Последний шедевр

6

6

На обратной дороге Аспис подбросил меня до бара и сказал, что встанет неподалеку от окраины города на берегу реки. Пообещав прислать адрес сообщением, он заверил, что такси туда точно доедет, попросил не напиваться и уехал.

Мне смертельно хотелось поужинать в людном месте, а Аспису хотелось ровно противоположного.

Сегодня был будний день, поэтому аншлага в баре не наблюдалось. По кремовым стенам тянулись дубовые полки с алкоголем, черный квадрат меню с меловыми записями продуктов и цен, ряд высоких барных стульев вдоль стойки. Внутри висел тяжелый теплый запах пива, перемешивавшийся с сигаретным дымом. Двое мужчин играли в бильярд возле громадного радио, еще несколько человек сидели за столиками на диванчиках с высокими спинками. Шаркая ногами, я добрался до стойки и плюхнулся на первый свободный стул. По телевизору, висевшему на кривой подставке, крутили новости. Ничто так не убивает любовь к человечеству, как хотя бы десять минут просмотра новостей.

Я заказал пива и куриных крылышек. Не замечая никого и ничего вокруг, осушил пару стаканов еще до того, как притронулся к еде. Дождавшись, когда алкоголь начнет расслаблять тело, я повернул голову, чтобы оглядеть бар.

Совсем рядом сидела молодая рыжеволосая девушка в светлых джинсах и розовой футболке. Она разложила на стойке большую книгу с лощеными страницами и мечтательно их перелистывала. Сначала мне показалось, что это модный журнал, но, присмотревшись получше, я узнал в книге один из путеводителей по местной графике, живописи и скульптуре. Необычная литература для бара. Пиво уже хорошо ударило мне в голову, поэтому я решил высказаться.

– Будьте осторожнее с картинами.

Девушка подняла на меня зеленые глаза, словно не понимая, к ней ли я обращаюсь. Припав к стакану, я отпил еще пива и вздохнул.

– Осторожнее? – переспросила она. – Почему?

– Иногда картины хранят в себе мрачные тайны. – Я уставился на тарелку куриных крылышек. – Извините, выпил. Увидел, что вы листаете эту книгу и не смог заставить себя заткнуться.

– Все в порядке. – Девушка улыбнулась. – Вы правы, у некоторых картин очень мрачная история.

– Просветите меня. – Я повернулся к девушке и нелепо оперся локтями на стойку, чтобы подпереть подбородок руками. Она хихикнула и перелистнула страницу.

– Сразу ничего не приходит в голову. – Девушка явно заинтересовалась моим предложением поделиться наблюдениями. – Ну, например, я знаю картину «Луга Асфоделя».

– А-а-а, это на которые смотришь и проваливаешься в картину? – хмыкнул я. – Миф.

– Вы уверены?

– Абсолютно. – Я вгляделся в надпись вверху страницы. – Здесь написано, что путеводитель по местным художникам. Есть что-нибудь интересное?

– Да, я знаю одну местную легенду. Но это всего лишь слухи.

– Обожаю слухи. Я весь внимание.

Девушка снова рассмеялась и перелистнула несколько страниц, выискивая нужное полотно.

– Много лет назад в этом городе жил психически нестабильный мужчина, который убил свою любовницу. – Девушка нахмурилась, вспоминая, на какой странице было необходимый ей холст. – Многие считают, что он просто боялся гнева жены.

– А он не боялся?

– Не было у него жены, а любовница его отвергла. – Девушка, наконец, прекратила листать и развернула книгу ко мне. – Вот. «Муза в саду»… Вы в порядке?

Меня словно пригвоздило к месту, по позвоночнику пополз могильный холод. С лощеной страницы на меня грустно смотрела Алина, склонив голову и словно обвиняя в недальновидности. Художник не запечатлел умирающую возлюбленную.

Он сам ее убил. И бедная девушка даже после смерти не могла выносить чужого женского счастья.

Из оцепенения меня вырвала вибрация телефона в кармане. Выудив его одеревеневшими пальцами, я прочитал всего два предложения, которые Аспис отправил мне вместо нового адреса расположения минивэна в мессенджере, и кувалда осознания окончательно прибила меня к земле.

«Сгоревшая картина сама вернулась на место, Белозеровой стало еще хуже. Я еду».