Последний из рода Тсурэ

18. Данэл

Данэл чувствовал себя одержимым. Возможно, он и был таким, потому что никак не мог перестать думать о Наятэ. С того памятного дня, когда девушка поцеловала его – все его мысли оказались заняты исключительно ей. Каким-то поразительным образом у него получалось скрывать это от окружающих. Для тех, кто не знал его, изменения выглядели совершенно незаметными. Он по-прежнему казался собранным, сосредоточенным и спокойным, но внутри Данэла бушевало пламя. Юноша разрывался между желанием быть с Наятэ и защитить ее.

Предлагая девушке тайные отношения, Данэл знал, на какие муки себя обрекает. Уже давно он желал лишь ее, но прежде между ними стояла непреодолимой стеной та дружба, которую он сам же выстроил. Данэл полагал, что Наятэ предпочтет сохранить дружбу, что более близкие отношения напугают ее. А она снова его удивила. И теперь все лишь усложнилось. Нет, ему не стало труднее скрывать отношения с девушкой, но… Ему все меньше хотелось это делать. Как просто, перестать бороться с собой, отмахнуться от спора и позволить себе любить ее, сделать ее счастливой – и потерять, потому что очень многие захотят причинить ей вред. У него слишком много врагов, и он не сумеет защитить ее от каждого. Так же, как отец не сумел защитить свою возлюбленную. Слишком хорошо Данэл помнил, каким сломленным был его отец. И не хотел повторить его судьбу. Наятэ должна жить, даже если это означает, что они не будут вместе.

Вот только с каждым днем сохранять дистанцию, которую сама Наятэ вовсе не прочь преодолеть, все труднее. Он прекрасно понимал все намеки девушки, хотя и делал вид, будто не замечает ее неумелые попытки его соблазнить. Но ей вовсе не требовалось соблазнять его – Данэл хотел быть лишь с ней. И возможность целовать ее ничуть не уменьшала его жажды, напротив, лишь распаляла ее. Но поддаться своему желанию Данэл не мог. Потому что знал: все, что ему тогда останется - это заставить ее уйти от него. Ведь отпустить Наятэ добровольно он уже не сможет. Но сама мысль, что им предстоит расстаться, причиняла почти физическую боль.

И все сложнее убедить себя, что иначе нельзя.

Особенно, когда она рядом.

Но и находиться далеко от нее – тяжело. Поэтому и преследуют Данэла неотступные мысли о Наятэ, словно одержимого. Вот только почему-то его это совершенно не беспокоит. Как бы трудно ему ни было, он ни за что не отказался бы от всего этого. Незнакомые и пугающие, новые его чувства дарили сладостное удовольствие.

Данэл чувствовал себя странно счастливым только от того, что существует в этом мире такая девушка, как Наятэ. И все, чего он хотел – чтобы она была счастлива. Чтобы она была.

Именно поэтому, получив сигнал от охранников дома Риббик, что туда вломились вооруженные люди, Данэл бросил все дела и помчался к ней на помощь.

Охрану к ее дому Данэл приставил сразу после случая похищения Лалинэ. У них имелись четкие инструкции сообщать ему о любой подозрительной деятельности возле дома Риббик и ни во что не вмешиваться в случае, если прямой угрозы жизни и здоровью владелицам дома нет. Данэл не мог доверить спасение дам никому другому, ведь он – единственный, кто сумеет отвести угрозу так, чтобы ни одна Риббик не пострадала. Охрана могла вмешаться лишь в крайнем случае, если Данэл совсем не будет успевать.

Но на этот раз он успевал. И мрачнел с каждой фразой напавших, старательно передаваемой охранниками. Потому что случилось то, чего он опасался с самого начала их знакомства. У Наятэ неприятности из-за него. Не будь она с ним знакома, на ее дом бы не напали. И ее подруга не испытала бы на себе предательства юноши, ухаживавшего за ней лишь с единственной целью – добраться до Наятэ. Все - его вина. А значит, ему следует сделать все, чтобы спасти девушек без вреда для них. К счастью, хотя бы это ему по силам.

Пробраться в дом незамеченным не составило ему труда. И в гостиную, где разворачивалось действо, он вошел беззвучно и очень вовремя. Потому что оба напавших уже готовы были перейти к активным действиям. Увы, клановый щит отключался при переходе к атаке, а значит, обезоружить обоих, не подвергая опасности девушек, едва ли получится. Поэтому следует отвлечь горе-похитителей на себя.

Данэл не был ни расслаблен, ни беспечен в этот момент, но без труда придал голосу легкомысленные нотки, когда вмешался в разговор:

- Какое отчаянное желание встречи, я даже польщен.

Четыре пары глаз уставились на него с одинаковым изумлением. Никто из присутствующих не заметил, как он появился в гостиной. Что ж, вполне ожидаемо.

- Ты кто такой? – осведомился старший из напавших.

Данэл успел выяснить, кто это. Некто Фарак Гранец, простолюдин, без определенного места работы, давно уже находящийся в поле зрения стражей порядка, но до сих пор успешно избегавший обвинений. Ловкий и осторожный тип, вот только на этот раз избрал себе противника не по зубам. Гранец полагал, что будет иметь дело с изнеженным аристократом, наследником великой семьи, беспомощным и напуганным. Но как же этот тип ошибается и еще пожалеет, что решился на свой безумный план.

- Я – Данэл Тсурэ, - юноша слегка склонил голову, глядя исключительно на Каттаи. - Счастлив наконец познакомиться с вами.

Девушка оказалась в точности такой, как описывала ее Наятэ, разве что чуть более растерянной, чем предполагал Данэл. Впрочем, скорее всего, это следствие ситуации, в которой она очутилась. Бедная девочка.

- А… взаимно… - пролепетала она, осознав, что он обращается к ней.