Последний шанс для злодейки

Одно копьё на двоих

Аннотация: Он держал меч у моего горла… а в следующую секунду закрыл меня собой.
Я — Акари Каминари, демонесса, рождённая разрушать. Он — Рэй Аманэ, девятихвостый лис, который должен был меня убить… но попытался спасти.
Теперь я снова жива. Молода. Но уже не та что прежде.
Я помню свою смерть. Помню его. Я должна найти его. Узнать, кто предал меня. И изменить судьбу.
Но если мы снова окажемся по разные стороны баррикад…
Что мне выбрать: месть, власть — или любовь?

Предупреждение

Эта история создана для взрослых (18+).

В ней нет пошлости — только чувства, доведённые до предела.

Здесь любовь может быть болезненной, страсть — подчинившейся, а выбор — судьбоносным.

Если тебе близки сильные героини, чувственные отношения и история, пропитанная японской культурой, то ты дома.

_________

Под алой луной мы бились друг против друга. Сражались не на жизнь, а насмерть. Даже в человеческом обличье от него исходило давление. Девять призрачных хвостов мерцали в лунном свете, как стальные лезвия, готовые в любой момент пронзить меня.

Ночь была холодна, но не настолько, чтобы остудить наш пыл.

— Довольно, Акари, — его голос звучал не как просьба, а как приказ, от которого непроизвольно дрогнули пальцы на рукояти меча. — Ты проиграла ещё до начала этого боя.

Я оскалилась, чувствуя, как его магия сковывает воздух вокруг:

— Это ты опусти меч, Аманэ. Ты один против всего моего клана.

Он усмехнулся. Горько, почти устало. Янтарные глаза сверкнули — не страхом, а тем ледяным раздражением, каким учитель смотрит на ученика, который снова не выучил урок. На его теле темнели следы моих клинков — резаные, рваные, но он стоял. Чистая спина. Высокий подбородок. Безупречная стойка лиса-защитника. Это злило. Это не то, на что я надеялась.

Я шагнула ближе, меч в руке дрожал от ярости.

— На колени, Лис, — прошипела я. — И я позволю тебе жить.

Внутри уже рождалась картина: золотая цепь на его гордой шее. Его губы, целующие мои сапоги. Его гордость, растоптанная под моим каблуком.

Но он рассмеялся. Низко. Глухо. Зверь, который сам выбирает, когда дать себя убить. Смех, от которого мои бёдра вспомнили, как это — быть под ним.

И луна над нами стала ещё краснее.

— Милая Акари, — он поймал мой клинок своим, заставив лезвия завизжать. — Если хочешь кого-то поставить на колени, то покажи, что достойна этого.

Я запыхалась. Ремешки доспехов натирали бока. Тело ныло от многочасового боя. Руки подрагивали, но меч не опускали. Пропитанные потом пряди волос прилипли к вискам. Каждый вдох отдавался жжением в груди, но вместе с болью жила странная, упрямая жажда — дотронуться до него. Не мечом. Руками. Ощутить под ладонями это тёплое, враждебное, знакомое тело.

Нельзя, чтобы Лис заметил мою слабость. Нельзя, чтобы он первым нанёс смертельный удар. Ведь я не сомневалась — он хотел моей смерти. Каждый из вражеского рода Аманэ желает смерти любому из рода Каминари. Особенно новой предводительнице этого рода. Жестокой и безжалостной демонессе Акари Каминари — мне.

Мы кружили вокруг друг друга, время от времени нанося удары. Сталь звенела. Деревянные подошвы стучали по сухой земле. Пыль поднималась вокруг.

Мы кружили.

Два зверя под красной луной.

Лезвия звенели, высекая искры, от которых, казалось, вот-вот вспыхнет сухая трава под ногами. Деревянные подошвы стучали по выжженной земле. Пыль поднималась и оседала на ранах.

— Устала? — Его голос скользил по моей шее, как холодное лезвие.

Я не ответила, лишь сильнее впилась ногтями в ладони. Нельзя показывать слабость. Нельзя признавать, что моё тело предательски хочет не боя — а...

Его взгляд упал на мои губы.

Я сглотнула.

Дзынь!

Наши клинки сошлись снова, но на этот раз он не отпрянул. Его тело прижало меня к скале, а свободная рука схватила моё запястье.

— Ты дрожишь, Акари, — горячий шёпот ударил в ухо. Слишком близко. Слишком тепло. — Но не от страха.

Я зашипела, закусила губу до крови. Проклятый Лис! Он всё видел. Всё чувствовал. Он всегда чувствовал меня лучше, чем я сама.

— Убью, — выдохнула я, но тело не слушалось, замирая под его прикосновением.

Рэй рассмеялся — низко, глубоко, как будто знал какой-то секрет.

— Лжёшь, — его губы коснулись виска. — Ты хочешь совсем другого, Каминари.

Он медленно вдохнул мой запах, так близко, что кончик его носа задел кожу под ухом. Я почувствовала, как дрожь предательски прошлась по позвоночнику.

Я дёрнулась в попытке вырваться — и в этот миг наши мечи снова завизжали между телами. Он отстранился лишь на волосок, но в глазах зажглось звериное предупреждение.