Последний восход | Зомби апокалипсис

Акт 2. Глава 4. Когда всё было иначе.

Они сидели на грубо сооружённых брёвнах посреди небольшой полянки, окружённой тенью деревьев. Марк, побитый и хромой, сидел чуть впереди, его фигура освещалась огнём. На плече — всё та же огнестрельная рана, перевязанная грязной тряпкой, возле колена — кровоподтёк и след от пули. Лицо побитое, усталое, но глаза — по-прежнему горели.
Михаил, молча склонив голову, подкладывал сухие ветки в костёр.

Марк первым заговорил, негромко, но с ощутимым напряжением разрезав ночную тишину:

— Дело в том, Михаил, что ферма — это наш дом… – Он прищурился, будто вспоминая, — Я... я же привёл их туда. Всех. Дал им крышу. А они что сделали? Выгнали. Пытались убить. Стреляли в меня! Джудит...Она бы… – он замолчал с горечью вспоминая прошлое, прежде чем мотнув головой, протер переносицу, – Этот... — он сморщился от боли и махнул рукой, — этот "Человек". Он ведь смотрел мне в глаза, прежде чем выстрелить. Смотрел, как будто я какой-то зверь! – в ответ Михаил кивнул.
— Я согласен, — тихо сказал он. — Они не имели права…
— Вернёмся, — прошипел Марк не дав собеседнику закончить, — Вернёмся и всё отнимем. Заберём обратно. А им не спастись, Михаил. Никому. Мы освободим их, как свободна и Джудит.

Михаил ничего не ответил. Они замолкли. Костёр горел, все так же потрескивая в повисшей тишине. Тени вокруг стали гуще. Марк сидел, уставившись в огонь, сжав зубы от боли.

Утро ещё не пришло, когда Марк приоткрыл глаза. Всё было в сером полумраке. Михаил уснул, откинувшись на дерево... Костёр догорал. Марк попытался пошевелиться — всё тело ломило, дышать было тяжело. Он зажмурился… и вдруг услышал шаги.

Ему пришлось открыть глаза.

На противоположной стороне костра стояла женщина. С тёмными волосами, винтовка перекинута за спину. Живая. Такая знакомая… что Марк побледнел. В груди все сжалось.

— Такой ты хотел меня видеть? — произнесла она.

Марк не ответил

— Больной, один, у костра, едва живой… Кем ты стал?

Он не мог ответить, только тяжело дышал, широко раскрыв глаза и пялясь на неё в попытках связать мысли воедино.

— Зачем ты всё это устроил, Марк? — продолжила она, глядя прямо в его глаза, — Ты мог остановиться. Но не стал, – она не без боли покачала головой, – Пора отпустить, братик.


Когда он проснулся, солнце уже било сквозь ветви. Михаила не было, а вокруг — пустота. Только тлеющие угли да затихающие птицы. Тело болело сильнее, чем ночью. Его трясло. Голова раскалывалась. Мужчина попытался позвать, но голос сорвался. Пить хотелось ужасно. Он был один.
Марк застонал, пытаясь подняться. Лоб был мокрым от пота, голова пульсировала, а мир вокруг казался размытым и зыбким. Он ухватился за ствол дерева, медленно встал на ноги, стиснув зубы от боли. Сделал один шаг… и рухнул на землю.

Сухая трава у лица. Пыль. Стук сердца в ушах.

С трудом перевернувшись на спину, он замер, смотря в небо сквозь дрожащие ветви. Перед глазами — другое небо. Чище. Куда цветнее… а воздух вокруг стал теплее. Тот же огонь, но в других руках. Воспоминание пришло мягко, как шёпот, и унесло его назад.



Ни стен, ни заграждений — только старая амбарная крыша и запах сена. Над костром, закипая, покачивался металлический котелок.
Он снова дома.

Джудит сидела на перевёрнутом ведре, в руках держала кружку с чем-то тёплым. Марк — напротив, разложив карту на коленях.

— Думаешь, стоит остаться здесь? — спросила она, уставившись в огонь. — Земля неплохая, если… точнее, когда, всё это закончится…
— Оно не закончится, — пробормотал Марк, не поднимая головы. — Но место, да, место нормальное. Колодец чистый. Поля открытые. Тут можно держать оборону..
— Ты и в романтике как стратег, — усмехнулась Джудит. — Прекрати быть таким, иначе не удивляйся почему от тебя все сбегают

Марк посмотрел на неё не сдерживая скептического смешка. Его глаза были живыми, полными энергии. Девушка напротив него, тоже улыбалась

— Кто-то же должен думать за вас, болтунов, — ответил он, кивая на котелок. — А ты думай о еде. Это у тебя получается весьма неплохо
— Учитывая то, как готовишь ты, звучит как очень щедрый комплимент, — парировала Джудит.

