Последний Мечтатель: Начало

Глава восьмая - Лекарство для Айрис и милый дом!

Приближался праздник середины лета. Улицы Селестии постепенно украшались разноцветными флажками, цветами и бумажными фонариками. Уличные художники, раскрашивали мостовые и стены домов, изображая на штукатурке богов, демонов и солнечный диск, который по самой распространённой здесь религии даровал жизнь и силу. К столице по разбитым дорогам тянулись цветастые повозки актеров и циркачей, музыканты слогали новые песни, а дети, старались вести себя хорошо, чтобы получить на праздничной аллее побольше подарков.

Серидинолетье в городе проходило с размахом. Люди перетекали от городских ворот к центральной площади в танце, проходя торжественным шествием мимо торговцев, артистов и надоедливых лоточников. Иногда правители города из самых знатных семей объявляли маскарад или конкурсы, священники церкви Великого Малума, проносили по центральной улице солнечный шест – длинный, позолоченный посох увитый лентами и цветами.

В связи с приготовлениями жизнь бурлила и кипела. Портные и сапожники зашибали деньги на праздничных заказах, кондитеры и галантерейщики выкладывали на витрину лучший товар, и даже волшебники наживались на зельях для фейерверков и светящихся пузырей. Зарабатывали и охотники. Магам и ведьмам в эти дни требовалось очень много сырья для того, чтобы варить свои колдовские отвары, а значит и у охотников появился шанс озолотиться.

Особенной популярностью пользовались на рынке внутренности, панцырь и яд арахнидов. Гигантские пауки были невероятно опасными тварями, но Артур решил рискнуть, и взяв в напарники Роуз и Полумну вышел на охоту за монстрами. Друзья долго шатались по лесу, вокруг плато, пока не заметили вход в пещеру, затянутый едва различимой сетью паутины. На кружеве искусной ловушки поблескивал яд. Аранхиды обмазывали им свои сети, чтобы парализовать жертву, как только она коснётся их.

Срезав паучьи сети, юноша двинулся внутрь, держа арбалет и клинок наготове. За ним последовала и самонадеянная Роуз, которая считала себя лучшей во всем. Полумна же, осталась у входа в логово арахнидов для страховки. В пещере было тихо. Каменные стены удивительным образом гасили звук, и потому даже шаги охотников слышались приглушенно. Роуз вытащила из своей колоды карту, взмахнула ей, разрезая воздух, и над их головами вспыхнул небольшой огненный шарик. Ход осветился неровным желтоватым светом, и впереди заблестели ловушки пауков. Друзья молча переглянулись, кивнули друг другу, и двинулись вперёд медленнее, вытягивая вперёд оружие, чтобы случайно не коснуться паутины.

Огненный шарик, летящий над их головами, лавировал между сетями, освещая путь. Вдруг, впереди послышалось тихое шуршание. Ещё пара шагов и свет залил самую глубокую часть пещеры. В небольшой полукруглой нише теснилось десять арахнидов разом. Громадные пауки, спали, обхватив двумя из восьми лапок свертки паутины, в которых скорее всего переваривался под воздействием яда их будущий обед.

Свет потревожил одного из них, чудовище открыло восемь паучьих глаз, помещённых на почти человеческом лице, раскрыло хилицеры и издало пронзительный, стрекочущий звук. Остальные монстры тоже зашевелились, на пол рухнули коконы с жертвами. Артур и Роуз оцепенели от ужаса, пробираясь в пещеру они не рассчитывали на настолько богатый улов. Арахниды редко жили вместе, максимум группами по две особи, а тут…

Огненное заклинание растеряло последнюю силу, шарик вспыхнул чуть ярче, окончательно разбудив пауков, и тут же погас, погружая добычу и охотников в мрак. И сейчас было сложно сказать кто за кем охотился. Друзья дали деру, юноша ухватил запыхавшуюся подругу за руку, и упорно тащил к выходу. Арахниды, шелестя лапками неслись за глупой дичью, которая сама забрела к ним в дом. В пещере постоянно раздавалось хищное щелканье хилицер. В отличие от людей пауки прекрасно видели в темноте, а потому то и дело норовили схватить людишек, но Артур успевал уклониться от парализующих сетей, подтаскивая за собой Роуз.

Впереди замаячило светлое пятно выхода и крохотная фигурка Полумны рядом. Эльфийка напряжённо вглядывалась в темноту, пытаясь разобрать хоть что-то. Юноша набрал в легкие побольше воздуха и закричал:

- Они бегут за нами! Десять штук!!!

Девушка сориентировалась почти мгновенно. Натянув тетиву лука, Полумна нацелилась на камни над входом в пещеру, и как только Артур и визжащая от страха Роуз вылетели из чёрного прохода, она выстрелила взрывной стрелой, вызвав камнепад. Тяжелые глыбы обрушились на показавшихся из хода пауков, разбивая их хрупкие оболочки. Из трещин панциря брызнула мутноватая зелёная жижа, заменявшая этим созданиям кровь. Двое чудовищ уцелели, но лапы их придавило камнями, а потому, беспомощные пауки стали легкой добычей. Одного из них застрелила Полумна, а второго зарезал мечтатель, правда не слишком умело, повредив драгоценное сердце монстра.

- Ужас, - скривилась Роуз, стирая с лица брызги мерзкой жидкости. – Почему их там столько?!

- Да, это странно, - согласился Артур, опускаясь на корточки рядом с телом одного из арахнид. – Тем более, сама пещера небольшая, они там, как огурцы в банке теснились.

- Может они прятались от охотников? – предположила Полумна, вынимая из рюкзака холщовые мешки для добычи.

- Это же твари! – усмехнулась самопровозглашенная истребительница зла, поддевая ножом панцырь паука. – У них нет мозгов, и понятие «команда» им не ведомо! Это дикие джунгли, каждый сам за себя! Просто мы мало что о них знаем, убиваем прежде, чем разглядим.

- Ага, - тихо кивнул юноша, погруженный в раздумья.

Арахнид лежащий перед ним был очень странным. Обычный паук мало чем отличался от тропических малых собратьев: крепкое тельце, большой зад, восемь длинных лап, покрытых волосками, только вот размером он чуть больше крупного барана, и лицо у него человеческое. Вернее сказать, почти человеческое. Голова арахнида утоплена в тело, и на лицевой пластине не два глаза, а восемь, из человеческого рта торчат хилицеры. В общем, зрелище безобразное и очень неприятное, но парень снова и снова разглядывал паука, чтобы понять, что же его смущает. Наконец, его осенило, у данной особи имелась шея! Ну или что-то вроде шеи. Голова мертвой твари не была намертво спаяна с туловищем, между ней и началом панцыря имелся перешеек, покрытый вздутыми синими венами. От этого юноше стало дурно, но он не мог отвести взгляда, пересиливал научный интерес.