Последний скиталец

Интерлюдия

Спустя два года

Шпили дворца, озарённые восходящим солнцем, сияли, словно сами звёзды спустились с небес. Утренняя молитва разносилась по сочно-зелёным садам, в тени которых невозможно было найти ни одной живой души — все были собраны в главном зале у Обелиска Света, установленного в восточной части залы, как знак поклонения небесному светилу, являвшемуся на защиту всего живого каждый день.

Редмонд задумчиво прохаживался по аккуратным узким дорожкам Сада Звёзд, как вдруг ему навстречу вышла его давняя подруга — Калантия. В белых одеждах оба смотрелись неестественно и эфемерно. Тёмно-фиолетовые волосы Редмонда с синими изящными бровями буйством яркости выделялись на фоне общего цветового спокойствия.

— Я полагала, что ты будешь у Обелиска, — негромко проговаривает Калантия, сцепив руки в замок перед собой.

Редмонд изучающе всматривается в беззрачковые глаза подруги, словно впервые видит эту небесную лазурность.

— Бессмертие даёт свои преимущества, — легко отвечает он, про себя отмечая, что светлые волосы Калантии выглядят чарующе в лучах взошедшего солнца. — Тебе ли не знать.

Калантия позволяет себе слабую улыбку, неотрывно глядя в такие же беззрачковые глаза Редмонда, с одним лишь отличием, что у него они фиолетового цвета. И если его волосы отдавали приближённостью к оттенку индиго, то глаза были именно фиолетовые. И никак иначе.

— Как Салима? — интересуется Редмонд, когда они с Калантией, не сговариваясь, переходят в более просторную часть сада. Здесь особенно часто проводят свободные часы юные обитатели дворца, совсем ещё мальчики и девочки, вот-вот вырванные из родительских гнёзд. Здесь кроны деревьев не скрывали ни солнце, ни луну, цепляя своими образами надежды на скорую встречу с родными. Но по положению дворца непосвящённым запрещалось пересекать эти границы.

— Она приняла решение отклонить предложение Паллантиума и, в какой-то мере, я её понимаю.

— Хм?

— Она служит Блэкам и ордену Каладриус, которым плевать, каким путём она получила своё бессмертие. Их волнует она нынешняя и результат её работы. Здесь же на неё смотрели бы, словно на прокажённую, не обращая внимания даже на то, что она противостояла ордам Тьмы, сражаясь, рука об руку с Антуаном Блэком.

— Слышал, что он на днях покинул нас, — произнёс Редмонд, цепляя длинными бледными пальцами молочно-белый цветок, переливавшийся серебристыми огнями.

— К сожалению, — кивнула Калантия. — Салима переживает, что новый правитель не справится с плачевным положением страны и мир накроет Тьма.

— Ещё неизвестно кто это будет?

Калантия отрицательно качнула головой. Церемония должна была состояться через два дня, а Салима всё ещё отмалчивалась по поводу назначения нового правителя.

Между ними повисла тишина, разбавляемая тихими молитвенными мотивами, но вскоре затихли и они.

— Мне нужно идти, — нарушила молчание Калантия.

— Исполняешь роль няньки? — насмешливо выгнув бровь, хмыкнул Редмонд.

— Наставницы, — нарочито грозно поправила ведьма и, коснувшись плеча друга, промолвила: — Рада была повидаться.

И едва белые одежды мелькнули за завесью лиан, на площадь перед дворцом хлынула толпа молодых магов и ведьм.

Редмонд, сжав челюсть, неразборчиво выругался и свернул на дорожку, ведущую к Мосту Големов, отделявшему Сады от Портальных Арок. Шагнув в одну из них, маг растворился в мерцании телепортации.

***

Его выбросило посреди выгоревшего поля. Удержав равновесие, Редмонд вновь выругался и огляделся. Обугленные стволы многовековых деревьев, многие из которых были посажены при его младенчестве, залитая кровью земля и запах смерти. Отчётливый запах смерти, сопровождающий Редмонда долгие-долгие столетия.

Следы свежей битвы. Но где тела?

Маг тут же мысленно дал себе затрещину. Вне всяких сомнений, погибшие сторонники Света стали частью армии Тьмы. За счёт смертей врагов, повелитель пополняет ряды приспешников. Как умно́.

Не обнаружив никого вокруг, Редмонд бегло преодолел поле и, выйдя к границе леса, телепортировался в свою хижину практически на другой конец страны. Другой и спокойный конец.

Собственный дом встретил его пыльной заброшенностью и тошнотворным отчуждением. Было темно и холодно, отчего Редмонду пришлось зажечь камин одним лишь взмахом руки. На холод ему было наплевать, а вот источник света не помешал бы. Ещё пара взмахов — и распиханные повсюду огарки свечей тут же засияли мелкими язычками.

Повелитель должен знать, кто занял трон. Повелитель поручил Редмонду это дело! Повелитель будет очень зол, узнав о провале!

Редмонд не заслуживал дарованного Тьмой бессмертия.

Маг расхаживал по крохотной комнатушке своей хижины, сметая полами белого балахона мелкий мусор и пыль. Думай! Думай! Думай!

Что если связаться с Салимой? Нет. Чёртова ведьма ненавидит его. Она что-то знает. Явно что-то знает. Неужели он прокололся? Но где? Нет, быть того не может. Редмонд долго и упорно оттачивал…

— Предательство, — пробормотал маг. — Я долго и упорно шёл к предательству.