Последняя искра: выпустить когти • Творения Великих 3

Глава 11. Магия чувств

Без сомнений, это был мой личный морок. Клыкастый, до зубовного скрежета невыносимый, но сладкий. С колдовским запахом полыни и металла. Я запрокинула голову. Поцелуи Велора сменялись нетерпеливыми укусами и погружали разум в темноту. Изголодавшееся сердце всего один удар отбило, а я доверилась порыву. Упёрлась ладонями в мужские плечи, толкнула Велора и заставила разомкнуть кольцо рук. Дракула не выстоял под напором, потерял равновесие и сел на туалетный столик. Ещё рывок, я прижала Велора к зеркалу у него за спиной.

Скляночки-баночки, теряя фигурные затычки, со звоном посыпались на пол. Тяжёлый масляный дух снадобий наполнил спальню, но мне было плевать. Сейчас мне хотелось одного – оказаться по ту сторону зазеркалья. Провалиться вместе с Велором сквозь стекло туда, где никого, кроме нас. Тогда Дракула спустит наконец своих демонов с цепи. Я это знала, ощущала чем-то... особенным внутри, и собиралась быть первой, кто увидит тьму желаний вампирюги воочию.

– Подпускаешь близко, – стиснул зубы Велор, пока его пальцы до белизны костяшек сжимали край столешницы, грозясь обратить её в щепки.

– Может, и тебе пора подпустить меня хоть на чуточку?.. – зашептала я, но не сумела закончить. Запястья оказались в оковах чужих пальцев, и пришёл мой черёд оказаться на столе, припёртой лопатками к зеркалу.

– Ты и без того слишком близко, Элиза, – коснулся Велор моих губ дыханием. – Неужели не трусишь?

− Не трушу, – мотнула головой. – Мои вкусы… фриковаты. Забыл?

Дракула хмыкнул. Чтобы наши лица были на одном уровне, ему приходилось склоняться надо мной, отчего лопатки вампирюги по-звериному выпячивались.

Я замерла, широко распахнув глаза.

Совершенен. Этот Сын Сореса совершенен и опасен. Будто опаснее Эдмонда с Арисом. Но сейчас, за секунду до сумасшествия в его руках я впервые ощутила себя сильной и... хрустальной одновременно. Странное чувство. Нереальное.

Необходимое.

Велор криво усмехнулся. Думал, напугал меня сполна, но подобно гулящей кошке я бесстыдно подалась навстречу и обхватила узкие мужские бёдра ногами. Вынудила вампирюгу свести на нет последний, разделявший нас шаг, и сама коснулась его губ.

– Больше не сбежишь, – выдохнула с трудом, не найдя храбрости перевести поцелуй в настоящий, глубокий.

– Уверена?

Скулы вампирюги хищно заострились. Руки его давно оставили мои запястья и медленно скользнули к пояснице. Пальцы сжимали талию, как в тисках.

– Уверена, – ответила я запоздало и поёрзала в объятиях, проверяя пределы свободы. – Мне теперь тоже не отступить. Выходит, мы оба друг друга пленили.

– Самая большая ошибка, – тихо рассмеялся Велор – почти как прежде, почти со звоном, – и отстранился.

Я думала, минутная слабость вампирюги растаяла, как первый снег. Думала, он вот-вот отступит и оставит на губах, вместо поцелуя, холод и досаду, но Велор до сих пор держал меня в объятиях. Дышал и медленно, мучительно плавно спустил ладони к бедрам.

– Лиз... – прозвучало, как вопрос, а меня в пот бросило.

Я задохнулась от осознания – не сбежит. Дракула... не хочет бежать. Хочет того же, чего хочу я – хочет нас. Вместе. Сейчас.

Жгучий импульс тотчас родился под сердцем и ринулся горячкой наружу. Я испугалась. Решила, снова взорвусь! Выпущу пламя, но опасный жар внутри вдруг стремительно сменила нежность. Желание, волнение – я наполнилась ими краёв и крепче прижала Дракулу к себе.

Да, магия во мне снова стремилась наружу, но не так, как прежде. Почему я сразу не догадалась? Чем больше отдаёшь, тем больше получаешь. Это истина. И я расслабилась. Новая волна горячих чувств обратилась в импульс, просочилась сквозь пальцы и заставила серебро глаз Велора полыхнуть ярче прежнего. Вампирюга дрогнул, точно под дых удар пропустил и, хрипло послав Иппор в тартарары, подхватил меня под бёдра. Снял с несчастного столика и решительно прижал к стене.

Такого взлёта я не ждала. Со стоном толкнулась, боялась с позором шлёпнуться на пол, но Велор держал на весу крепко. Целовал, сжимал в объятиях, и казалось, будто я парю. Зависла между небом и землёй и только носочки больших пальцев касаются пола.

Я крепче вцепилась в плечи вампирюги, чтобы дотягиваться до его лица.

– Неудобно? – Дракула со смешком зацепил зубами мочку моего уха, и меня осыпало мурашками до пяток. – Сейчас, погоди…

Вампирюга поддел ногой лавочку у туалетного столика и подволок ближе, ладонью отвёл моё колено, и я стояла на одной ноге, как цапля. Дрожала и с трудом удерживала равновесие до тех пор, пока не нашла опору на бархатистой обивке лавки.

– Стоишь? – выдохнул Дракула мне в губы.

– Не уверена... – ответила я шёпотом, за что удостоилась смешка и горячего выдоха в шею.

– Поздно сомневаться, Искорка.

Поздно. Я знала.

Бархатные сумерки заглядывали в окна, магикусы набирались света, а для меня мир замер. Почти исчез. Наши с Велором тени сплетались. Дыхание сливалось и тяжелело, а поцелуи становились глубже. Спина за малым не сроднилась со стеной, но Дракула беспощадно наступал. Магия прикосновений творила с ним невероятное! Грудь его вздымалась рывками, а глаза сияли не сталью, но расплавленным серебром.