Последняя искра: выпустить когти • Творения Великих 3

Глава 8. Не задавай вопросов

Внизу грохотнуло. Дверь, запечатанная руной Малли, выстояла под натиском «серых», а затем отразила и магический удар. Гул разбитых заклинаний встряхнул округу. Воздух завибрировал, равно как и стёкла в соседних домишках, обросших пристройками, как грибами.

– Малира, – скомандовал Акитар, – накинь сети на все окна, какие найдешь!

– Слушаюсь, – рванула пустынница, творя на ходу алые путы, напоминавшие рыболовную сеть.

Акитар же запечатал единственное в комнате оконце. Сеть вспыхнула, расползлась к краям и будто впиталась в стекло. Теперь сквозь невидимую глазу рамку ни заклятие, ни уж тем более живое существо не пройдет-не пролезет.

– «Серых» не больше десятка, – Велор выглядел пугающе спокойным. – Из нас способных сражаться, четверо... Справимся.

Мы с Эдой были безоружны, потому в счёт не пошли, но Эдана впервые психовать не стала. Тронула шишку на лбу и покорно зажмурилась.

– Приползут ещё, – возразил Шарар, исподлобья глядя на Дракулу. – «Серые» стоят друг за друга.

– Струсил уже? – дёрнул бровью с издёвкой.

– Не дождёшься, Лайн.

– Сиуры, прошу, не станем терять время, – прервал Акитар перепалку и развернулся к голой стене. Широко расставил ноги и на выдохе сделал пасс. Рассёк воздух когтистой рукой, и на плохо оштукатуренной стене, как на холсте, проявились символы.

«Ментальная магия!» – догадалась я, едва Акитар приложил палец к виску и заговорил во сто крат усиленным голосом.

– Иссер Авар, нужна помощь! Мы окружены. Сиуры в опасности.

Метка на стене засияла ярче. Наверняка должна была сработать, как маяк, и помочь отыскать нас средь путаницы улиц и переходов.

– Так точно. Понял, – закончил Акитар сеанс связи и развернулся к нам. Вид у стража был на редкость болезный. Ментальные воздействия тратят тонны энергии, а связь на расстоянии и того больше. Но рогач держался молодцом. Принялся командовать. – Сиур Лайн, выведите девушек. Отправляйтесь как можно дальше отсюда. Мы с сиуром Исмаарту задержим «серых» до прихода своих. Оставаться вам или вступать в бой, – посмотрел страж на меня, а затем и на Эдану, – слишком опасно.

Велор смотрел на пустынника с прищуром. С таким выражением на физиономии он обычно напряжённо думал. Впрочем, мои познания в Дракуловедении не подвели.

– Привязка, – протянул он. – Забирайте обеих, сиур Акитар. Перенесите во дворец, а уж мы как-нибудь прорвёмся.

– Велор, я тебя не оставлю! – вскликнула Эда, но рогатый страж уже отбил план, покачав головой.

– Гвардейцы не имеют привязок, сиур. С их помощью чужие могут прорваться в город и даже во дворец.

Дракула цокнул.

– Тогда пусть дракон обернётся и разнесёт здесь всё по кирпичику. Хоть какая-то польза. Заодно чистку провести не помешает. А затем и перепись.

Я чувствовала, Шарар напрягся, полыхая гневом изнутри.

– Нет, – обрубил Акитар, прежде чем дракон открыл рот. – Будет много жертв, если сиур Исмаарту сбросит облик.

Велор недоуменно вскинул бровь, а страж пояснил:

– Это жилой квартал, сиур Лайн. Женщин, детей и стариков здесь больше, чем «серых». Погубить всех одним махом − неоправданная жестокость.

– Ну, да… – протянул Дракула с явным скепсисом. – А так рискуем погибнуть лишь мы. Равноценная замена. Ладно, убедили, – хмыкнул он и зашагал к двери. – Столбом не стойте, – это вампирюга бросил нам. Даже не оглянулся.

Эда, спохватившись, ринулась за ним, а я с тревогой посмотрела на Шарара. Акитар глянул на нас искоса и поспешил на выход. Магия магией, но печати на дверях и окнах внизу грозились рассыпаться и впустить орду обозлённых наёмников.

– Оставь тревогу, Лиза, – погладил Шарар меня по волосам, едва страж скрылся из виду. – Разбойникам драконья шкура не по зубам. Хоть в чём-то прав тёмный, справимся. Иди.

Отблески целительной магии у меня на груди сверкнули, залив драконье лицо зелёным светом, и руна погасла. Я молча кивнула на очередное драконье «иди» и поспешила за Эданой во тьму коридора. Невольно потирала запястья. В напоминание об ожогах на руках остались алые полосы. Магия, заключённая в целительном амулете Дракулы, сработала на отлично и, судя по тому, что дурман оцепенения не наступил, из руны был нарочно удалён усыпляющий знак. Велор это хорошо придумал.

Правда, срок жизни «освобождённой» руны оказался недолог. Ещё и Дракула амулета лишился... Но прежде чем я нагнала вампирюгу в коридоре и поблагодарила за самоотверженность, он заговорил.

Хотя лучше бы привычно угрюмо помалкивал.

– Какое трогательное прощание... Ящерка едва хвостом не вилял.

– Прекрати называть Шарара ящеркой, – отбила я.

– Ты его защищаешь. С чего вдруг?

Дракула на меня не взглянул, но в голосе его скользнул намёк. Извращённое любопытство.

Это разозлило.

– Быть может, потому, что Шарар прилюдно не называет меня дурой? – ответила я горячо.