Последний шанс для Красной Шапочки

Глава 10. Красный плащ

Нет, всё-таки мы начинаем что-то ценить, лишь потеряв это. Я поняла это, ворочаясь в чужой, но всё же такой желанной после моей лесной ночёвки, постели, и буквально наслаждаясь этим ощущением. Да, не спалось. Да мешали мелкие скрипы, которые неизбежно слышаться в любом деревенском доме. Гудели всё никак не угомоняющиеся после лета комары и ветви деревьев за окном, бросавшие тени на пол и на всё скромное убранство комнаты. А ещё собственные мысли по поводу всего и сразу. Ну не бывает у девочек по-другому, не бывает!

Я то вспоминала Дьярка и его нескромное предложение, которое, вероятно, закончилось бы изнасилованием, и мне становилось не по себе. Нет-нет, да и чудилось мне, что он заглядывает в окошки, надеясь сцапать меня, чтобы отомстить. Хотя, очевидно, после урока старой Герты он вряд бы ещё сюда сунулся. Но сердце тревожно билось в ночи, а голова додумывала то, чего в самом деле не было и быть не могло.

А после я размышляла о словах Герты, пытаясь не верить ей и верить одновременно. Неужто у меня и впрямь были какие-то ведьмовские силы? Тогда почему я их раньше за собой не замечала? Вроде и не уродина, и стройняшка, да и характер – дай Бог каждому, но… Иным моим подруг достаточно было порой взглянуть на парня, глазками похлопать, и готов жених! Я так всех до единой замуж перевыдавала, на свадьбах, считай, плакальщицей подрабатывала. Они-то думали, я реву, потому как об их судьбе беспокоюсь. А я влагу разводила лишь потому, что одна такая в девках засиделась – никому не нужная, а, значит, что-то со мной было не так.

Но старушка всего в паре слов объяснила мне, почему оно так вышло. «Нужная, - сказала она, - ещё как нужная! Вот только не в том мире, где ты родилась».

Интересно получается! Значит, поговорка «где родился – там и пригодился», не всегда работала корректно? Но и здесь, честно говоря, всё было не так просто. Взять, к примеру, те же слова Герты. Она уверяла меня, что мой суженый тот, кого я встретила здесь первым, и моё предположение, что это раздутый принц Йоганн, всё же изначально было неверным. Ведь на меня наткнулся целый конный отряд, и поди разбери, кто из них был «тем самым». И, к слову сказать, лучше бы никто.

Признаюсь, от Йоганна я тоже не была в восторге, но он был всё-таки принц. Скажите честно, кто из вас, девочек, не мечтал в детстве стать принцессой? Особенно если этот титул доставался путём бракосочетания с Его высочеством. Конечно, Йоганн поступил не очень красиво, велев взять меня под стражу, да ещё и посадив в эту вонючую неудобную клетку. Не сам, но с помощью своих людей, но это, конечно, ничего не меняло! Однако я допускала мысль, что он был не так плох, и попросту не знал, как со мной обошлись его помощники.

И всё же простить его я не могла, даже мысленно, а потому продолжала дуться и мучать себя глупыми предположениями вместо того, чтобы просто взять и уснуть. И, наконец, выспаться.

Когда же наконец усталость взяла своё и я вырубилась, устав мучать себя всем этим наяву, все те же переживания настигли меня во сне, перемешавшись в жуткую кашу неразберихи и откровенного бреда. Автобус, лопнувшее колесо, лес, кони, всадники и погоня… Мне хотелось проснуться, но я не могла. Кричала, звала на помощь, но, как всегда, на мой зов откликнулся только волк – тот самый, которого я лечила и который был умнее и человечнее того же Дьярка. Я обрадовалась, увидев перед собой серую животинку, но волк, возникнув передо мной, в тот же миг вдруг переменился, превратившись в принца Йоганна! А я и забыла, что успела перепутать того голого парня с царственным наследником, и вот этот момент и напомнил мне о случившимся инциденте!

Ночь, как и мой сон, закончилась неожиданно. Кто-то грубовато тряхнул меня, и первая предательская мыслишка, посетившая мою голову, была о том, что Дьярк всё-таки до меня добрался. Но мутное пятно перед глазами, перестав мельтешить в полумраке комнаты, превратилось в сморщенное лицо бабушки Герты.

- Вставай, - просто сказала она, отворачиваясь. – Нам пора идти…

- Куда?! – я села на кровати, пытаясь разодрать воспалённые от недосыпа глаза. – Ночь на дворе…

- Ишь ты! Ночь! – недовольно пробурчала себе под нос старушка, поворачиваясь ко мне спиной. – Или спать до обеда собралась? Скоро уж рассветёт, а ты всё ляшки тянешь!

Ну точно, как моя бабушка – один в один, когда той приспичивало, чтобы я в четыре утра отправлялась пропалывать её драгоценный огород. Вот только сейчас уже была осень, и пропалывать особо было ничего. Тем более, что находились мы сейчас в лесу. Но, наверное, у меня карма такая была, вечно подстраиваться под всяких бабушек – своих, чужих. Однако деваться было некуда, и я поднялась, разминая вялые конечности, заставляя себя проснуться.

- И оденься во что-то более приличное, - продолжала брюзжать Герта. – Иначе к тебе так и будут всякие цепляться, чтобы диковинку заполучить.

- Приличное? – сонный мозг слабо соображал, и всё же информация нет-нет, да и подгрузилась. – Так у меня с собой ничего больше нет…

- В сундуке посмотри! – напутствовала меня бабулька, попутно наряжаясь в более тёплую одежду. – Там много чего есть…

Я, скептически хмыкнув, направилась к одному из старинных сундуков старой Герты, особо не надеясь на успех. Ну что в них могло быть? Изъеденная молью шаль? Пропахшая нафталином ветошь?

Однако содержимое первого же хранилища приятно удивило меня. Не сразу, конечно. Пришлось покопаться, раскидывая старинные платья «в пол», цветастые и слишком уж старомодные, вязаные варежки, другую одежду, пока я не наткнулась на него.

Вытянув находку из груды ветоши, я замерла - передо мной лежал великолепный плащ цвета спелой рябины, того самого оттенка, что заставлял моё сердце биться чаще. Тяжелая шерстяная ткань, подбитая чем-то невероятно лёгким и тёплым, переливалась в тусклом свете, а по краям мерцала серебряная вышивка - замысловатые узоры, в которых мне ещё только предстояло разобраться.