Последний правитель Наймара

ГЛАВА 26

5 лет спустя.

В Гарнизоне сегодня было шумно и весело. Скучковавшиеся по факультетам выпускники обсуждали все тяготы уже несколько месяцев назад прошедших экзаменов, подшучивали над друг другом и даже директорами, чувствуя себя не только взрослыми, но и значимыми. Все они были облачены в свою самую первую форму, когда-то выданную им наставниками. Ведьмины отродья как всегда статные, гордые, привлекающие внимание красотой, стояли особняком. Среди них можно было заметить и худенькую девушку с роскошной густой косой на макушке, чёрного как крылья вороны цвета. Она весело смеялась, переговариваясь о чём-то с сокурсниками, игриво толкая ближайшего соседа в плечо. Спустя ещё какое-то время вчерашние студенты построились ровными шеренгами и стройно прошли в большой церемониальный зал, украшенный синими флагами Сэххиша, с вышитыми на них серебром двумя крылатыми змеями.

Александр, по традиции лично присутствовавший в этот торжественный день, обратился к многоуважаемой публике первым.

- Я рад поздравить вас с ещё одним выпускным годом в стенах Гарнизона, подарившим столько талантливых сильных учеников. Попрошу тех, кого назову, выйти и встать рядом.

Колдунья практически не слушала, как Каа перечисляет имена отличившихся, и очнулась от собственных мыслей только тогда, когда правитель произнёс: «полный состав факультета Стражей границ Северной школы, включая Идис-таш рода Велихор». Сердце девушки бешено заколотилось, она не могла поверить, что попала в список лучших, коих было не так уж и много, сравнивая с общим количеством поступивших.

- Данные студенты допускаются к практике в лучших воинских частях, непосредственно в самой крепости, на границах, официальной Лаборатории магии или в Гарнизоне, а также, по желанию, могут продолжить своё обучение на безвозмездной основе в качестве награды за усердие.

В зале начала витать атмосфера напряжения и зависти. После ещё не менее долгой витиеватой речи нескольких профессоров, выпускники начали постепенно перемещаться в столовую, под одобрительные напутствия уже полюбившегося им Сангатана, книги по всему «перекрёстному» которого несчастные знали наизусть так хорошо, что могли бы и разбуженные средь ночи ответить не запинаясь. Особенно остервенело директор пил кровь учеников Северной школы, то и дело грозя отчислением и взысканием. Ведьма, за неимением «ледяного взора», не могла, к её великому сожалению, стать полноценным стражем, но и в школе оставаться была не намерена, едва лишь узнала, что именно старикашка заведует практикантами.

Она вышла в коридор почти последней, ища генерала, пытаясь ничем себя ненароком не выдать.

Майир её напугал, появившись как хищник внезапно из ниоткуда. Мужчина практически заставил колдунью беспомощно вжаться в стену, тихо на ухо прошептав:

- Закрой глаза. – Идис выполнила приказ.

- Чёрный – безлунная ночь цвет возлюбленной глаз. Белый – подобные снегу плетения кос. Взор ледяной голубым отражён в зеркалах. Золотом солнце сияя над миром взошло.

Ведьма едва дышала от волнения. Она почувствовала на своей шее шнурок с четырьмя круглыми бусинами из холодного стекла, всё ещё не смея открыть глаза, но готова была поклясться, что мужчина улыбался. «Возлюбленная. Возлюбленная. Возлюбленная…» - Ведьма мысленно повторила это слово несколько раз, не веря своим ушам. Его губы были слишком близко.

Она запрыгнула на генерала, намертво обхватив его ногами за талию и обвив руками крепкую шею. Таким образом они сравнялись в росте.

- Какая же ты красивая. - Рассматривая девушку сказал Майир. Он боялся, что академия сломает колдунью, но этого не произошло. Идис была всё той же, разве что стала чуть старше и холёнее. – Я хочу, чтобы ты уже завтра, покинув стены Гарнизона, вернулась вместе со мной в поместье Удэлай. Как моя самая чистая и искренняя любовь, как жена, как мать будущего наследника.

Идис, ласкаясь, прильнула к генералу и молча кивнула. Как же долго они ждали, прячась ото всех и не смея даже взглянуть лишний раз в сторону друг друга. Пять долгих лет, показавшихся целой вечностью.

- Не мешаю? – Раздался где-то сбоку язвительный голос Александра, наблюдающего, как Майир спешно пытается сбросить с себя колдунью, а та, даже несмотря на присутствие Каа, не желает слезать. – Стыдоба. – Подытожил правитель и свернул в одно из ответвлений коридора.

- Давай, обними меня, я устала так висеть. – Девушка страстно поцеловала генерала. Он до сих пор сводил её с ума. Казалось, их чувства не только не угасли, но и стали гораздо сильнее.

- Вот, директор, а вы не верили. – Парочка обернулась и кроме Каа увидела ещё вопящего «позор!» Сангатана, нескольких учителей, и добрую половину учеников Гарнизона с открытыми от удивления или возмущения ртами.

Ведьмины отродья, веками хранящие свои тайны, на территорию клана никого не пускали, потому и церемония была закрытой.

Идис впервые почувствовала себя дома. Родители Майира приняли девушку тепло, едва узнав происхождение ведьмы, которое здесь имело большое значение. Прадед Удэрнэй – один из знаменитых наставников академии, боевая всё ещё крепкая бабка с наследством таким, что на две жизни хватит, сама колдунья выпускница Гарнизона, ещё и факультета элитной Северной школы - чем не выгодная партия великому генералу с не менее знатным родом и пусть более значительными финансовыми гарантиями? Семья мужчины была как никогда довольна. Особенно молодая и, надо отметить, всё ещё очень красивая мать, уже вовсю хвастающаяся друзьям и знакомым.

- Почему вы полюбили друг друга? – Спросила их девушка.

- Меня увлекли его деньги.

- А я по первой подумал, что она полная дура.

Майир и Идис переглянулись и расхохотались.

- Какое совпадение.

Чуть позже генерала выпроводили из комнаты, где позволено было оставаться теперь только женщинам. Ведьму облачили в простое узкое чёрное платье из бархата на тонких бретельках, расчесав длинные, отросшие до самых колен и давно ставшие шёлковыми волосы. На голове Идис красовался венок из фиолетовых высоких кристаллов и серебряных ветвей и листьев, инкрустированных россыпью алмазной росы.