Последний восход | Зомби апокалипсис

Глава 8. Что ждёт внутри

За деревянными воротами, чей скрип напоминал стон — будто сама земля не желала впускать чужаков… Открылся внутренний двор: утоптанная земля, извилистые тропинки, самодельные теплицы, согнувшиеся под тяжестью зелени, пара сараев с потертыми стенами и несколько строений — грубых, сколоченных из досок и ржавого металла, но... живых. Настоящих.

Когда троица переступила порог, один из стражей — молодой парень в куртке с рваными рукавами — тут же поднес к губам рацию:
— прибыли люди. Четверо. Мужчина с тяжелым повреждением.

Из глубины фермы к ним устремились люди — мужчины и женщины с оружием, но без злобы в глазах. Высокий мужчина с проступившей сединой в бороде склонился над Человеком, осмотрел окровавленный бок и резко выпрямился:
— Лазарет. Быстро. – Джудас и Кега отступили в сторону, давая дорогу и скептически пощурившись, отдав Человека в руки здешних жителей. Несколько из них бережно подхватили его тело и понесли к небольшому зданию, над входом которого болталась выцветшая табличка с красным крестом.
Влад остался стоять посреди двора, медленно протирая очки о единственный, чистый край футболки. Он даже не взглянул вслед уносимому раненому — просто ждал. И почти сразу услышал голос:

— Чебур

Из тени второго строения вышел мужчина с ухоженными усами и длинными волосами. Его тёмно-синие брюки были идеально отглажены, рубашка — заправлена, ремень — туго затянут. На вид — лет сорок. Шёл он легко, уверенно, а улыбка будто застыла на его лице, словно маска, когда он продолжил говорить:
— Рад, что ты жив. Не думал снова тебя увидеть, по правде говоря. Но ты же не забыл? – он шагал ближе не снимая уверенной с лица улыбки, – Ты сам выбрал уйти — произнёс мужчина в чьём голосе можно было услышать насмешку.
— Ты выгнал меня, Марк. Не перекручивай, — Спокойно парировал Чебур, чуть приподняв бровь. В ответ на это Марк только негромко хохотнул протерев рукой свои усы и небрежно пожимая плечами
— Было... непросто. Ты ведь сам все усложнил, –протянув руку Марк улыбался похлопав Влада по плечу, но глаза… оставались такими же холодными.

Его тело говорило громче слов: "Ты здесь чужой."

— Мы с тобой... видим мир по-разному, – сказал Марк убирая руку от его плеча и пряча ладонь в карман
— А может, я просто говорил правду, которую тебе не хотелось слышать, – Влад нахмурился.
— Может быть, — кивнул мужчина, на секунду приподняв брови. — Но теперь ты здесь. И привёл людей. Это... ценно.

Тишина повисла между ними, тяжёлая, как предгрозовой воздух.

— Останьтесь. Пока. — наконец сказал Марк. — Поговорим позже.
— Значит, я не зря вернулся.
— Не зарекайся, Чебур, — его улыбка на миг исчезла. — Ты привёл людей. Это хорошо. Но…

Он недоговорил оставив предложение оборванным.
Их взгляды скрестились. Глаза Марка горели неестественным теплом — как у человека, который улыбается, даже когда решает, кому жить, а кому — нет.

Время текло незаметно. Утро разгоралось, солнце играло в стёклах окон, из кухни доносился слабый запах свежего хлеба, а воздух внутри поселения больше не пах смертью.

В двухэтажном доме, стоящем особняком, Марк сидел за столом с девушкой лет двадцати. Она монотонно зачитывала из блокнота:
— Перелом рёбер. Один осколок пробил кожу. Кровопотеря значительная, но не смертельная. Месяц неподвижности. Больше — если хотите, чтобы ходил ровно. – мужчина кивнул, перевел взгляд на девушку и так же, добродушно улыбнулся
— Спасибо, Милли. Пусть ему в лазарете помогут, – Он встал, прошёлся по комнате и остановился у окна, сжав руки за спиной, — Месяц... — прошептал он, глядя на двор, где двое мужчин тащили ящики. А чуть погодя взял куртку и направился к трейлеру, где поселили Кегу, Джудас и Чебура.

Они сидели за грубым, но крепким столом, когда дверь распахнулась без стука.

— Доброе утро — голос Марка звучал, как мёд, в глазах искрилась почти отеческая теплота, — Вы уже знаете, кто я, но никогда не лишним будет напомнить – посмеялся он и чуть прищурился глубоко вздыхая, – Марк. Хозяин этого... уютного уголка, – Он сделал паузу, давая словам осесть, — Ваш друг жив. Благодаря врачу.

И, будем честны, удаче. Операция была сложной, но он выкарабкался.

Кега кивнул. Джудас сжала кулаки. Чебур молча откинулся на спинку стула.

— Но есть нюанс, — продолжил Марк. — Мы потратили ресурсы. Антисептики. Обезболивающее. Время. У нас каждый бинт — на вес золота. Так что... – Его взгляд скользнул по каждому, — Вам… придется отработать потраченные ресурсы на вашего друга. Мы здесь всё решаем честно. Не кормим мертвецов. Понятно? – Кега первым кивнул:
— Понятно, – Марк улыбнулся, слегка склонив голову.
— Отлично. Думаю, мы поладим, — Он бросил взгляд на их запачканную одежду, — Кстати, вы выглядите, мягко говоря, не очень. В шкафу найдёте чистую одежду. Как раз по размеру .


Позже.

Человек лежал на кровати, придя в сознание лишь недавно. Боль в боку притупилась, но не отпускала. Каждое движение отзывалось стоном. За окном — тот же солнечный двор, те же люди занимающиеся своими делами. Мир за стенами казался далёким, почти нереальным.

В дверь постучали. Он с трудом повернул голову и хрипло прошептал:
— Входите.
— Это я, — раздался голос Джудас. Она вошла, уже в чистой одежде, и села на край кровати, сжав руки на коленях, — Ты жив. Не спрашивай как… – Она замолчала, глядя на бинты, — Тебе придётся лежать долго. Месяц. Может, больше… – она на мгновение замолчала глядя на Человека. Его лицо в моменте показалось ей омраченным, словно… ему совсем не нравилась идея провести месяц в койке.
— Марк, управляющий фермой приходил — продолжила она, усмехнувшись. — Говорит, мы теперь в долгу. Апокалипсис апокалипсисом, а бухгалтерия — святое. – Человек слабо ухмыльнулся:
— Я подумал… Когда встану... может, останемся? Место хорошее.

В этот момент дверь приоткрылась, и вошёл мужчина с подносом: куриный бульон, ломоть хлеба.

Джудас встала, задержавшись у двери.
— Позже поговорим, отдыхай