Последний из стаи Волков

Глава 6

Женька, разминая затекшую шею, уже приближался к селению. С волком они распрощались на границе леса с полем, поэтому ни о чем не беспокоился. Единственное – усталость на него накатила с новой силой. Нет, конечно же, всю ночь практически не спал. При этом рассказать о своем добром деле тоже не получится.

Так он и вошел в селение, зевая от времени до времени. Ну и, конечно же, ему нужно было столкнуться со своим постоянным задирой – Васькой. Тот, как назло, сидел на лавке, сгорбившись, словно хищная птица, готовая к атаке.

– Ну здравствуй, Женька! Снова из леса вылупился? – прохрипел он, не поднимая глаз.

Женя вздохнул. Он знал, что он пытается его задеть, но сдержаться было сложно.

– Да, Васька, из леса. Что тебе нужно? – ответил он, стараясь говорить спокойно.

– Ничего мне не нужно. Просто вижу, как ты стараешься казаться важным. А на самом деле, ты просто бестолковый деревенский парень, – усмехнулся Васька.

Женя чувствовал, как гнев нарастает в нем, но он сжал кулаки и постарался взять себя в руки.

– Я не собираюсь с тобой спорить, Вась. У меня дела есть.

Он обошел его и направился к своей хижине. За спиной он услышал насмешливый смех. Женька стиснул зубы.

Он обошел его, не сводя взгляда с его насмешливого лица, и направился к своей хижине, маленькому деревянному строению на окраине деревни. За спиной он услышал едкий смех, словно осколки льда, режущие душу. Женька стиснул зубы, стараясь не обернуться.

Он знал Василия, знал его зависть, которая была острой, как бритва. Васька сам мечтал о приключениях, о дальних странствиях, но боялся их, как огня. Он был словно птица, запертая в клетке собственного страха, наблюдающая, как другие парят по небосводу жизни.

– Ой, да какие дела могут быть у найденыша?! Ты же безродный! – крикнул онй вслед, его слова были полны презрения и насмешки.

Женя остановился, сердце его сжалось от боли. Эти слова, словно яд, проникали в его душу, вызывая волну гнева и бессилия. Да, он был найденыш, лишенный родителей, прошлого и корней. Но разве это делало его хуже других? Разве отсутствие родных отнимало у него право на мечту, на свободу, на жизнь, полную приключений?

Он медленно повернулся к Василию, глаза его горели яростью.

– Ты никогда не поймешь меня, Вась, – сказал он, голос дрожал от сдерживаемого гнева. – Ты заперт в своих страхах, в своей зависти. Я же иду навстречу жизни, не боясь трудностей.

Василий рассмеялся, но в его глазах мелькнула тень неуверенности. Женька знал, что его слова задели задиру, ранили его самолюбие. Только он не собирался останавливаться.

– Ты можешь насмехаться, Вась, – продолжал Женька, – но я знаю свое предназначение. Я буду жить так, как хочу, без страха и упреков.

- Ой, и? Ты все равно останешься песчинкой, которая боится прямого столкновения с кем-либо! – хрюкнул вместо смеха Вася, уверенный, что ему не ответят на такой выпад.

Женька задохнулся от ярости. Он всегда старался держаться в стороне от конфликтов, избегал прямых столкновений, предпочитая мирное разрешение споров. Тем не менее, слова Васи, полные пренебрежения и презрения, задели его за живое. Он ощутил, как гнев, словно лава, поднимается из глубины души, грозя выплеснуться наружу.

- Ага, ЩАЗ. Размечтался! - пронеслось в голове Женьки, и он почувствовал, что не может больше терпеть. Даже он, всегда миролюбивый, мог ответить на такую наглость.

Вася, заметив решимость в глазах друга, слегка притих, но продолжал ухмыляться, явно наслаждаясь своим триумфом.

- Ну, давай, покажи, на что ты способен, - бросил он вызов, скрестив руки на груди.

Женька встал, его глаза горели яростным пламенем. Он шагнул к нему, каждый шаг был пропитан решимостью доказать свою правоту.

- Ты ошибаешься, Вася, - произнес он твердым голосом. - Я не боюсь столкновения. Я просто не хочу тратить время на бессмысленные ссоры.

Вася поднялся навстречу Женьке, его глаза сузились. Напряжение в воздухе стало настолько густым, что казалось, можно было потрогать его.

- Но ты же сам сказал, что будешь жить так, как хочешь, - ухмыльнулся он. - А я хочу, чтобы ты признал свое место.

Женька остановился перед ним, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Он посмотрел ему прямо в глаза, и в них отразилось не только гнев, но и глубокая печаль.

- Я живу так, как считаю нужным, - повторил он, стараясь скрыть дрожь от ярости в голосе. - И я не собираюсь оправдываться перед тобой.

Вася молчал, будто пораженный неожиданным напором Женьки. На мгновение казалось, что он готов был отступить, но в его глазах снова заискрилась насмешка.

- Хорошо, - проговорил он, делая шаг назад. - Тогда докажи мне свои слова делом.

Женька знал, что этот разговор далеко не окончен. Тем не менее, в то же время он почувствовал, как напряжение внутри него медленно спадает. Он готов был бороться за свою свободу выбора, за свое право жить так, как хочет.

Но даже у самых добрых кулаки чешутся. В этот раз он не сдержался. Он видел в его глазах вызов, провокацию. Вот и он, словно пружина, заведенная до предела, бросился на обидчика. Вася был готов к такому развитию событий. Он ловко увернулся от прямой атаки и сам ринулся в бой.

Битва была короткой, но яростной. Два молодых человека, охваченные гневом и обидой, сцепились в схватке. Удары раздавались один за другим, словно гром среди тишины. Прохожие, собравшиеся вокруг, смотрели на происходящее, не вмешиваясь, будто боялись нарушить хрупкий баланс этой яростной битвы.

В конце концов, Женя одолел задиру. Утомленный, но довольный, он поднялся с земли, глядя на поверженного Васю. В глазах его больше не было гнева, но осталась твердая решимость. Он доказал свое право на свободу выбора, но удовлетворения от этого не почувствовал.

Вася, тяжело дыша, поднялся с земли. Его лицо было искажено болью и обидой. Он посмотрел на соперника, и в его глазах мелькнула тень уважения.