Последняя искра: выпустить когти • Творения Великих 3

Глава 3. Опасный покровитель

Я нужна Федерации?

– Глупость какая… − фыркнула я, и Эдмонд прищурился.

Пренебрежение цапнуло кровопийцу за живое, и я с тоской поняла, что хитринка в лице тёмного мне нравилась намного больше откровенного негодования.

− Зачем тогда федераты носятся за тобой, как кобель за сучкой? Эскадра корабликов приплыла в залив острова. Пересекла врата и вошла в воды Единого моря, в которые больше пятидесяти лет ни один краснопарусный фрегат войти не смел!

– Не эскадра, – выдавила я хрипло и оттого совсем жалко. – Всего три корабля было. И они вряд ли плыли, чтобы вручить мне медаль за целительные способности. Я из Онтаса бежала, как ошпаренная!

– И правильно сделала. Но если прочие маги ещё могут укрыться в землях нимф или среди драконьих скал, для тебя − целителя Ириты − без протекции ни одно место на Иппоре небезопасно.

– Я знаю. Но надевать твою метку…

В глазах Эдмонда блеснула ярость, но тёмный вмиг потушил её, словно взял себя в руки.

– Выходит, ты всё же умереть хочешь, – нахмурился он.

– Хочу остаться свободной, – рвано выдохнула я. – Да, одной мне тяжело. Я едва овладела пламенем! Но как я могу... согласиться?

Эдмонд на мои сомнения лишь руками в негодовании развёл.

– Окей. Тогда слушаю ваши предложения, сиура Пришлая. Только прежде чем начнёшь сыпать идеями, Лиззи, вот тебе исходные данные: маленькая, ни чёрта о мире не знающая человечка... Хотя погоди. Учитывая твою иноземность и беспомощность... давай для точности результата возведём человечку в квадрат. Итак, дано: человечка в квадрате. Добавим ей умение исцелять – то бишь, божественную, но по сути своей, бесполезную в бою силу – плюс полное отсутствие контроля...

– Я могу себя контролировать, – сжала я кулаки. Это помогало сдержать жар, готовый сорваться пальцев, и унять биение в солнечном сплетении, ломающие рёбра изнутри.

– Ах, можешь… – протянул Эдмонд с издёвкой, словно видел меня насквозь. – Выходит, ты нарочно намедни пыталась Велора в горстку пепла обратить.

– Нет, конечно!

– Вот об этом и речь, – без прежней ухмылки бросил Эд. – Ты нестабильна. Ты слаба. Ты не умеешь себя защищать, а магия, на которую ты так по-детски уповаешь, может выплеснуться в любой момент и разорвать тебя на куски. А может, трусливо схлопнуться, будто ракушка тогда, когда тебе будет нужна помощь. Так что вот тебе совет, Лиззи, не надейся на свои искорки, – скользнул тёмный взглядом по моим кулакам. – Милые бенгальские огоньки, но для сожжения врагов совсем не годятся.

– А я и не собираюсь никого сжигать! – воскликнула я.

– В том и беда. Тебе не под силу убить. Но те, кто уже поставил галочку напротив твоего имени, убьют тебя без промедления. Без жалости и душевных метаний.

В порыве тёмный тоже вынырнул из кресла, поднялся во весь рост. Мгновение, и нас разделяет лишь коротконогий столик, а мне, чтобы смотреть Эдмонду в глаза, а не в широкую, стянутую тёмно-синим камзолом грудь, приходится задирать подбородок так яростно, что шею заломило.

– Ты нужна федератам, Лиза, − заговорил Эдмонд тихо, но зло, − а потому отец не допустит провала. Он убьёт тебя. Не сам, так чужими руками. И это не слепая ненависть к людям. Нет. Ты умрёшь просто потому, что так совпало, детка. Ты оказалась не в том месте, не в то время. Ты...

Мне казалось, ещё вздох, и Эдмонд протянет руку. Коснётся моего лица! Я отшатнулась, отвоевав пару жалких сантиметров свободы, и упёрлась икрами в софу.

– Ты говорил, ваш отец боится, что во мне проснётся тёмное начало...

– Нет. Он боится, что люди убедят тебя биться за них, и ты направишь всю силу дара Ириты против нас.

– Но я не буду помогать Федерации, Эд. Ни по принуждению, ни добровольно, − хотела говорить твёрдо, но голос предательски дрожал. − Неужели Арис не понимает, что даже будь я блаженной, помогать тем, кто объявил на меня охоту – глупо?

– Да какая разница! – взвился тёмный. – Натану тоже изгнали. Она тоже бежала в наши земли в поисках лучшей жизни. Но отчего-то её магия понадобилась людям. Натана умудрилась заслужить прощение, и ты помнишь, чем всё обернулось. На полвека отец оказался в плену, а мы на сотню лет застряли в твоём слепом мире! Почему федераты ведут двойную игру? Неизвестно. Но факт неоспорим: люди собирают магов. Калякают ложные документы о смерти, но держат их в темницах. Зачем? – атаковал меня вопросом Эд, и сам же ответил. – На Иппоре это значит одно: люди-развяжут-войну. Когда будут готовы – развяжут. Развяжут, когда будут иметь против магов достойное оружие. Но до тех пор такую грозную силу, как божественная, сметут в бездну. Тебя сметут в бездну, Лиза, – подступил Эдмонд, и столик меж нами дрогнул, проехал пару сантиметров и собрал ножками ковёр. – Риск для Темнейшего сейчас – непозволительная роскошь, и отец понимает это не хуже меня. Тебе на Иппоре не выжить. Но я тебя знаю. И по старой памяти хочу помочь. От остальных такой милости не жди. Страх – переменная, которая сводит к нулю даже самые благие помыслы.

От растерянности я несколько раз просто открыла и закрыла рот. Молчала. Прав Эдмонд. Тут мне не место. Мне нигде на Иппоре не место.

Когда ко мне пришёл Сорес... когда предложил пойти в другой мир на помощь к Велору, я поверила, что на что-то гожусь. Будто не такая слабая. Будто сама могу защитить. Но теперь... я как пришпиленная к холсту бабочка. Элементали Ариса добрались до меня даже в стенах академии, напичканных уймой заслонов. Федерация, ради того, чтобы меня поймать на острове, пошла на сговор с магами-наёмниками, свалила сонными дротиками дракона! Но даже вернись я на остров, уговори Велора поехать со мной, где гарантии, что меня во сне не придушит ещё какая-нибудь магически порабощённая тварь или сам Арис, разъярённый тем фактом, что его второй сын связался с человечкой.