Последний дубль

А я... не желал этого

Резким движением я вырвал ноутбук из её рук и бросил его на диван. Шагнув вперёд, я прижал её к стене, целуя так, чтобы заглушить любое сопротивление. Ответ не заставил себя ждать — её пальцы впились в мои волосы и шею. Халат соскользнул на пол. Она была моя. Пусть на мгновение, до первого звонка из студии. Но в этот миг она принадлежала мне, и я должен был бороться с собой, но не в эту минуту...

Мы лежали на полу в кабинете. Эшли прижалась ко мне, а я уставился на картину. Эта яркая абстракция так и не вписалась в мои строгие стены цвета тёмного дерева. Помню, Милтон шутил, что я и суток не выдержу их буйства красок. Выдержал. Даже привык. Хотя поначалу она меня раздражала. Теперь же она стала символом нашей договорённости с Эш, безмолвным напоминанием о том, что нас когда-то было четверо. Свидетельством того, что мне снова придётся подчиниться её воле. Отказаться от своих желаний. Ради неё. Ради нас. Или просто ради той редкой минуты покоя.

— Голоден? — прошептала она, касаясь моей щеки.

Я уткнулся в её волосы, чувствуя всё тот же голод — не к еде, а к её нежности, её смеху, к этому давно забытому безумию. До чего же мы докатились? Ругаемся, миримся, и никак не можем найти тот самый компромисс.

— Немного... Но так не хочется подниматься. Даже в этой неудобной позе.

Она привстала и нежно коснулась губами моих.

— Пойду приготовлю яичницу с беконом.

Я кивнул и закрыл глаза. Тело налилось приятной тяжестью, а в голове — привычный сумбур. Эшли накинула халат и скрылась за дверью, а я остался думать... Сможем ли мы? В теории — да. Но как пойдёт на практике?

Натянув пижамные штаны, я встал. Подошёл к столу, взял телефон и отправил сообщение боссу. Бросил ещё один взгляд на картину. Что-то в ней было иначе — краски казались ярче, словно это был предвестник того, что всё наладится.

За завтраком мы избегали разговоров о её новой работе. Я видел, как она старается подвести меня к опасной теме, но я держал оборону. Переводил разговор, подсовывал тосты, принимал от неё кусочки фруктов... Неужели вот так, через это хрупкое, ритуальное танго, и возможно совместное существование? Семья — это как сложная жилплощадь. Запылённая, с изъянами, но ты должен поддерживать видимость порядка, хотя бы для собственного спокойствия.

— У меня есть одна просьба к тебе... — Эш взяла мою пустую тарелку и опустила в посудомоечную машину. — Только не ворчи...

От этих слов у меня всегда просыпалось дикое желание сбежать. Особенно сейчас. Роман — с горем пополам пережили. С экранизацией — не уверен. Что ещё выпалит моя любимая жена? Новый сериал? Автобиографическую трилогию? Или, того хуже, приглашение на обед с этим... актёром?

— Ещё одно кино? Или мне готовиться к роли Милтона? Сомневаюсь, что смогу его сыграть достойно, — попытался пошутить я. Получилось глупо, но она улыбнулась и села мне на колени. Я обнял её, и волна тревоги, гнева и страха накрыла меня с головой. Оставалось лишь затаиться и ждать, когда эта лавина отступит.

— Ты будешь злиться... Я точно знаю. И...

— Говори уже, — выдохнул я. — Но злиться буду, — я прикоснулся губами к её шее, слегка прикусив нежную кожу.

— Щекотно... — Эшли крепче обняла меня, пряча лицо у моего плеча. — Пожалуйста, поезжай со мной. Познакомишься со всеми, увидишь, кто будет работать над фильмом.

Такого предложения я совершенно не ожидал. Она продолжала укрываться, уткнувшись в мой торс. А я... не желал этого. Что мне там делать? Ещё один повод для конфликта? Но тут я вспомнил Пола — он умел находить нужные слова. Нужно было сменить тактику. Согласиться. Проанализировать. А затем предъявить контраргументы. Показать Эшли, что мир кинобизнеса — не более чем пестрая мишура, пустота. Представить это как очередной проект, требующий прибыли. Она — мой капризный клиент, фильм — объект, а наша семья — стратегическая инвестиция.

Я должен принять эту капитуляцию. Буду медленно, методично выводить её из этого кинематографического тумана. Постепенно переключу её внимание и боль... на себя.

— Ты игнорируешь меня или... — Эшли тёрлась носом о мою шею.

— Долго планируешь выставлять меня напоказ своим новым коллегам? — я ущипнул её за бок.

Она вскрикнула и наконец посмотрела на меня.

— Час... Я отвезу документы и заберу сценарий первых сцен. Их нужно отчитать и внести правки, чтобы они наконец поняли, чего я хочу.

Час... В принципе, шестьдесят минут — это не так уж много. Не целый день... Как-нибудь справлюсь.

— Но с одним условием. После мы поедем в гостиницу. Как в старые добрые времена.

— А чем наш дом тебя не устраивает?

Я наклонился к её уху:

— А тем, что дома — это мы. Энтони и Эшли Паркс. А там ты будешь моей... женой и актрисой.

Она толкнула меня в бок:

— Мистер Паркс, ваша жена опаздывает на студию. А вы — мой водитель... Верно? — её улыбка согревала, как и её игривость.