Последняя искра: выпустить когти • Творения Великих 3

Глава 17. Спаси меня!

Рёв драконьего пламени, пущенного в кровопийцу из обеих когтистых рук, оглушил, и я закричала так громко, как никогда прежде.

– Прекратите оба! Хватит!

Я попыталась подняться, но едва пламя развеялось, меня будто снова драконьим мороком придавило.

Велор исчез.

Перед Шараром вились лишь клубы дыма, кружащие в диком вальсе с пылью. На мгновение мелькнула бредовая мысль, что дракон испепелил вампирюгу. Попросту расщепил на молекулы!

– Признаю, это было мощно. – Дракула целый и невредимый выскользнул из-за нагромождений ломаного камня. – Но предсказуемо. Скажи, ящер, ты правда решил, будто я позволю себя сжечь?

Велор поцокал языком, качая головой, а Шарар взревел и швырнул сгусток текучего пламени прямиком в бледное узкое лицо.

– Шарар, остановись! – вопила я почём зря. – Хватит!

Но огонь, подчиняясь воле чешуйчатого хозяина, уже разросся до неимоверных размеров. Дракула едва нырнул в укрытие, прежде чем пламя с грохотом водопада обрушилось на него.

За волной огня уже росла и крепла другая, а за ней и третья. В короткие задержки между атаками Велор умудрялся скользнуть от одного камня к другому. Успевал укрыться за колонной, стонущей под шквалом огня.

– Хватит! Идиоты! Остановитесь! – раздавались мои возгласы в перерывах между щелчками огненной плети.

Шарар владел магией с поразительным мастерством, а я с чумной от чужого вторжения головой была не в силах даже искорку призвать.

Прав оказался Ассаро, Шарар с лёгкостью мог перекроить чужие мозги. Чудо, что после такой атаки серое вещество у меня из ушей не вытекло и даже пыталось подкидывать здравые идеи. По крайней мере, отползти от эпицентра битвы ума у меня хватило.

– Бейся, трус! – рычал Шарар, исходясь пламенем. – Выходи и бейся, как должно мужчине!

Но Велор словно дразнил дракона. Уворачивался, танцевал средь огненных всполохов и смеялся, когда Шарарово пламя за малым не сжигало его дотла.

Дракула не призвал ни одного воздушного щита, ни единого вихря! Но упорно шёл вперёд, уклоняясь с присущей ему одному грацией. А оказавшись перед драконом на расстоянии вытянутой руки, замер на мгновение и позволил драконьему огню ударить прямиком в грудь.

Голубая вспышка, рождённая защитным амулетом, ослепила и отбила заряд. Пламя отрикошетило, а ударная волна отбросила тёмного и дракона друг от друга. Оба едва устояли и замерли в боевых стойках на широко расставленных ногах.

Пламя и лёд. Они синхронно шагнули навстречу друг другу и схлестнулись в рукопашном бою.

Не в силах подняться на дрожащие ноги, я закрыла лицо ладонями. Как выдержать удары такой силы по лицу и рёбрам, не представляла. Наверняка будь один из них человеком, раз десять отправился бы на тот свет. Однако Велор всё же брал верх.

Вампирюга двигался легче, бил точнее. Я никогда не видела, чтобы он тренировался, но в каждом его движении ощущалась сила и отлаженность. К тому же амулет, вынырнувший из-под камзола, исправно сиял зелёным. Затирал ссадины и выбеливал синяки.

– Воздушник!.. – прорычал дракон, когда Дракула в который раз с хохотом увернулся. – Весело тебе?!

Шарар хоть и бил сильно, но частенько мазал. Для многотонного ящера, запертого в крошечном теле, сражаться врукопашную определённо было мукой. Тяжело дыша, дракон снова призвал пламя – единственное доступное ему преимущество на земле, но Велор одним точным ударом сбил прицел, и вместо ухмыляющейся клыкастой физиономии огонь обжёг песок и поднял в воздух тонны мелкой пыли.

Шарар теперь пропускал удар за ударом. Вишнёвая кровь сочилась из ссадин и носа, а Дракула больше не улыбался. И когда дракон на свою погибель пошатнулся под натиском вампирюги, Велор разворота саданул ногой ящеру в грудь.

Драконы свирепы в истинном обличии, но магия, обращающая их в существ, подобных прочим созданиям Иппора, имела изъян. Ослабляла древних ящеров, уравнивала силы, и Шарар упал. Пробороздил затылком землю, наглотался пыли, а Велор настиг его в тот же миг. Сгрёб дракона за ворот рубахи, приподнял над землёй и занёс руку для контрольного удара.

Глаза блеснули холодной сталью, но Велор вдруг разжал кулак.

– Твои услуги больше не нужны, ящер. Свободен.

Дракула поднялся, возвышаясь над поверженным драконом. В его лице не отражался триумф, лишь холодная надменность и даже будто разочарование.

Неужели беда миновала? Я с трудом поднялась на ноги. Ветер сушил слёзы и губы. Я утёрла щёки и огляделась. Тахир наверняка заметил всполохи, наверняка к нам уже спешит подмога, а значит, Шарар ещё может успеть на корабль. Но что делать мне?

Плыть с драконом бок о бок и делать вид, будто ничего не случилось? Будто тот, кому доверяла, не пытался взять меня силой? Не пытался подчинить и заставить любить?

Вот уж дудки!

Велор отступил от дракона и обернулся. Пристально посмотрел на меня. Посмотрел с болью, покорностью и несомненным облегчением в глубине серых глаз.

– Идём отсюда, Лиз, – протянул он руку. – Провожу во дворец.