Они оба улыбались. В редкий момент спокойствия и понимания. Он думал о всем что произошло, и потянувшись за миской предложенного супа, пожал плечами.

— Я рад, что ты здесь, Джуди.

Она подняла брови.

— Ты впервые сказал это за всю неделю.
— Такой момент, — вскинул он брови, поджав губы, — Не думаю что я бы справился сам... ну, ты понимаешь.

Она кивнула. Между ними повисло молчание, не тяжёлое, но не менее… тёплое. Пламя отражалось в глазах, ночь была по-своему уютной.


Утро пришло с лёгким ветром. Солнце подсвечивало дальний край поля, когда Джудит вдруг замерла и щурясь посмотрела в ту сторону.

— смотри.. – Он подошёл к ней, тоже вгляделся. Вдали, петляя между кустами, бежал человек. За ним неуклюже следовал мертвец, — Он живой, — прошептала она. — Один.
— Значит, и без нас справится, — сказал Марк, но она уже сняла винтовку с плеча.
— Мы должны помочь, — сказала девушка, повернув на него голову. — Ты бы не прошёл мимо меня в такой ситуации, Марк. Нельзя его бросать, – Он вздохнул, осознавая что сейчас у него не было выбора. Джудит все равно не послушала бы его.

Они бросились через поле. Джудит, как всегда, чуть впереди. Выстрел. Первый — неудачный. Второй — в руку. Джудит накинулась на мертвеца, после секундной борьбы он упал, и она выстрелила. В этот раз в его голову.
Незнакомец, запыхавшийся, с диким взглядом, остановился, обернулся, будто не веря, что остался жив.

— Спасибо... Спасибо вам, — выдохнул он, держась за бок. — Я... меня зовут Михаил. Я из...

Джудит, прижимала руку к плечу. Марк повернулся, недослушав спасенного человека, когда не обнаружил сестру рядом. Ткань на её рубашке была разорвана, а кожа — порвана. След от зубов. Свежий.

— Ты... тебя укусили? — спросил он, подойдя.
— Да чёрт с ним, — отмахнулась она. — Небольшая рана. Перевяжем — и всё.
— Да… — пробормотал Михаил, всё ещё ловя дыхание. — Наверное, просто инфекция. Сейчас всё опасно… – Марк нахмурился, но не сказал ничего. Он просто бросил взгляд на сестру. Та — как всегда — уже шла вперёд, будто ничего не случилось.


…Джудит шла впереди, с рюкзаком за спиной, а Марк и Михаил несли по канистре воды от старого колодца. Над фермой клонился вечер, воздух был наполнен запахами земли и горелого дерева.

— У тебя есть оружие? — спросил Марк, тяжело поставив канистру у крыльца и глядя на нового мужчину рядом.
— Только нож. Да и с ним обращаться умею плохо, — признался Михаил неловко поджав губы
— Научим, — отозвалась Джудит. — Тут всё не так уж сложно, главное не делать вид что ты герой
— Это говорит та, кто первая побежала на трупа, — хмыкнул Марк.
— Я просто не люблю бросать людей в беде, — пожала плечами она. — А если ты хочешь поворчать — ты можешь делать это позже. Сейчас надо ужин готовить.

В её голосе было что-то лёгкое, живое. Она говорила быстро, иногда перебивала обоих, и даже Михаил пару раз засмеялся.

Позже, ночью, они устроились в старом доме. Джудит свернулась на диване внизу, она жаловалась на температуру и головные боли, выпила из оставшихся запасов таблетку от температуры, но она не помогала. Так и уснула. Михаил улёгся у стены, а Марк поднялся на второй этаж. Долго не мог уснуть, ворочался. Где-то в голове мелькали странные, тревожные образы.



Резкий рывок. Лёгкие наполняет воздух.

Марк открыл глаза. Он все ещё лежал на земле, где упал. Попытался пошевелиться, но всё болело. Висок стучал. Рядом валялась сухая ветка. Ни огня, ни Джудит. Ни Михаила.

Только боль, и привкус безысходности от минувших воспоминаний.