Последний скиталец

Интерлюдия

За полгода до побега

Тусклый свет настенного фонаря болезненно сказывался на самочувствии. Далья хрипло вздохнула — подхватила на одной из тренировок простуду — и ощутимо ударилась затылком о каменную стену своей камеры. Веря нацарапанным у койки меткам, сегодня должен был быть понедельник где-то в середине ноября 2609 года. Сопоставить данные календаря, вскользь увиденного у одного из надзирателей, с погодными условиями не составило труда, а там просто следовало вести верный отсчёт. И вот теперь шёл к концу шестой год её существования в Рамалане, как часть безумного, но грандиозного замысла Терры Адьяр.

С малых лет Далья понимала, что любовь матери не познает никогда. Терра пропадала в лабораториях, спихнув малышку на нянек с ножнами на бёдрах и колчанами за спинами, а об отце даже думать не хотелось. Желания отыскать его не было, выстраивать теории, почему он её бросил — тоже. Если так вышло, то ничего не поделаешь, а впадать в приступ драматизма не входило в её характер.

Далью Адьяр растили воином, а не дочерью владыки.

Замочный механизм издал противный звук, перед тем, как на пороге камеры показалась блондинистая голова Тории Биновиль — рамаланской стражницы и подруги Дальи.

— Госпожа ждёт тебя внизу.

Далья кивает, неспособная на пустую вербалистику, и вяло поднимается с кровати. За дверью их ждёт Эверетт Кейро — верный напарник Тории.

На запястьях Дальи защёлкиваются наручники, не рунические, как у Дарии Бломфилд, обычные. Короткая крепкая цепь остаётся в руках Эверетта. Тория идёт впереди, разблокирует двери.

Далья уныло глядит на дверь с крупной серой цифрой «12», когда они проходят мимо, и вспоминает первую встречу с Дарией. Шесть лет назад.

Двенадцатилетняя Дария Бломфилд, уже пять лет зовущаяся скомканным «заключённая номер двенадцать» вызывала в Терре Адьяр непреодолимую злость и ненависть. Потраченные время и силы на «последнего мага-скитальца Амрониума» не давали своих плодов, Дария никак не могла совладать с магией внутри себя, и даже лучшие ведьмы и колдуны измерения не могли выпустить эту силу наружу.

Тогда-то Терре пришла в голову мысль начать готовить вторую часть задуманного эксперимента, и постараться установить между ними крепкую ментальную связь, завязанную на схожести и магии.

Долго, впрочем, выбирать образец не пришлось. Родная дочь, Далья Адьяр, была идеальным вариантом — имела идентичную дату рождения, цвет волос и глаз, уровень упрямства и гордости был так же схож. Иногда Терра задумывалась: а не благословлена ли свыше её задумка? Настолько идеальные образцы подобрать чертовски сложно, а здесь такая удача!

Далья восприняла план с весомой долей скептицизма, заявив, что мать ополоумела окончательно, и участвовать в этой ереси она не собирается. Но что может сделать ребёнок — подросток, — заточённый во власти тираничной матери? Ровным счётом ничего.

Далье пришлось подчиниться. Подвергаясь многочисленным мелким заклинаниям придворных ведьм, — изменить цвет волос с природно-алебастрового на графитно-чёрный, цвет глаз с туманно-серого на шоколадно-карие. А потом бесконечно долгие наставления матери о непричастности Дальи к ней. Просто эксперимент, просто образец, просто не-дочь.

Просто вычеркнуть из жизни.

С выгравированным на сердце равнодушием Далье пришлось принять правила игры и стать для своей «второй половины» сущим кошмаром. Это было обоюдное решение.

Девчонка походила на неё саму. Одного роста, того же цвета волосы, тусклые серые глаза, выпирающие через майку рёбра и острые скулы. Тогда Далья решила, что сказания о последнем маге-скитальце лживы, и это нечто не может быть сильнейшим магом измерения. Трофеем особо глумливых охотников. Ключом к межизмеренной войне.

Их поставили на одной арене лицом к лицу. Дария была запуганной и сломленной девчонкой, прячущей взгляд за завесью грязно-бледных волос, едва ли сейчас похожих на свой природный цвет. Руки дрожали, закованные в рунические наручники, а свежие ссадины сочились кровью. Далье было откровенно её жаль. Первые несколько секунд она изучающе скользила взглядом по хрупкой фигуре, отчего-то привлекательной в собственной беззащитности, серой цифре на шее, которой клеймят всех образцов, слушала прерывистое, местами хриплое дыхание.

А потом наручники сняли, и Дария создала свой первый полноценный портал, глядя точно в глаза Дальи.

Дарию Бломфилд Далья не видела уже три недели. Терра Адьяр нервничала, сроки шли, Авнерион набирал силу, а результата так и не предвиделось. Магия Дарии всё ещё была неустойчива, а интерес к Далье, как к образцу, потерян.

Перейдя в более просторный коридор, через который обычно поставляли медикаменты для заключённых, Тория передала Далье крошечных размеров свёрток. Позже, развернув его вне стен Рамалана, Далья поняла, что Тория добыла-таки схему отключения магического оснащения дворца. А знания Дальи о системе энергоснабжения и мелкого колдовства позже помогли им троим выбраться из Рамалана.