Последний день Омикрона

Глава 5

Единые разумом

         Нэвилл шёл впереди, удерживая на руках спящего Бенджамина. Странные существа ловкими движениями, словно доисторические обезьяны, цеплялись за ветки, перепрыгивая с одного дерева на другое, ничуть не уступая в скорости идущим внизу людям. Ева несла рюкзак, а Тиму досталось всё вооружение, которое осталось после встречи с дикими хищниками.

         Мальчику с детства нравилось оружие. Храбрые герои фильмов и игр ловко истребляли космических пришельцев и прочую нечисть огромными бластерами. Но одно дело всё это видеть на экране, совершенно же другое – понимать, что реальная опасность может подстерегать на каждом шагу и каждый вдох может стать последним. Тяжёлые автоматы и один пистолет уже не казались панацеей от всех врагов, а их вес отчётливо отдавался с каждым пройдённым шагом.

         Холод ночи понемногу рассеивался, уступая место теплоте восходящего солнца, ознаменовавшего начало нового дня.  

         – Нам ещё долго иди? – устало спросил Тим, намекая на необходимость привала, но Нэвилл проигнорировал вопрос. Странный путник, ведущий их сквозь заросли, что–то негромко хмыкнул, даже не стараясь перевести на общедоступную речь.

         – Ева, ну скажи ему, – Тим попытался перенять на свою сторону новую знакомую, но и она, лишь тяжело вздохнув, продолжила нелёгкий путь, понимая, что для Бенджамина сейчас дорога каждая минута и у них нет права на отдых.

         По дороге им встречались необыкновенные растения. Их пёстрые рубиново–красные цвета почти мгновенно могли меняться на синие, зелёные и обратно. Невообразимо приятный, насыщенно–густой запах разносился по всему лесу. Забавные птички, напоминающие шустрых колибри, барражировали над раскрытыми кувшинами неизвестных цветов. Странные зверушки похожие не то на белок, не то на сусликов с удивлением выглядывали из–за стволов деревьев, но как только Тим обращал на них взгляд, тут же растворялись в густых джунглях.

         Спустя ещё около получаса, плотные низкорослые заросли начали понемногу расступаться и перед глазами путников раскинулась поистине необыкновенная картина. Гигантские деревья, совсем не похожие по виду и уж тем более размером на всё то, что им когда–либо приходилось видеть в своей жизни. Толстенные корни, извиваясь, уходили под землю, но через несколько метров вновь поднимались на поверхность. Исполинские стволы были настолько огромны, что прорубленные прямо в них лестницы казались просто крохотными. Ступени уходили далеко–далеко ввысь. Снизу казалось, будто они дотягиваются до самого неба, растворяясь в белоснежных облаках. Словно семейка грибов, вверху уютно расположились причудливые домики.  Маленькие сводчатые крыши были перетянуты лианами, создавая хитроумную витиеватость, а маленькие круглые окошки забавно украшали фасады. Между собой они соединялись перекинутыми подвесными мостиками, раскачивающимися от дуновений тёплого воздуха.

         Воды небольшой речушки, спускающейся с далёких гор, омывали корни деревьев, давая им живительную влагу и насыщая силой. Журчащие ручейки идеально вписывались в общий шум, создаваемый матерью природой. Десятки небольших лодочек спускались вниз по течению. Множество любопытных пар глаз из проплывающих мимо судёнышек пристально вглядывались в пришедших незнакомцев. Весь странный городок, если конечно то, что предстало перед путниками можно было так называть, утопал в ярких красках. Картина была поистине прекрасна и чарующая, разительно отличаясь от холодных небоскрёбов Омикрона. По сравнению с этим местом безграничный мегаполис казался чем–то совершенно чужим и бездушным, словно мир созданный машиной, лишённой всяческих эмоций. Именно тут Тим почувствовал тепло и уют. Столько лет жизни его обманывали, говоря о выжженной пустыне, о последней войне, испепелившей планету. Те люди, кто прислуживает машинам, даже они живут в своих холодных снах неведения и страха, боясь открыть для себя правду. Сочетание механического ума и программного кода соорудили бесконечную стену, навсегда отделив себя от окружающего мира. Старый мир был похож на загон для скота. В нём они держат остатки человечества, не давая шанса вырваться на свободу, о которой никто и не догадывается. Наверное, рыбы в аквариуме тоже уверены в том, что весь мир ограничен стеклянной стеной и иного нет, а безграничный синий океан не более чем выдумка.

         Когда до странных деревьев осталось идти не более двух десятков метров, сопровождающее существо громко запело странную мелодию. Она казалась чем–то совершенно чуждым человеческому пониманию смысла, но неописуемо прекрасна, для душевного восприятия. Спустя несколько мгновений похожие звуки раздались сверху, подхваченные десятком поющих голосов. Множество маленьких фигур с нескрываемым интересом и опаской, глядели вниз с огромной высоты.

         – Что это за место? – спросила Ева, оглядываясь по сторонам и задирая голову вверх, пытаясь разглядеть сородичей странного существа.

         – Это великий Шаргаала! – не без трепета ответил Илгаанраах.

         Ничего подобного никто из путников никогда не видел, но слишком долго разглядывать открывшиеся красоты нового мира времени не было. Состояние Бенджамена ухудшалось и ничего важнее этого сейчас быть не могло.

         Почти отвесные лесенки были вырублены прямо в стволе дерева, но никаких перил или чего–то похожего не было, и путникам пришлось взбираться практически вертикально вверх, осторожно переставляя ноги. Ступени опоясывали ствол, спиралью уходя высоко под крону. Тяжелее всего было Нэвилу. Помимо своего веса он нёс Бена, который до сих пор прибывал, как выразилось то существо – в долине снов.