Последняя и единственная. Анна Болейн

2. Сделка с королём

Анита знала: ей нельзя терять ни минуты.

Она стояла перед массивными дверями, ведущими в покои Генриха VIII. За этими дверями находился её враг, её судьба и единственный человек, который мог решить, останется ли она королевой — или пойдёт на эшафот.

Она должна его переиграть.

Две служанки почтительно поклонились и отворили двери.

Первое, что она увидела, — это король.

Генрих VIII сидел за тяжёлым столом, заваленным бумагами. Он уже не был тем молодым, стройным мужчиной, каким его запомнила история в начале правления. Лицо его огрубело, взгляд стал тяжёлым, а черты лица приобрели властную, даже жестокую резкость.

Рядом стояли советники. Они тут же замолкли, когда увидели Анну.

Генрих медленно поднял глаза.

— Королева, — произнёс он, и в его голосе не было ни капли тепла.

Анита опустилась в реверансе.

— Ваше Величество, — её голос звучал мягко, но в нём была сила.

Она не покажет страха.

Король смерил её долгим взглядом.

— Какое дело привело тебя сюда?

Анита подняла голову.

— Дело, которое касается не только меня, но и всей Англии.

Она сделала шаг вперёд, её платье мягко зашуршало.

— Я слышала, что вас заботят реформы и положение страны. Но я пришла поговорить о будущем, которое мы создаём.

Генрих усмехнулся.

— Мы?

— Разве нет? — Анита посмотрела ему в глаза. — Мы, король и королева, должны действовать как единое целое.

Она не собиралась умолять.

Она собиралась убедить.

Генрих молчал.

— Ваша дочь, — продолжила Анита, — растёт. Она умна, проницательна… И, несмотря на всё, что говорят при дворе, она ваша настоящая наследница.

— Наследница? — он нахмурился.

— Кровь Тюдоров течёт в её жилах, — твёрдо ответила Анита. — И если не я, то кто подготовит её к будущему?

Генрих нахмурился, но не прервал её.

Анита сделала глубокий вдох.

Сейчас или никогда.

— Я знаю, что есть те, кто хочет встать на моё место.

Король прищурился.

— Джейн Сеймур, например?

— Например, — спокойно сказала Анита. — Но разве она предложит вам союз, который укрепит ваш трон?

— И что же ты предлагаешь?

Она выдержала паузу.

— Сделку.

Советники переглянулись.

Генрих скрестил руки на груди.

— Продолжай.

Анита сделала шаг вперёд.

— Дайте мне время. Позвольте мне доказать, что я всё ещё могу быть полезна вам, короне и нашему будущему.

Она смотрела ему прямо в глаза.

— Я не буду вам врагом, Генрих. Я буду вашим союзником.

Анита чувствовала, как в покоях повисло напряжение. Её сердце билось в груди, но она заставила себя сохранять спокойствие. Генрих смотрел на неё — не просто с холодом, но с интересом, которого давно не было в его взгляде.

Это был опасный интерес.

Она знала, что он привык видеть в Анне Болейн женщину, которая борется за его внимание, упрямую и вспыльчивую. Но сейчас перед ним стояла другая Анна — расчётливая, выдержанная, готовая заключить сделку.

Король медленно откинулся назад, скрестив руки на груди.

— Ты всегда умела говорить, Анна, — его голос был низким, ленивым, но в глазах загорелся тот самый огонь, который когда-то заставил его влюбиться в неё без памяти.

Анита поймала его взгляд и чуть склонила голову — почтительно, но не покорно.

— Ваше Величество, — мягко сказала она, — я говорю лишь о том, что важно для нас обоих.

Он чуть прищурился.

— И что же для нас обоих важно?

— Ваша корона.

Король усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло напряжение.

Она задела его.

Возможно, впервые за долгое время он услышал от Анны Болейн что-то, кроме упрёков и попыток удержать его любовь.

— Ты утверждаешь, что можешь помочь мне сохранить её?

— Я утверждаю, что могу помочь вам укрепить её, — Анита выдержала паузу. — А разве не за этим вы когда-то выбрали меня?

Генрих замер.

Вот оно.

Она видела, как в его глазах вспыхнула память. Вспомнил ли он, как Анна Болейн была его союзницей? Как она была не просто любовницей, а женщиной, которая понимала его, спорила с ним, говорила с ним на равных?

Она должна была напомнить ему об этом.

Но не словами. Взглядом, осанкой, паузами.

Она видела, как его пальцы сжались на подлокотнике кресла.

— Ты всегда была слишком уверенной в себе, Анна, — он наклонился вперёд, его голос стал тише, но напряжённее.

— Потому что всегда знала, чего хочу, — спокойно ответила Анита.

Она знала, что делает.

Генрих не уважал слабых. Он тянулся к тем, кто мог бросить ему вызов. Но и не терпел дерзость.

Она стояла перед ним — не королева, умоляющая о его благосклонности, а партнёр, готовый сыграть на его амбициях.

— Хорошо, — медленно произнёс он, — я дам тебе шанс.

Его губы тронула тень усмешки.

— Но помни, Анна…

Он встал, и теперь они были почти на одном уровне.

— Твои слова должны подкрепляться делами.

Она не отвела взгляда.

— Я знаю, Ваше Величество.

Он смотрел на неё слишком долго.

Словно пытался разгадать её, словно снова чувствовал в ней что-то, что раньше сводило его с ума.

Затем он резко развернулся и направился к выходу.

— Мы скоро увидимся.

Она знала — это был вызов.

Она стояла посреди зала, её сердце бешено стучало, но на губах играла едва заметная улыбка.

Первый раунд за ней.

Но война только началась.

Когда двери закрылись за королём, Анита позволила себе медленно выдохнуть. Её спина всё ещё хранила напряжение, словно в неё вонзились сотни невидимых иголок. Она сделала первый шаг, но что дальше?

В памяти вспыхнули страницы её диссертации — она изучала жизнь Анны Болейн до мельчайших деталей. Она знала, что впереди её ждёт ловушка.

— Ваше Высочество?

Голос Мэри Болейн был тихим, но тревожным. Анита обернулась — её «сестра» стояла в дверях галереи, всматриваясь в неё с беспокойством.