Последний Оазис

Глава 4

Вдоль реки песка почти не было. Наоборот, тут царила жизнь: зеленые деревья, травы, цветы. Даже ветерок и соблазнительная свежесть.

Несмотря на то, что ей досталось ютиться на одной лошади с орком, Этель наслаждалась: за последнюю децену она впервые могла свободно дышать.

Куда они направляются, для чего, какая цель у гнома, она не имела представления. Он собрался молниеносно — будто давно готовился к походу, не мог уйти, а тут случай сам подвернулся. Да и Когон с Ильсо не возражали. Посмотрели только как-то хитро на их нового спутника и кивнули: мол, лишний молот в бою не помешает. Вот только что это будет за бой, Этель спросить побоялась.

Она вообще старалась молчать: какая роль отведена ей в отряде? Почему они согласились ее взять?

Неизвестность ее не пугала: слишком уж это состояние походило на обыденное, а вот новый безграничный мир вызывал головокружение. А может быть, это все влияние жары и непрерывной скачки.

Впервые она потеряла сознание, когда они остановились перевести дух и набрать воды. Ну, и отпустить напряжение в ногах — с непривычки бедра сковало каменными тисками, и, сделав шаг к спасительной влаге, Этель свалилась ничком.

— Придется дальше держаться реки, — услышала она спокойный голос Оргвина, когда очнулась. Ясное синее небо обрамляли широкие листья монстеры. Пахло влажностью и сладкой травой. В округе различался стрекот насекомых. Где это они?

— Исключено, — отрезал Когон, — мы делаем крюк. Нам нужно в Долину Нищих как можно скорее.

— За нами может быть слежка, — подтвердил Ильсо. — В первую очередь нас будут искать у воды, но сейчас нам важно обойти Пылающие Топи, затем мы свернем севернее.

Этель вытерла влагу с лица, отбросила прилипшие пряди, села. Под ней был походный тюфяк, позади журчащая речка, вокруг — джунгли. Или все же островок жизни среди пустыни? Но если орк с эльфом собирались в Долину Нищих, значит, сейчас, судя по окружавшим их джунглям, они должны были от нее отдаляться. И чрезмерная влага это подтверждала.

— Что, если Долина Нищих в огне? — с сомнением спросил Оргвин и почесал бороду. — Это деревня для элиты змеелюдов, наверняка они укрылись там, но… что, если Человек опередил нас?

— Мы это выясним, — твердо ответил Ильсо. — Там нас… ожидают.

Он повернул голову в сторону Этель и умолк — конечно же, учуял движение. Остальные повторили за ним и поднялись. Орк пошел проверить лошадей, Оргвин направился к ней.

— Что случилось? — шепотом спросила Этель, глядя в теплые глаза гнома. — Вы меня здесь оставите?

— Ты истощена и обезвожена, — вздохнул Оргвин и протянул ей фляжку. Следом достал финики и миндаль. Этель посмотрела с недоверием, но искренняя улыбка гнома убедила ее принять еду и отпить из фляжки. — Нужно время, чтобы тебе восстановиться после темницы и набраться сил, но… его нет.

Оргвин обернулся на переговаривающихся орка с эльфом. Они готовили коней.

— Я смогу, — пролепетала Этель и поднялась на ноги. Голова закружилась, перед глазами поплыли черные круги, к горлу подступил ком. Оргвин удержал ее за руку:

— Прислонись к орку и закрой глаза. Сейчас пойдем медленнее, а к ночи коней и вовсе придется оставить. Но ты сможешь выспаться.

Он говорил серьезно, но глаза по-прежнему улыбались. И странно было смотреть на него сверху вниз: при ее невысоком росте гном едва доставал ей до плеч. Зато через плечо была перекинута увесистая кожаная сумка — с чудесными вещицами, как говорил гном и ни на секунду с ней не расставался.

— Я смогу, — повторила Этель и заплетающимися ногами направилась к орку.

Он смерил ее надменным взглядом и только хмыкнул, продолжая готовиться в путь. Этель обняла себя и осмотрелась. Солнце стояло в зените, но плотные листья изогнутых деревьев закрывали их, словно зонтом. Но тяжелый воздух липким потоком оседал на плечи. Неужели так будет всегда? Не проще ли было остаться?

Вспомнив пустую темную тюрьму, Этель содрогнулась. А страшные казни и разруха на улицах величественного Эшгета вводили в оцепенение: у нее не было выбора, ей оставалось только одно — уйти. А сейчас — следовать за сомнительными спасителями и стараться им не досаждать.

— П-простите, что я так… свалилась, — промямлила Этель, обращаясь к Когону и расправляя карманы шелковых походных штанов: нарядный сарафан пришлось сменить в угоду удобству. Ткань все равно прилипала, но все же в штанах она ощущала себя немного увереннее. — Я просто… просто…

Она задумалась и забегала глазами по земле: и как ей оправдаться? Орк и эльф уходили от преследования, по доброте душевной взяли ее с собой, а она, выходит, их подставила?

— Держись крепче, — буркнул орк, закрепляя седло. — Жить захочешь — выстоишь. А если на ходу свалишься, тебе уже ничто не поможет. Не обессудь.

Этель с чувством заверила:

— Этого больше не повторится!

И потеряла сознание снова.

Несмотря на то, что сдержала слово и ухватилась за Когона что есть мочи, несмотря на то, что зажмурилась и запретила себе видеть меняющиеся пейзажи, и даже несмотря на то, что ноги уже привыкли к непрерывной скачке и почти не тянули. Успела только позвать тоненьким голоском: