Последняя искра: выпустить когти • Творения Великих 3

Глава 7. Когти к бою

Я неслась навстречу земле. Без крыльев, без страховки.

Не визжала. Уверенность билась во мне толчками. Пальцы сверкнули серебром. Разум противился, хотел спасти от глупости. Пытался призвать воздух или сотворить амортизирующую подушку, наверное. Но я знала, что поступаю правильно, пусть и по наитию. Пусть для других смешно и глупо.

В то мгновение ко мне пришло истинное осознание. Сила во мне. Всегда была во мне! Я могу защитить себя.

И тех, кого люблю.

Да. Люблю. Я до сих пор люблю Дракулу.

Ошибок в жизни не избежать. Неугомонный зад обеспечит ворохом проблем, а одни и те же грабли могут набить бессчётное число шишек на лбу. Но наперекор неудачам нужно беречь веру. Веру в себя и тех, кого выбрало сердце.

Дракон наверняка слышал свист, с которым моё тело рассекало воздух. Из звериной пасти вырвался жалобный стон.

Грохот огромных лап...

Меня видел и Велор. Он очнулся, с трудом сел, и серебряные всполохи его ветра в моих ладонях сделались ярче. Но старуха-попрошайка с площади как наяву стояла перед глазами: «Монетку, ещё монетку, – пританцовывала она. – Умная девочка, хорошая девочка... Кошки всегда приземляются на лапы».

Земля была совсем близко, когда серебро на пальцах сменилось пламенеющими когтями. Не то с криком, не то с настоящим рыком я вытолкнула из тела огненную рысь. Один глаз у неё сиял, как луна, а другой переливался всеми оттенками янтарного пламени.

Отделившись от меня, кошка проворно поймала потоки воздуха, будто родные. Поднырнула под меня, и я вцепилась в её холку.

И задохнулась от восторга.

Питаемая моей уверенностью, рысь окрепла и разрослась до размеров с упитанной пумы. Я стиснула коленями её бока и зажмурилась. Крепкий толчок лап о землю едва не скинул меня с кошачьей спины!

– А-а-ха-ха!

Наверное, стоило закричать что-то оригинальное, вроде: «Карамба! На абордаж!» Но у меня только «ахаха» и вырвалось, когда я верхом на огромной огненной кошке прошмыгнула прямо под мордой у дракона.

Ящер сдал назад. Испугался, что затопчет, или решил прижарить непослушную пассию? Плевать. Я неслась стрелой, и рысь неслась, взбивая лапами песок. Прямо как во сне! И глаза Велора... Ну до чего же огромные! Полные истинного восхищения, коего в них я прежде не видела.

Пронзенная этим взглядом, я ощутила такую радость... так захотелось смеяться! Пламя в полную силу потекло сквозь пальцы, питая кошку. Вот уже уши с кисточками потемнели. Покрывались настоящей шёрсткой. Но когда магия поднялась во мне в полный рост, когда я почувствовала себя чем-то большим, чем просто человеком... сердце скакнуло в груди.

Это была не я. Совсем не я. Нечто сильное, уверенное, но... равнодушное. Равнодушное, прямо как Великие к своим Творениям.

Я широко распахнула глаза, хлебнула воздух... и рысь споткнулась. На один удар сердца мне почудилось, будто это Шарар подсёк её лапы хвостом, но нет. Кошка по-прежнему бежала, а вот я отчего-то замедлялась. Мы больше не двигались в едином порыве. Рысье пламя выцветало, искры огня теряли плотность.

Велор ринулся навстречу.

– Мря-яу!

Кошка рванулась вперёд в надежде донести меня к завалам. Но я словно прошла сквозь кошачью спину. Лишь коленки успела свести, прежде чем врезалась в песок и с криком покатилась.

Острая боль пронзила рёбра и правую ногу.

– Лиза!

Велор остановил сумасшедшую круговерть. Подхватил меня и с размаху прижал к груди.

– Живая?! Не переломалась?

Рысь пыталась вновь обрести тело, тянула из меня силы и дымной тенью скользила рядом. Я её чувствовала. Видела сияющие серебром и пламенем разные глаза, но не могла помочь.

– Больно, – выдохнула я. – Больно... Я пустая. Всё пламя...

– Молчи! – Дракула припал в скором, как росчерк клинка, поцелуе. – Молчи... Искорка, зачем же ты? За мной...

– Не могу по-другому, – слёзы обожгли. – Не умею, – простонала я в шею своему Дракуле под грохот драконьего тела.

– Милая...

***

Велор гладил меня по лицу и прижимал к себе, а я тыкалась ему в грудь, как котёнок. Спираль-шрам едва серебрился. Руна больше не сдерживала магию в Дракуле, потому воздух подчинялся кровопийце беспрекословно. Подчинялся до тех пор, пока водное начало не взбрыкнуло, унюхав кровь. И я чувствовала, как под моими пальцами в мужской груди, словно увеличенное во сто крат сердце, бьётся стихия.

Своя или чужая? Я отпрянула, глядя Велору в разные глаза. Надеялась отыскать ответ в глубине. Хотела узнать, останется он со мной в последний миг или снова сдастся?

– У тебя кровь... – оглядев ржавые подтёки в уголках тонких губ и на подбородке, сказала я тихо. Так тихо, что грохот драконьего тела и полный обиды рёв сожрали каждый звук, оставив лишь шевеление губ.

– Она не моя. Дракона, – мотнул головой Дракула и обхватил моё лицо ладонями. – Ты же знаешь, кто я, Лиза. Кровопийца. Чудовище.