Последняя и единственная. Анна Болейн

8.Заговор против Джейн Сеймур

Анна знала, что её враги не дремлют.

Джейн Сеймур всё чаще появлялась рядом с королём — скромная, сдержанная, она казалась полным антиподом Анны. И именно этим была опасна. Её молчаливость воспринималась как добродетель, её покорность — как идеальная женская добродетель в глазах Генриха. Анна же привыкла бороться, говорить, отстаивать своё место. И теперь она видела, как почва уходит у неё из-под ног.

Она не могла просто ждать.

Слухи о Джейн множились. Придворные дамы шептались, а советники короля уже смотрели в её сторону, словно выжидая удобного момента. Анна понимала, что её позиция слишком шатка, чтобы позволить Сеймур укорениться при дворе.

Вечером, в своих покоях, она позвала Мэри Шелтон, свою кузину и доверенное лицо.

— Ты слышала, что говорят про Джейн? — спросила Анна, прогуливаясь по комнате.

— Слухи ходят, миледи, но пока ничего определённого, — Мэри выглядела обеспокоенной.

— Этого достаточно. Нам нужно действовать, пока она не стала слишком опасной.

Мэри кивнула.

— Что вы хотите сделать?

Анна задумалась. Лобовая атака была бы глупостью. Джейн не давала поводов для скандала, не вела себя вызывающе. Но, возможно, именно в этом крылась её слабость.

— Мы должны сделать так, чтобы её семья увезла её подальше. Если король не будет видеть её ежедневно, его интерес угаснет.

Мэри задумчиво кивнула.

— Можно распространить слух, что её брат замышляет против короля? Или что её семья собирается выдать её замуж за другого?

Анна покачала головой.

— Нет, это вызовет слишком много вопросов. Нам нужен более тонкий ход. Например…

Она остановилась у окна, глядя в темноту.

— Что, если сделать так, чтобы она сама захотела уехать?

Мэри нахмурилась.

— Как?

Анна повернулась к ней, в глазах блеснула искорка замысла.

— Мы найдём способ напугать её. Или сделать пребывание при дворе невыносимым.

-Узнай всё что можешь о ней , как живёт и чем дышит.

Мэри Шелтон склонилась в почтительном реверансе, но в её глазах сверкнуло понимание.

— Как пожелаете, миледи. Я узнаю всё.

Анна кивнула и отпустила её. Теперь оставалось только ждать.

На следующий день за завтраком она осторожно наблюдала за Джейн. Та сидела неподалеку от королевской ложи выглядя скромной и благочестивой, но взгляд её время от времени метался в сторону Генриха. Анна сжала кубок с вином в тонких пальцах.

Мэри подошла к ней позже, в библиотеке, где Анна листала старинный манускрипт.

— Я расспросила нужных людей, миледи. Джейн Сеймур — тень своей семьи. Её братья амбициозны, отец мечтает о подъёме. Сама же она молчалива, не любит суеты, предпочитает молитвы и рукоделие.

— Значит, ударить по семье, — задумчиво проговорила Анна, касаясь страницы кончиками пальцев.

— Возможно, — осторожно согласилась Мэри. — Но я выяснила кое-что ещё.

Анна подняла взгляд.

— Говори.

— Джейн боится скандала. Даже малейшей тени позора.

На губах королевы появилась лёгкая улыбка.

— Это уже кое-что.

Она закрыла манускрипт, чувствуя, как в голове выстраивается план. Теперь оставалось только решить, как сделать так, чтобы Джейн сама пожелала покинуть двор.

Анна задумчиво провела пальцем по кожаному переплёту манускрипта, взвешивая информацию. Джейн боялась скандала — значит, если создать вокруг неё атмосферу подозрений и неодобрения, она сама захочет покинуть двор.

Но действовать нужно было осторожно. Генрих мог заподозрить её в интригах, а это значило, что она должна выглядеть совершенно невиновной.

— Мэри, — негромко сказала Анна, поднимая на неё взгляд, — кто из приближённых дам Джейн наиболее болтлива?

Мэри задумалась на мгновение.

— Леди Урсула, миледи. Она не упустит случая обсудить любую новость.

Анна улыбнулась.

— Тогда нам нужно подбросить ей историю, которая сделает Джейн не такой безупречной в глазах двора.

Мэри склонила голову.

— Что вы имеете в виду, миледи?

Анна поднялась с места и медленно подошла к окну, наблюдая, как в саду прогуливаются придворные дамы.

Анна знала: Джейн могла быть не плохой женщиной, но сейчас её судьба висела на волоске. Когда угроза казни нависает над тобой, думать о чести соперницы — непозволительная роскошь.

Она шагала по комнате, ощущая, как в ней поднимается холодная решимость. Джейн нужно убрать — не обязательно жестоко, но надёжно.

— Значит, леди Урсула, — повторила она, переводя взгляд на Мэри. — Её слабость — сплетни. Это наш шанс.

Анна подошла к столу, налив себе вина, но не пригубила. Она размышляла, как именно посеять сомнения в глазах окружающих. Джейн выглядела скромницей, но никто не верит в безупречность, если вбросить зерно сомнения.

— Завтра утром я вызову Джейн, — сказала она, поворачиваясь к Мэри. — Разговор будет долгим и… волнующим.

Мэри внимательно смотрела на неё, ожидая продолжения.

— Ты передашь леди Урсуле, что моя беседа с Джейн была весьма тревожной. Но без подробностей. Пусть её воображение сделает остальное.

Мэри кивнула, понимая план.

Анна глубоко вдохнула. Теперь отступать нельзя. Джейн должна уйти. Иначе уйдёт она сама — но не во дворец, а на эшафот.

— Я всё сделаю, миледи.

Анна слабо улыбнулась, но внутри неё горело напряжение. Эта игра была опасной, но ради сохранения своей короны и будущего дочери она была готова пойти на всё.

Теперь оставалось только дождаться завтрашнего утра.

Следующее утро

Анна проснулась с первыми лучами солнца, но не сразу поднялась. Она лежала, вглядываясь в узор балдахина, и мысленно прокручивала план. Всё должно быть идеально: каждое слово, каждый взгляд, каждая пауза в разговоре с Джейн.

За окном слышались голоса слуг, запах свежего хлеба и розовой воды доносился с кухни. Двор начинал жить своей привычной размеренной жизнью, но Анна знала — за этой видимостью покоя скрываются бесконечные интриги.