Последний раз

Глава 1

Разбитая судьбой

Моя душа на части.

Я исцелюсь тобой,

Надеясь встретить счастье.

Расколота душа,

Но счастлива снаружи.

Опять к тебе пришла,

Хотя совсем не нужно.

***

Она не знала, когда точно это началось, и уж тем более не имела ответа на вопрос: как вообще позволила этому начаться? Но факт оставался фактом: каждый вечер пятницы Элизабет Купер проводила в одной из самых престижных гостиниц в центре Лондона.

Вот и сегодня после работы она сразу направилась на заученный наизусть адрес, чтобы встретиться с ним.

Звонко стуча каблуками по усыпанному листьями тротуару, Элизабет уверяла себя, что идет туда в последний раз. Еще один раз, одна встреча, прощальный вечер, после которого она обязательно поговорит с ним, расставит все точки над «i» и, наверное, признается Питеру?

Конечно нет!

Рассказать мужу правду о том, где она проводит все пятничные вечера равносильно подписи в заявлении о разводе, к которому она еще не готова. Ведь несмотря на то, что из их с Питером союза вышло не то, что она ожидала, Элизабет до сих пор лелеяла мысль о том, что все можно исправить, разорвав порочную связь на стороне.

По правде говоря, их брак не был таким уж плохим, но на протяжении десяти лет совместной жизни, Элизабет всегда не хватало одного и того же — ощущения крепкого мужского плеча за спиной.

Главенство в их непутевой семье уже давно держалось за ней. И вопросы, касающиеся их совместной жизни, постоянно падали на ее хрупкие плечи, начиная от решения бесконечных денежных проблем и заканчивая полным отсутствием участия мужа даже в самых незначительных вопросах, таких как выбор обоев для гостиной.

Больше всего Элизабет задевало то, что Питера устраивало такое положение вещей.

А почему бы ему не быть довольным?

Он приходил домой с работы, усаживался на диван и открыв бутылку пива, принимался за чтение любимого спортивного журнала. Казалось, что ему вовсе нет дела до того, что все рушится.

Вся эта картина не приносила Элизабет ничего, кроме разочарования. Она мечтала о том, чтобы домашние вечера были наполнены энергией, но по итогу получала лишь новую порцию обязанностей.

Приходя с работы, девушка принималась за уборку мусора, а именно пивных бутылок из гостиной, готовила ужин, а заодно и завтрак, мыла посуду, разбиралась со счетами, укрывала пледом уснувшего на диване мужа, после чего шла в душ и одна ложилась на их двуспальную кровать.

Примерно так и прошли все десять лет их семейной жизни. Каждый раз одно и тоже — день сурка, в котором нет даже намека на романтику между мужем и женой, чего уж говорить о сексе.

Фред— друг семьи, говорил, что им нужно время. Уехать куда-нибудь вдвоем и, забыв о всех проблемах и делах, просто насладиться друг другом как раньше. Это даже забавно, но в то время как Фред продолжал убеждать Элизабет, что сохранение семьи является приоритетом, его жена считала, что их брак с Питером уже не спасти. И, возможно, была права, ведь каждый раз Элизабет все меньше хотелось уходить от того, кто вызвал в ней настоящую бурю эмоций.

Променять десяток лет брака на мимолетную чувственную связь — безумство, но день за днем она чаще задавалась вопросом: действительно ли она хочет склеивать крупицы неудавшегося брака или же действует из чувства долга и правильности?

Вызывая дрожь по позвоночнику, в памяти всплыли воспоминания того рокового дня, когда она осознала, что совершенно не интересует своего мужа. Это был день ее рождения — день, когда девушка ушла с работы пораньше, решив удивить Питера, сделать этот вечер незабываемым и вновь зажечь искру между ними. Когда она спешила домой, в голове роилось предвкушение. Элизабет представляла себе выражение его лица, когда он увидит ее во всей красе.

Тем вечером Элизабет стояла перед зеркалом, тщательно выбирая лифчик и трусики. Она хотела пленить Питера, напомнить ему о той страстной любви, которую они когда-то делили. Прошло несколько часов, пока она примеряла разные комплекты, ища тот, который поможет ей чувствовать себя уверенной и желанной. В итоге выбор пал на белье с нежным кружевом и замысловатыми деталями, которые подчеркивали изгибы и позволяли ей чувствовать себя богиней.

Но, когда часы пробили девять, и Питер наконец вернулся домой с работы, все пошло совершенно не так, как она себе представляла.

Увидев полуобнаженную жену, мистер Купер бросил на нее взгляд, который не выражал ничего, кроме усталости, и вместо того, чтобы оценить ее старания, протянул букет маргариток.

«Я так устал, Лиз, может, ты всё сделаешь сама? — его голос звучал вяло и был лишен всякого энтузиазма. — Или давай лучше завтра?»

В этот момент Элизабет почувствовала, как ее захлестнула волна унижения.

Надежды на то, что она вновь ощутит себя желанной и любимой, разбились под тяжестью его безразличия. Казалось, будто ее старания сделать их вечер особенным были для него утомительными.

К разочарованию Элизабет, это был не первый и далеко не последний раз, когда муж разбивал ее стеклянные надежды в прозрачную пыль. Несмотря на то, что она постоянно старалась быть любящей и поддерживающей женой, все чаще случались моменты, когда она ощущала себя невидимкой в глазах Питера. Как будто ее присутствие не имело значения, а все попытки разжечь страсть и близость наталкивались на стену его равнодушия.

Даже если бы Элизабет напрягла все свои извилины, то вряд ли смогла бы ответить на вопрос: когда в последний раз они занимались сексом? Не теми пятью минутами чистой физиологии, в которой отсутствовали даже малейшие намеки на страсть, а именно сексом. Трахались, если угодно.