Последний день страха

Последний день страха

Последний день страха

Роман

Самый страшный риск в жизни — не ошибиться. Самый страшный риск — так и не попробовать.

Пролог. Список

У Алексея Громова был список.

Не один — несколько. Они жили в разных местах: один в телефоне, в приложении с зелёной галочкой, куда он вносил задачи на неделю. Второй — в блокноте на рабочем столе, куда записывал то, что нельзя забыть. Третий — в голове, и это был самый длинный.

Третий список назывался «Когда-нибудь».

В нём жили вещи, которые он собирался сделать. Не завтра и не на следующей неделе — потом. Когда будет время. Когда закончится этот проект. Когда накопится достаточно денег. Когда всё устаканится.

Поехать в Исландию посмотреть на северное сияние.

Записаться на курсы фотографии — не для работы, просто так.

Позвонить Сергею, старому другу из университета, с которым не разговаривал три года.

Научиться готовить что-нибудь сложнее пасты.

Прочитать Достоевского — всего, по-настоящему, не по кусочкам для умного вида.

Написать что-нибудь. Не отчёт. Не техническое задание. Что-нибудь настоящее.

Этот список не убывал. Он рос — медленно, но неуклонно, как та стопка книг на прикроватной тумбочке, которую он собирался прочитать и которая за три года стала башней.

Алексею было тридцать два года.

У него была хорошая работа — аналитик в консалтинговой компании, цифры, отчёты, стратегии, которые потом ложились на стол директорам и влияли на что-то, хотя он редко видел на что именно. Хорошая квартира — однокомнатная, но в правильном районе, светлая. Хорошая машина — надёжная, не дорогая, но не дешёвая. Деньги в накоплениях. Медицинская страховка.

Всё было правильно.

Всё было хорошо.

Только каждое воскресенье вечером, когда заканчивались выходные и нужно было готовиться к новой неделе — такой же, как прошлая — что-то сжималось внутри. Не боль. Просто — ощущение. Как будто кто-то убавил громкость у жизни, и ты слышишь её, но чуть приглушённо, как музыку из соседней квартиры.

Он открывал телефон. Смотрел на список «Когда-нибудь».

Закрывал телефон.

Ложился спать.

Утром шёл на работу.

Это продолжалось давно. Сколько именно — он не считал. Считать было неудобно.

Часть первая. Понедельник, который был как все

Глава 1. Утро. Работа. Ещё один отчёт

Понедельник начинался в семь утра.

Будильник — не резкий, он специально выбрал мягкий сигнал, который нарастает постепенно. Это было разумно: резкий будильник поднимал давление. Он читал об этом. Он читал о многом — был такой тип человека, который читает о правильных привычках вместо того, чтобы их завести, но это отдельная тема.

Алексей лежал несколько секунд с открытыми глазами. Потолок был белым. Трещина в левом углу — она была там уже два года, он собирался заделать, не заделал. Утренний свет — серый, ноябрьский, без энтузиазма.

Встал. Душ — холодный в конце, он слышал, что это полезно. Кофе — хороший, он покупал зерновой, молол сам, это было одним из немногих ритуалов, которыми он гордился. Чашка, запах, первый глоток.

Хорошо.

Открыл ноутбук. Почта: двенадцать непрочитанных с пятницы. Три — важных, остальные — информационный шум. Первым делом открыл важные.

Виктор Андреевич, руководитель: «Алексей, нужен отчёт по рынку телекоммуникаций до четверга. Приоритет».

Второй: «Алексей, коллеги из Питера просят презентацию по итогам Q3. Можешь взять?»

Третий: «Лёша, привет. Не забудь — в пятницу корпоратив. Будут все».

Алексей ответил по очереди. Первому: «Понял, сделаю». Второму: «Да, возьму». Третьему: ничего пока — про корпоратив нужно подумать, хотел ли он идти. Скорее всего, пойдёт, потому что неловко не идти. Это тоже был его паттерн — делать то, что неловко не делать.

Он открыл новый документ. Написал в шапке: «Анализ рынка телекоммуникаций Q3–Q4». Поставил курсор в первую строку и посмотрел на него несколько секунд.

Потом начал печатать.

Работа шла. Она всегда шла — это не было проблемой. Проблемой не было ничего конкретного. Вот в чём сложность: когда всё в порядке, но что-то не так, это труднее всего объяснить — и себе, и другим.

Глава 2. Обед. Костя

В двенадцать он шёл обедать с Костей.

Константин Рогов — коллега, с которым они работали бок о бок уже четыре года. Не лучший друг — это звучит как что-то из детства. Просто человек, с которым приятно обедать, который понимает контекст, который не нужно вводить в курс дела.

Столовая на первом этаже бизнес-центра — стандартная: супы, вторые блюда, салатный бар. Алексей брал одно и то же: борщ, котлету с гречей, компот. Костя всегда выбирал долго и брал что-то другое каждый раз.

— Ты видел объявление? — спросил Костя, расставляя поднос.

— Какое?

— Маркетинг ищет аналитика. Повышение, другой отдел. Можешь подать заявку.

Алексей намешал сметану в борщ.

— Посмотрим.

— Ты всегда так говоришь.

— Что — «посмотрим»?

— Да. — Костя взял вилку. — «Посмотрим». «Подумаю». «Может быть». — Пауза. — Ты хоть раз сказал «да» на что-то новое?

— Я говорю «да».

— На что?

Алексей думал.

— На отчёт по телекоммуникациям сегодня сказал «да».

— Лёша. — Костя посмотрел на него с тем выражением, которое бывает у людей, которые хотят сказать что-то важное, но не уверены, что нужно. — Ты не думал, что тебе скучно?

— Нет.

— Правда?

— Работа нормальная.

— Работа — да. — Костя ел, смотрел в тарелку. — Я не про работу.

— А про что?

— Про жизнь в целом. — Пауза. — Ты помнишь, как мы в прошлом году говорили, что поедем на майские в Грузию?

— Помню.

— И что?

— Не получилось. Был проект.

— А за год до этого — Байкал.

— Тоже не вышло.