшую волну. Он специально ушёл  так, чтобы не видеть ни Гренделя ни Бары. Но, как оказалось, он был не один.

– Что вы делали на Марсе?

Этот голос был тихим, он как будто шёл издалека, но шум волн не заглушал его.

Беовульф поднял взгляд, и увидел колдуна. Вернее, его тень, призрак. Бестелесный, прозрачный, колдун стоял по колено вводе, он стоял в таком месте, где воды было больше, чем по колено. Колдун, как будто висел в воздухе – висел без крыльев, как обрывок истончившейся, полуистлевшей ткани.

– Ты умер? – спросил колдуна Беовульф.

Беовуьфу хотелось, чтобы это было так.

– Нет, – ответил колдун.

– Зачем ты явился мне?

– Что вы делали на Марсе?

Беовульф мог рассказать колдуну обо всём, что было, но он чувствовал, что это неразумно. И Беовульф сказал колдуну только половину правды.

– На Марсе ничего нет. Там только пыль, там нет даже неба.

– Я знаю это, – сказал колдун, – что ещё вы видели на Марсе?

– А что мы должны были там увидеть?

Беовульф заметил, что взгляд колдуна как будто слеп. Колдун смотрел не на Беовульфа, он смотрел куда-то мимо, словно его зрачки глядели в какой-то другой мир.

– Твой князь, Хигелак, мёртв. Ты должен вернуться к гаутам. Убей Гренделя, оставь Бару, и возвращайся к своему племени.

– Ты слышал разговоры Хродагара, – сказал Беовульф колдуну, – к Хродгару пришла весть о смерти моего князя, а ты это услышал. Как слышишь сейчас меня.