Последний шедевр

9

9

Наш проводник назвался Олегом Никольским. Он предложил пойти практически налегке, распределив небольшой запас провизии по походным рюкзакам. По его словам, мы смогли бы добраться до Мертвого пика как можно быстрее, если бы не обременяли себя тяжелыми ношами. Никольский прихватил с собой винтовку и попросил нас позаботиться о припасах. Аспис взял с собой наш револьвер и рюкзак с вещами. Я нес провизию: консервы, галеты и фляжки с водой. Палатку мы взяли всего одну, рассчитывая на то, что всего две ночи в этом лесу будут отделять нас от Мертвого пика.

Вылазку было решено начинать немедленно, и вот мы уже шагали за своим новым проводником Никольским. Он был похож на обыкновенного лесничего: спутанные волосы, неровная щетина, потертая камуфляжная одежда, которую он не менял десятилетиями. Но больше всего запомнилась его едкая улыбка, хитрые и недоверчивые глаза. Словно он знал больше, чем говорил.

Никольский вырос в этих землях и знал, что выдумки о Медузе Горгоне печально правдивы. Некоторые части леса были вполне безопасны, но, чем дальше мы отходили от Эдемской Высоты, тем резче и порывистей становились его движения. Полозов был прав насчет него. Вместо ощущения безопасности, я улавливал неясную тревогу. По Никольскому было видно, что он давно путался с опасными силами леса, но не распространялся, чем конкретно тут занимался. Времени спрашивать не было. Если он приведет нас к Кайрису, то я готов простить ему внешность и повадки лесного маньяка.

– И что же потянуло вас в логово Горгоны? – спросил Олег так, будто собирался обсудить прогноз погоды.

– Откуда вы знаете? – спросил я.

– Я бы больше удивился, если бы он был не в курсе, – проворчал Аспис. – Ищем нашего друга.

– Друга? – переспросил Олег. – Он что, ушел на Мертвый пик?

– Нет, его унесла Медуза, – ответил я.

– Жаль вас огорчать, но он либо съеден, либо превращен в камень. – Никольский пожал плечами.

– Жаль вас огорчать, но мне плевать на ваши догадки. – Аспис отцепил ветку от рукава рубашки.

– Зачем же так грубо? Я говорю то, что знаю.

– Вы не представляете, кто такой Кайрис и в какой узел он может свернуть эту Горгону, – отрезал Аспис.

– Ладно, вы мне платите, а я не задаю лишних вопросов.

– И не даете лишних советов.

Никольский ухмыльнулся и поправил винтовку на своем плече. Похоже, он ни капли не обиделся. Ему было интересно, почему мы все-таки собрались спасать того, кого спасти было уже невозможно.

Ближе к трем часам дня мы оказались возле большого лесного озера. Ноги страшно гудели, в животе урчало, поэтому было решено сделать короткий привал. Умывшись в озере и быстро перекусив консервами, мы нехотя поднялись с бархатной мягкой травы и продолжили брести на север. Судя по всему, город уже был где-то восточнее этой тонкой охотничьей тропы. Он тянулся где-то сбоку, прикрывшись деревьями.

Вечером мы остановились, чтобы разбить палатку. На иссиня-черном небе загорались мириады древних звезд. В воздухе разливался запах трав, а вокруг громко стрекотали цикады. Под покровом темноты даже деревья стали выглядеть более зловещими: их ветви переплетались, нависая над землей, и лунный свет едва мог пробиться сквозь густую крону.

Мы часто останавливались на природе, но с нами всегда был родной минивэн, который в этих дебрях бы просто застрял. Тишину нарушало потрескивание костра, у которого мы расположились на привал. Отовсюду доносились странные звуки, которые каждый раз заставляли подскакивать на месте. Любое неясное шуршание, любая сломанная ветка – все это могло свидетельствовать, что за нами наблюдает пара глаз, способных обратить в камень.

– Что вы сделаете, когда найдете Горгону? – спросил Никольский, подкидывая еще валежника в костер.

– Отрублю ей голову и скину со скалы, – процедил Аспис. Он сидел напротив проводника, неотрывно глядя на пламя и злобно ломая сучья в руках, чтобы хоть куда-то деть свою деструктивную энергию.

– Не думаю, что вы выживете, – невесело сказал Олег.

– Персей выжил. – Аспис пристально посмотрел на Никольского. – И мы сумеем.

– Персей – это миф.

– Как и Горгона.

– В остальное свободное время вы гоняетесь за призраками. Почему выбрали эту работу? – поинтересовался Олег.

– А вы свою?

Никольский усмехнулся и пошевелил ветки в костре. Аспис, не сумевший продолжать этот разговор дальше, предложил нам отправиться спать. Он сам бы остался подежурить еще около трех часов. Когда мы с проводником устроились в разных частях палатки, я еще долго смотрел в спину Асписа, словно пытаясь успокоиться. Все будет хорошо – Аспис прихватил с собой темные очки, он не спал и следил, чтобы все было спокойно. Его ссутулившаяся фигура чернела напротив догорающего костра.

– Кто такой этот Кайрис? – Олег решил напасть с расспросами на другого члена команды, повернувшись ко мне в почти полной темноте палатки.

– Наш друг, – коротко ответил я.

– Сдается мне, что этому ворчуну он друг гораздо больше, чем тебе.

– Ворчуну только об этом не говорите. – Я подтянул спальный мешок к самому подбородку.

Олег ухмыльнулся в полутьму палатки.

– Знаешь, нужно быть совсем отчаянным или проклятым, чтобы идти в логово Горгоны. Обычные люди туда и носа не кажут.

– Кайриса мы не оставим. – Я отвернулся, всем видом показывая, что разговор окончен. – А уж проклятые мы или отчаянные – решайте сами.

Утром мы снялись со стоянки, перекусив галетами и осточертевшими консервами. Они успели мне надоесть еще за время путешествий в фургоне, но выбирать было не из чего. Собрав палатку и наши скромные пожитки, мы затушили костер и двинулись дальше. По словам Олега, еще одна ночь, проведенная в лесу, должна была приблизить нас к гнезду Горгоны. Однако он пообещал довести нас лишь до подножья Мертвого пика, потому что у него не было ни малейшего желания забираться в пещеру.

Еще один день мы потратили на путешествие, беспощадное к моей выносливости. Аспис и Никольский неутомимо двигались вперед, ловко перемахивая через поваленные деревья и раздвигая руками высокую траву. А я буквально выбивался из сил, чтобы поспеть за своими спутниками. Единственное, что удерживало меня на ногах – это надежда, что с Кайрисом все в порядке, и мы успеем ему помочь.