Последняя битва Черного Властелина, или Королевский подкидыш

Илона 1

- Так устроен мир, - закивала старушка, вставая и подливая в ванну горячей воды. – Плохо, что после ее кончины никого из взрослых родственников не осталось, чтобы, значит, о мальчике позаботиться.

Я закусила губу, сострадая уже ребенку.

- Вот тогда-то герцог Стефан наложил свою руку на земли сына и забрал его к себе, - снова уселась на табурет Ниала. Промокнула фартуком набежавшие слезы: - Я-то в ту пору нянькой у его двух сыновей служила. Все на моих глазах происходило. Ужас просто!

- Что?!! – подскочила я в воде. – Что эта сволочь еще придумала?

- Герцог Стефан мальчонку-то так и не признал, - всхлипнула старушка. – Лишь земли к себе заграбастал, а ребенка на кухню сослал в подручные.

Я сжала руки в кулаки до белых костяшек, пораженная отношением к собственному сыну.

- Я его у свиней в хлеву нашла, - призналась старушка, начиная перебирать бутылочки и баночки на столике. – Совсем малец оголодал. Да и шпыняли его все кому не лень с молчаливого одобрения отца, - Ниала вытерла слезы. – И с чего бы ему, ироду, одобрять? Помрет мальчонка, а наследство ему достанется.

- И что? – поразилась я. – И пожаловаться было некому на такое обращение?

- И-и-и, - удивленно посмотрела на меня женщина. – Кому ж ты на герцога пожалуешься? Кому этот ребенок был важен?

- Тьфу! – сплюнула я в сердцах. – Как так можно жить?

- Ты, деточка, как будто только сегодня на свет родилась, - подивилась старушка. – Все так живут.

- А я не буду! – упрямо сказала я, шлепая ладонью по воде. – А что дальше?

- Экая ты горячая, - почему-то обрадовалась Ниала, протягивая мне яблоко. – На-кось, перекуси, пока отмокаешь.

- Спасибо, - поблагодарила я, принимая фрукт и катая его в ладонях. – А дальше-то что?

- Мне-то Боги своих детей не дали, - закивала женщина, добавляя еще горячей воды в ванну. - Вот я к нему сердцем-то и прикипела. Подкармливала, обихаживала, потихоньку в классную комнату пускала, где сводных братьев обучали.

- Илона? – постучал в дверь Цесариус. – Я позднее зайду. Спать не ложись. Я лекарство принесу и мазь.

- Хорошо, - откликнулась я под пристальным взглядом няньки. – Спасибо. Если можете, то проследите, чтобы Кайла устроили!

- Он уже при деле, - ответил алхимик и удалился.

- Негоже это, - поджала губы старушка, – молодой девице с посторонними мужчинами толковать.

- Кондрад знает, - не стала я вступать в конфронтацию с Ниалой и объяснять, что я думаю по поводу их обычаев. Боюсь, разоряться пришлось бы долго и впустую. Переключила ее на другую тему: – А потом что с Кондрадом случилось?

- Когда мальчонка подрос - с кузеном своим Гайром, начальником стражи договорилась, чтоб воинскому искусству мальчонку обучил, - сообщила мне женщина. С гордостью добавила: - А Кондрад способный оказался, все на лету схватывал.

- Это заметно, - подтвердила я, надкусывая яблоко. – Он на все способен.

- Да-да, - расцвела Ниала. - И учителя уже сами с ним занимались после обычных уроков, и Гайр много времени уделял. Да только в то время скончалась жена Стефана. И женился герцог второй раз на молоденькой совсем, Киарой звали. Красавица была необыкновенная и доброты неописуемой. Всем помогала и сочувствовала.

Вот это предисловие мне совсем не понравилось. Честно. Я даже яблоко грызть перестала, потому что меня начала грызть ревность.

- У них с Кондрадом всего лишь два года разницы и было: ей шестнадцать годочков, а ему четырнадцать, - заливалась ничего не замечающая старушка. - Уж не знаю, что там промеж ними случилось, вряд ли что серьезное, только герцог осерчал сильно. Киару избил да под замок посадил, а Кондрада на конюшне плетьми чуть не засек до смерти.

Я аж встала от возмущения.

- Давай заканчивать, деточка, - всполошилась Ниала, заворачивая меня в большое полотенце. И зацокала языком: - Ты такая худенькая! Нужно больше кушать.

- Я попробую, - пообещала, не надеясь на результат. Это был как раз тот случай, когда не в коня корм. Все, что я съедала - мгновенно сжигалось непоседливой натурой.

- Ты не переживай, - утешила меня сердобольная женщина, протягивая мне длинную и широкую ночную рубашку из мягкого полотна, всю в тонких кружевах. – Я позабочусь об этом.

И меня посетило видение очень толстой меня, висящей, как утка, на откорм в сетке. Помотав головой и освободившись от такого яркого образа, я со вздохом натянула еще и бархатный халат.

- Пойдем, деточка, - подставила мне плечо няня. – Покажу тебе кровать и уложу сама. Ниала позаботится, чтобы ты досталась моему мальчику в лучшем виде.

После этих слов, видение стало ярче и отчетливей. По спине пробежал холодок.

- В каком виде? – на всякий случай спросила я, укладываясь в громадную постель с белоснежным, расшитым монограммами «КД» бельем. Читать я все так же не умела, но некоторые буквы уже выучила.

- В нетронутом, - подоткнула мне одеяло женщина. – Сейчас вернусь, деточка, - и вышла за дверь.

Я решила не уточнять, в каком месте я должна быть нетронутой. Было у меня стойкое подозрение, что мы в этом друг друга не поймем. Но чувство неполноценности расцвело во мне махровым цветом.

- Вот! – няня втащила в спальню громадный поднос, уставленный разнообразными яствами. – Кушай. Нужно округлять в нужных местах.

- Эм-м-м, - озадачилась я двойной проблемой. Во-первых, все это в меня не влезет, а, во-вторых, мои нужные места уже восемнадцать лет не реагировали на подобный призыв, и, вряд ли начнут это делать сейчас. Но есть начала, надеясь на продолжение рассказа.

- Так о чем это я? – присела рядышком женщина, с умилением наблюдая, как я работаю челюстями. – А-а-а, когда моего мальчика этот ирод чуть не прибил, то три недели парень между этим миром и тем маялся, не ведаю, как и выжил. Наш-то лекарь, подлец, руки опустил и лишь смерти его дожидался.

- Врача на мыло, - пробурчала я, отрываясь от куриной грудки.

- Ты кушай, - грозно нахмурилась старушка, – а то рассказывать не буду! А лекаря-то потом потеряли. Куда уж он делся, никто по сей день не знает. Так вот, сынок мой приемный на поправку все же пошел, как будто с Богами о чем-то договорился.