Последняя и единственная. Анна Болейн

13. Переломный момент

Анна проснулась от ощущения чьего-то взгляда.

Она едва открыла глаза, когда заметила силуэт Генриха, стоящего у её ложа. Король наблюдал за ней с тем же вниманием, что и накануне — тёплый взгляд, но с оттенком чего-то нового, чего-то, что она пока не могла разгадать.

— Ты спишь слишком крепко, Анна, — его голос был низким, почти ласковым.

Она приподнялась на локтях, откидывая с лица рассыпавшиеся волосы. Генрих присел на край кровати, наклоняясь ближе, но, вопреки ожиданиям, не коснулся её.

— Что-то случилось? — спросила она, глядя ему в глаза.

— Мне нужно уехать, — спокойно произнёс он.

Анна почувствовала, как внутри что-то сжалось.

— Куда?

— Королевство не управляется само по себе, любовь моя. Государственные дела требуют моего присутствия. Переговоры, советники, война, которая может разразиться… — он качнул головой. — А ещё охота. Король не может обойтись без неё.

Анна посмотрела на него пристально. Она знала, что не должна задавать слишком много вопросов, но тревога уже поселилась в её сердце.

— Надолго?

Генрих нахмурился, словно и сам не знал точного ответа.

— На неопределённое время.

Он поднялся, обошёл комнату, как лев в клетке, затем снова остановился перед её ложем.

— Я доверяю тебе, Анна. Ты — моя королева. В моё отсутствие дворец и королевство в твоих руках.

Анна почувствовала, как на неё накатила волна осознания. Это была не просто поездка. Это было испытание.

— Будь благоразумна, — добавил он, пристально глядя на неё. — И не заставляй меня усомниться в своём выборе.

Он шагнул ближе, и Анна почувствовала, как его пальцы скользнули по её щеке.

— Пока я отсутствую, ты будешь примерной женой, — его голос стал ниже. — Никакой самодеятельности, никаких безрассудных поступков.

Анна встретилась с ним взглядом, полный вызова.

— Конечно, мой король.

Он улыбнулся, но в его глазах сверкнула искорка сомнения.

— Тогда прощай, моя роза.

Генрих склонился к её губам, но в последний момент лишь мягко провёл большим пальцем по её нижней губе. Анна не шевельнулась.

Генрих уже почти дошёл до двери, когда услышал за спиной лёгкие, быстрые шаги.

Прежде чем он успел обернуться, Анна, босая, в одной ночной сорочке, подбежала к нему и, не давая себе времени на раздумья, потянулась вверх, обвив руками его шею, и поцеловала.

Генрих замер, но всего на мгновение. Затем его руки крепко сжали её талию, и он с лёгкостью поднял её на руки, удерживая так, словно она была весомым доказательством его власти и слабости одновременно.

— Ты совсем безрассудна, женщина, — пробормотал он, прижимая её ближе. — Ходишь босиком по холодному полу, словно какая-нибудь деревенская девчонка.

Анна хихикнула, но не отпустила его.

— Не смогла отпустить тебя вот так…

Генрих хмыкнул, его губы нашли её снова — на этот раз медленно, с глубоким вкусом обладания.

— И всё же, — продолжил он, отрываясь от неё, но не отпуская, — мне нравится твоё безрассудство.

Анна улыбнулась, заглядывая ему в глаза.

— Тогда возвращайся скорее, мой король.

Генрих чуть прищурился, явно наслаждаясь этим моментом.

— Ты только сделай так, чтобы мне было к кому возвращаться, Анна.

С этими словами он осторожно опустил её в постель, провёл ладонью по её щеке и, задержав взгляд на её губах, наконец отступил.

Анна смотрела, как он уходит, но на губах её всё ещё оставался привкус его поцелуя.

Анна стояла у окна, прижимая ладони к прохладному стеклу. Внизу, во дворе, суетились слуги, готовя королевскую свиту к отъезду. Генрих, в тяжёлых дорожных доспехах, оседлал своего ворона-чёрного жеребца, легко удерживаясь в седле, словно рождённый для битвы.

Она не могла отвести от него глаз. Король… её король.

В этот момент Генрих поднял голову, будто почувствовав её взгляд. Их глаза встретились.

Анна медленно, чуть дрожащей рукой, подняла белый платок и изящно помахала им, как полагалось добропорядочной жене, провожающей мужа в дорогу.

Генрих не сводил с неё глаз, его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине взгляда Анна заметила что-то, от чего сжалось её сердце.

Когда он повернул коня и тронулся в путь, она почувствовала, как на щеках выступают слёзы.

Скрыв лицо в ладонях, Анна тихо прошептала:

— Возвращайся ко мне…

Следующий день. Анна с самого утра знала, что день не обещает быть лёгким. Генрих поручил ей управлять двором в его отсутствие, но это означало, что теперь ей предстояло столкнуться лицом к лицу с теми, кто не желал её власти.

Когда она вошла в зал для совещаний, её встретили холодные взгляды. За столом уже сидели Томас Кромвель, герцог Норфолкский, несколько приближённых лордов и казначей. Они встали при её появлении, но в их движениях не было особого уважения — скорее, это была формальность.

— Ваше Величество, — первым заговорил Кромвель, склонив голову. — Король поручил вам курировать некоторые государственные дела, но уверен, что вы понимаете, что есть вопросы, которые требуют более опытного управления.

Анна села во главе стола, выпрямив спину.

— И вы, полагаю, считаете себя таким человеком, Томас?

На мгновение Кромвель замер, но затем изобразил учтивую улыбку.

— Я лишь исполняю волю короля, миледи. Сегодня нам предстоит обсудить поставки шерсти, финансирование военной кампании и… — он сделал короткую паузу, а затем добавил с осознанным нажимом: — …будущее монастырей.

Анна напряглась. Она знала, что Кромвель был главным архитектором роспуска монастырей, но эта реформа принесла короне не только доход, но и множество врагов среди дворянства и простых людей.

— Что именно вас беспокоит? — спросила она ровным тоном.

— Беспокоит ли меня это? — Кромвель хмыкнул. — Скорее, я обеспокоен вашим влиянием на короля. Народ уже шепчется, что вы направляете его решения, а теперь, когда его нет, у вас появилась возможность показать, насколько это правда.