Последний вальс мисс Стерлинг

1 глава

Воздух в Окхейвен Мэнор в то апрельское утро был напоен одновременно предвкушением и легкой меланхолией. Последние сундуки, тщательно упакованные под неусыпным оком миссис Беатрис Стерлинг, громоздились в холле, словно памятники грядущим переменам. Сам дом, казалось, вздыхал, провожая своих обитателей в водоворот Лондонского Сезона. Тихое спокойствие сельской жизни в Хэмпшире должно было смениться блеском и суетой столицы – перспектива, вызывавшая у старшей дочери Стерлингов, мисс Вивиан, чувство, более близкое к тревоге, нежели к радости.

Вивиан, или Вив, как звали ее в узком кругу (и как она сама предпочитала именовать себя в мыслях), стояла у высокого окна гостиной, наблюдая, как слуги закрепляют багаж на крыше наемного экипажа. Солнечный луч, пробившись сквозь облако, золотил старые дубы, давшие имя поместью. В их солидной, вековой тени она всегда находила утешение, которого так недоставало в людской толчее. Ей двадцать один год, возраст, когда большинство девушек ее круга уже считают себя на пороге замужества или даже переступившими его, но Вив ощущала себя скорее наблюдателем жизни, нежели ее активной участницей. Ум ее, острый и склонный к анализу, находил мало удовольствия в поверхностных светских беседах и танцевальных марафонах. Она предпочитала тишину библиотеки Окхейвена грохоту бальных залов Мэйфэра.

– Вивиан, дитя мое, ты все еще здесь? Надо торопиться! Лошади уже запряжены, а Сисси чуть ли не час прихорашивается! – Голос миссис Стерлинг, звонкий и исполненный деловой энергии, разрезал тишину. Беатрис Стерлинг была женщиной, чьи амбиции относительно своих дочерей, особенно младшей, могли бы сдвинуть с места горы, будь они выражены в физической форме. Сегодня ее лицо, обычно несколько напряженное от постоянных расчетов, сияло надеждой. Лондонский Сезон! Арена, где красота Сесилии должна была сверкнуть самым выгодным светом и привлечь внимание самого достойного (читай: самого состоятельного) жениха.

– Я готова, мама, – спокойно ответила Вив, отходя от окна. – Просто наслаждалась видом сада. Надеюсь, розы не зачахнут без нашего присмотра.

– Розы! О, Вивиан, будь практична! Лондонские розы в виде женихов куда важнее наших садовых! – Миссис Стерлинг махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху. – Где твой отец? Артур! Артур, милый, ты не забыл свой новый жилет? Тот, что с шелковыми пуговицами?

Мистер Артур Стерлинг появился в дверях, погруженный в чтение свежей газеты. Человек в высшей степени благоразумный и несколько флегматичный. Его роль в семье сводилась преимущественно к молчаливому согласию с планами супруги и финансированию оных в пределах скромных возможностей.

– Жилет? Ах, да, Беатрис, он на мне, – пробормотал он, не отрывая глаз от колонки. – Прелюбопытное дело в Парламенте насчет зерновых пошлин…

– Артур! Газеты подождут! – Миссис Стерлинг вырвала листок из его рук с ловкостью, отточенной годами. – Сесилия! Сисси, солнышко, иди же! Мы ждем только тебя!

И словно по мановению волшебной палочки, на лестнице появилась Сесилия Стерлинг. Семнадцать лет, и уже ослепительная. Светлые, как спелая пшеница, локоны, обрамлявшие лицо чистых, почти кукольных линий, большие голубые глаза, сиявшие предвкушением всеобщего восхищения, и нежная, фарфоровая кожа – Сисси была создана для того, чтобы быть украшением любого собрания. Ее новое платье небесно-голубого оттенка подчеркивало глаза и делало ее похожей на ожившую пастель. Легкая, почти воздушная походка, улыбка, обещающая бездну очарования – она излучала ту самую "живость", которую так ценит свет и которая так часто граничит с легкомыслием.

– Я здесь, мама! – воскликнула она, кружась, чтобы продемонстрировать все достоинства наряда. – Не правда ли, оно восхитительно? Модистка мадам Лефевр просто волшебница! Вив, посмотри! Тебе тоже надо было заказать что-нибудь у нее, а не довольствоваться этой… практичной серостью.

Сисси слегка сморщила носик, окидывая строгое, но безупречно скроенное платье старшей сестры цвета морской волны взглядом, полным сожаления о потраченной впустую возможности блистать.

Вив улыбнулась, но в улыбке не было тепла.

– Мое платье прекрасно выполняет свою функцию, Сисси, – возразила она мягко. – Оно скромно, удобно для путешествия и не привлечет ненужного внимания пыли на дорогах. А твое, без сомнения, очаровательно. Ты будешь самой прекрасной на любом балу.

Лесть успокоила младшую сестру, как и предполагалось. Тщеславие Сисси было столь же очевидным, сколь и ее красота.

Наконец, после последних суетливых распоряжений миссис Стерлинг горничным и напоминания мистеру Стерлингу о необходимости взять кошелек, семейство уселось в экипаж. Окхейвен Мэнор, с его знакомыми, уютными очертаниями и шелестом дубрав, медленно скрылся из виду, уступая место меняющимся пейзажам дороги в столицу.

Путешествие заняло добрую часть дня. Вив большую часть пути провела, глядя в окно, погруженная в свои мысли. Она наблюдала за сменой ландшафтов, за жизнью маленьких деревень, мимо которых они проносились, за тяжелой работой фермеров в полях. Эта реальная, осязаемая жизнь казалась ей куда более честной и значимой, чем искусственная суета, ожидавшая их в Лондоне. Ее мать непрестанно говорила о предстоящих балах, о важности знакомств, о герцогинях и графах, чье расположение могло открыть двери в высшее общество. Отец время от времени вставлял замечание о состоянии дорог или ценах на постоялых дворах. Сисси же пребывала в сладостном предвкушении триумфа, лишь изредка прерываемом беспокойством о возможной помятости своих локонов.

– …и леди Темплтон, говорят, дает самый изысканный бал в начале сезона, – вещала миссис Стерлинг. – О, как важно будет попасть туда! Артур, ты ведь знаком с сэром Джеймсом Темплтоном? По делу о той аренде, помнишь?

– Смутно, моя дорогая, – ответил мистер Стерлинг, глядя в противоположное Вив окно. – Кажется, он упоминал что-то о охотничьих угодьях…

– Ну вот видишь! Надо будет напомнить ему о вашем знакомстве. И главное, девочки, – она повернулась к дочерям, – держитесь вместе на первых порах. Скромность, но не застенчивость! Улыбка, а не вульгарный хохот! Вивиан, постарайся не выглядеть слишком… умной. Мужчины этого не любят. А ты, Сисси, солнышко, сияй! Твоя красота – наш главный козырь. Помни, цель – выгодная партия. Очень выгодная. Особенно для тебя.