Последний из стаи Волков

Глава 7

Так-то оно так, трубы, понимаете, гудят, а им-то что делать?

Женя с напряжением вглядывался в сторону ворот селения, откуда он пришёл. Дорога, ведущая к поселению, казалась ему пустой и мирной. Даже часовые молчали, словно затаив дыхание.

- «А, нет, накаркал», - подумал Женя, услышав нарастающий гул. Трубы ворвались в тишину, напоминая о надвигающейся опасности.

Глубоко вздохнув, он бросился к воротам, словно и все остальные жители поселения. Каждый понимал, что от их решительности и скорости зависит безопасность всех.

Ворота скрипели, сопротивляясь напору толпы. Женя, сжимая в руке тяжелый топор, помогал своим товарищам закрыть проём. В воздухе витал запах дыма, а гул труб превратился в оглушительный рев.

- Держитесь! - кричал кто-то из толпы, его голос едва различим над шумом.

Женя чувствовал, как адреналин заставляет сердце биться чаще. Он знал, что враг близок. В его памяти всплывали лица двух родных ему людей, которых он был обязан защитить.

Внезапно ворота со скрипом закрылись. Все вздохнули с облегчением, но это была лишь небольшая победа. Все понимали, что битва только начинается.

- Не расслабляйтесь! - прокричал главарь, его голос полон решимости. - Они найдут другой путь. Будьте готовы!

Женя огляделся по сторонам. Лица его товарищей были напряженными, но полными решимости. Он знал, что они сделают всё возможное, но оставался вопрос, а кто на них решил-то напасть?

От этого любопытство внутри светловолосого парня стало постепенно нарастать.

Тем не менее, через некоторое время ожидания ничего не произошло. Враги отступили? В такое счастливое совпадение не особо верилось…

Только Женька постучал легко себя кулаком по голове. Да-да, не думать о таком! Накаркать еще какую-то фигню не очень хотелось. Ему ещё очень и очень хотелось просто взять и завалиться спать, забыться в безмятежном царстве Морфея.

Да-да, сказано – сделано. Практически.

Женя медленно отдалился от толпы, которая гудела словно пчелиный улей, и побрел бочком-бочком к хижине, где его, несомненно, заждались кузнец с лекарем. Он уже представлял себе их осуждающие взгляды, но надеялся, что Агафья, его верная подруга, сможет смягчить их гнев.

Однако, когда он вошел в хижину, то увидел совсем другую картину. Агафья встретила его тепло, зажимая в горячих объятиях.

- Женька, милый! Где ты пропадал? Мы так волновались! - восклицала она, не выпуская его из своих крепких объятий.

Родим же стоял в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел на него с явным недовольством.

- «Ага, попал», - подумал Женя, понимая, что избежать разбора полетов не удастся.

Но сейчас он был готов ко всему. Усталость от бессонной ночи и переживаний давила на него, но в то же время, он чувствовал поддержку лекаря, ее веру в него. Это давало ему силы.

- Поговорим после сна, - решил смилостивиться кузнец, заметив синяки под глазами воспитанника.

Женя кивнул, благодарный за эту отсрочку. Он чувствовал, как напряжение спадает, уступая место усталости и желанию просто лечь и уснуть.

В этот момент Агафья провела его к печи, на которой уже была постелена мягкая подстилка из сена.

- Отдохни, сынок, - сказала она, поглаживая его по светлым волосам.

Женя закрыл глаза, чувствуя тепло ее руки и любовь, которая окутала его. Он знал, что завтра предстояло трудное объяснение, но сейчас он просто хотел забыться во сне, чтобы набраться сил для грядущего непонятного будущего.

Ага, только проснулся он от истошного крика на улице. Женька даже не понял, что это: сон или реальность? Он просто сонно еще осматривался по сторонам, поняв, что находится пока у себя в комнате. Потом последовали все новые и новые вспышки ора женщин, и топот копыт.

- «Напали!», - дошло, наконец-то, до найденыша и тот вскочил со своего места, быстро надев на себя свои боеприпасы и сапоги на ремнях.

Сердце колотилось в груди, словно загнанная птица. Женька бросился к окну, распахнув его нараспашку. Ночной воздух ударил в лицо прохладой, смешанной с запахом дыма и страха. Улица, обычно мирная и тихая, превратилась в хаотичную сцену: люди бегали, кричали, искали спасения. Вспышки факелов освещали лица, искажённые ужасом.

Не раздумывая ни секунды, Женька схватил меч, который всегда висел над кроватью, и выбежал на улицу. Хижина была расположена на окраине деревни, и он знал эти улочки как свои пять пальцев. Он помчался по узким переулкам, стараясь опередить чужаков.

Вдали донесся крик женщины, и он резко повернул в сторону звука. Видел, как двое нападающих пытались силой затащить молодую женщину в свою ловушку. Сердце сжалось от ярости. Нельзя было просто стоять в стороне!

Он выскочил из-за угла, меч сверкая в лунном свете.

- Оставьте её! - крикнул он, голос хриплый от напряжения. Нападающие обернулись, удивлённые внезапным появлением. Один из них рассмеялся, словно это была шутка.

- Иди прочь, мальчишка! Это не твои дела!

Однако Женька не собирался сдаваться. Нет, он знал, что один против двух - это неравный бой, но страх был слабее ярости.

С криком он бросился на них. Меч его заплясал в воздухе, отражая свет факелов. Женька сражался отчаянно, используя свою ловкость и знание уличных боёв. Один из нападающих упал, раненый. Другой, ошарашенный неожиданным сопротивлением, отступил.

Но победа была неполной. Нападение было слишком внезапным, деревня была не готова к нему. Женька знал, что ему нужно найти способ предупредить других жителей и организовать защиту.

Ага, а сам он как будет отмахиваться от них? Каким-то старым ножичком? Смешно. Да и их, как мух, становилось все больше…

Ну и что ему делать-то теперь?...