Последний скиталец

Глава восьмая

Дария отсчитывает три каменные стены. Перед глазами стекло и несколько размытых лиц. Внутри бесконечная пустота.

— Образец готов к испытанию, — механически режет кто-то там впереди, где не видно расфокусированному взору воспалённого зрения.

Образец, образец, образец.

Заключённая номер двенадцать.

— Ты не выполнила мой приказ!

— Запереть её.

Бесконечные коридоры кружат голову. Дария слышит вой заключённых, идеально вписывающийся в общий хаос. На неё смотрят тысячи глаз, закованных в железо и магию.

— Ты — лишь образ. Твои способности безграничны, но ты ничтожна.

Лабораторные стены сменяются сыростью камеры. Дария вжимается всем телом, хрупкими лопатками в твёрдую постель, цепляясь за прутья собственного отчаяния.

Образец, образец, заключённая.

— Ваши показатели идеальны. Госпожа ждёт Вас.

Скрип соседней камеры разрывает идеально выстроенную тишину, Дария крупно вздрагивает, загнанно оглядываясь на собственную решётку и не разобрать — реальность ли?

Её выводят и перед глазами короткие тёмные прядки, неровные, запутанные, с запахом сумасшествия и силы. Спина ровная, движения сосредоточенные.

Дария падает с лестницы, и коридоры рассеиваются, уступая место тренировочному залу.

Девушка напротив — воплощение сущего кошмара, и ухмылка Терры Адьяр достойное тому подтверждение.

Её толкают на холодный пол, а во рту привкус могильной земли. Дария не знает какая на вкус земля — явно несъедобная, — но сравнение отлично подходит. Потому что моральный труп.

— Она великолепна!

Меч в руках Дальи рассыпается пеплом, а остекленевшие глаза исчезают в портальной дымке.

— Мисс Бломфилд?

Дария рывком выпадает из кошмаров, рвано хватает ртом воздух, но картинка искажается, а колдун перед глазами извергает резкие фиолетовые вспышки.

— Её хоронили в Зонграде, — голос Киллиана ровный, почти лишённый эмоций. — Ты твердила о фиолетовых вспышках за деревьями ещё несколько недель после.

Визуализация заполняет черепную коробку, словно куски льда кувшин. Хочется кричать, остановить колдуна, воткнуть его в защитное стекло и никогда не видеть его магии, но выходит только сипеть.

Дария дёргается, старается вырвать ремни, которые сковывают сильнее собственного прошлого, жмурит глаза от яркого света.

— Твои демоны не властны над тобой. Ты сильнее их.

Голос вкрадчивый, гипнотизирующий. Пассы руками резкие, рваные.

Из горла рвётся рык. Кончики пальцев искрятся ядовитым дымом.

— Позволь магии стать частью себя.

Дария понимает, что вот-вот сорвётся и одному только богу известно, что последует за этим.

— Я сдержу тебя. Доверься мне.

— Ты — больше, чем просто часть замысла Терры, — голос Дальи негромкий, но уверенностью разит за версту.

— Не сопротивляйся!

Лиловые ленты пляшут вокруг, вырисовываясь причудливыми изгибами, проворно пробираются в разум, расставляя мысли по полочками. Колдун ворошит больные воспоминания, а у Дарии градом слёзы катятся и чёрт знает, что хуже. Перед глазами мёртвое лицо Дальи и слова о том, что в Харадре ей помогут.

Но не помогли.

И ловкая ленточка забирается аккурат в сердце, щурится в отмершее отверстие и, замирая, бросается, словно в огонь.

Сверкающие искры заполоняют клетку. Она не смогла. Сломалась.

Образец.

Мёртвые глаза Дальи смотрят с презрением, искажаясь в дыму разорвавшейся магии.

Ремни рассыпаются тканевым пепелищем, и Дария соскакивает с вертикально расположенного стола, медленно возрождаясь из пепла. Завербованная.

— Объект готов к сражению.

***

Дарию отпускают. Редмонд убеждает Аннамарию, что девчонке нужен отдых, и та покорно соглашается — в делах магических знаний имеет меньше, чем придворный фавн.

Покидая кабинет госпожи Каладриуса, Дарии удаётся заглянуть в глаза колдуна, но что может выражать фиолетовая пелена, созданная по зову Тьмы? И всё же Редмонд смотрит на неё не так, как должен смотреть маг-изменник, только что пробудивший в тебе силу, которая выйдет на руку ему и его госпоже.

Выйдя за дверь, Дария осознаёт, что её тошнит. Кусок в горло не лез с самого утра, а магическая встряска и без того больно дала по организму. «Ей бы отлежаться денёк», бормотал Редмонд. «Конечно», язвила Аннамария в ответ, «Авнерион и так сдерёт с нас шкуры через несколько часов».

«Вместо этого, он сдерёт шкуру с меня», думалось Дарии, когда последний коридор был преодолён.