Последняя из древнего рода 2. Тень забытых клятв

Глава 4

Впереди, где переплетения ветвей было особенно плотным, а стволы деревьев изгибались под странными углами, словно создавая торжественную арку, начало происходить нечто странное… сначала это был лишь едва уловимый шёпот, похожий на трение сухих веток от ветра, но с каждой секундой он нарастал, приобретая глубину и объём. Окружающие нас деревья, до этого стоявшие неподвижно, начали медленно, но уверено шевелить ветками, оживая на глазах... ковёр изо мха, устилавший всё вокруг, тоже проявлял странное оживление… он словно дышал… поднимался и опадал в такт приближающихся звуков, которые приобрели определённый ритм…

Мне даже показалось, что сама земля начала пульсировать, а корни деревьев, надёжно спрятанные под толстым слоем мха, низко и утробно загудели. Жутковато, если честно…

Лорд Эйшар усилил щиты, и к творящемуся безобразию, ещё и серебристые искорки добавились. Виртэн покрепче перехватил клинок и, не мигая, в одну точку уставился… туда, откуда к нам что-то неведомое ломилось. Определённо это не дархины были, те сперва своих тварей изменчивых вперёд посылали, да и Дарт сказал, что время у нас есть. Но страшно всё равно было… сложно описать, почему именно… скорее от неправильности происходящего, потому как деревьям положено молчаливыми и неподвижными стражами границы земель Гэррош охранять, а не копошиться над головой у главы этого рода ожившими гусеницами.

В проходе, сплетённым ветвями и стволами слишком самостоятельной растительности, начал проступать какой-то силуэт, формируясь на наших глазах и впитывая в себя окружающие краски… по виду это был человек, но и человеком он был в последнюю очередь… Незнакомец был высокого роста, далеко не молод, на его мощных плечах лежал темно-зелёный плащ… по виду очень напоминающий мох, да и по факту тоже им являющийся, потому что плащ ниспадал на землю и сливался с зелёным ковром без малейшего перехода; на тёмных всколоченных волосах, красовалась древесная корона, и украшена она была не драгоценными камнями, а блестящими алым глянцем, ягодами, желудями и прочими лесными дарами; густая борода спускалась на обнажённую грудь, по которой, как по мощному стволу, вились лианы, штаны неровно обрывались чуть ниже колен и были словно из коры сшиты… грубые черты лица, будто из дерева вырезанные, темно-карие глаза, цвета мокрого каштана, смотрели внимательно, и в них вспыхивали багряные искры заката… Хозяин Леса… не иначе. От всей фигуры пока ещё незнакомца веяло чем-то первобытным, древним и незыблемым…

– Да чтоб меня… – пробормотал Дарт, вживую увидев того, о ком не единожды упоминал.

В крепких руках, перевитых тугими нитями жил, красовался посох, намного больше и мощнее, чем у Дарта, и дедушка недовольно поморщился, на такое ущемление своего имущества.

Хозяин Леса не шёл, он будто плыл над мягким ковром растительности, его шаги были неспешные и величественные, словно течение реки… ветви склонялись перед ним в поклоне, травы покорно стелились под ноги, и лесные шорохи и трески превратились в какое-то восторженное бормотание.

Не доходя до нас несколько шагов, это чудо лесное замерло... явно ожидая чего-то…

– Ну, что сказать… впечатляющий выход, – пробормотал лорд Эйшар, – многообещающий такой…

Со стороны Хозяина Леса послышался недовольный резкий треск… так трещат сухие ветки под неосторожными шагами путников.

– Что за недовольство? Я же похвалил! – сказал куда громче и намного наглее лорд Родерик. – Силу свою продемонстрировал, внимание к своей скрипучей персоне привлёк… хотел то, чего?

– Лорд Эйшар! – зашипела я на эту языкастую личность. – Проявите уважение к Хозяину Леса! А если это для вас непосильная задача, то молча стойте!

Я прекрасно помнила, на что способен Лес, и наживать себе врага в лице его хозяина мне совершенно не хотелось! Мне здесь жить ещё, и жизненно необходимо наладить дружеские связи с тем, от кого благополучие всех моих земель зависит. А то обидится этот странный мужик, а я потом крестьян недосчитаюсь, которые за травами да ягодами отправятся в лесные угодья и навеки там остаться могут… кто этого Хозяина леса знает… с виду строгий такой, вряд ли у него чувство юмора на должном уровне развито.

Я поспешила из-за спины Виртэна выйти и на напряжённое плечо избранника руку ласково положила, призывая опустить оружие. Если бы на нас хотели напасть, величественным изваянием не застыли бы на всеобщее обозрение, а прихлопнули бы как мелких вредителей.

– Приветствую вас, Хозяин Леса, – пришлось мне взять инициативу в свои руки, не только потому, что это мои владения были, но ещё и потому, что у меня надежды на некоторых не было. В смысле я не уверена, что лорд Дартин и лорд Эйшар путь мирных переговоров выберут. – Раз мы оказались здесь, то вы хотели нам видеть… могу ли я узнать причину?

– Я слышу мудрость в сказанном тобой, дитя древнего рода. Я слышу уважение и почтение в твоих словах, дитя древнего рода… – голос у него оказался мягкий, словно шелест листвы, успокаивающий такой.

– Уважаемый, давайте немного сократим вступительную речь, опустим звуки летних трав в голосе, запутавшиеся солнечные лучи в волосах… ну, и дальше, что там у вас по списку, тоже пропустим и сразу к делу перейдём, – зря лорд Эйшар не прислушался к моему совету… по плащу Хозяина Леса тёмно-зелёная сила волной недовольства прокатилась и на макушку благородного лорда шишки и ветки посыпались, без труда преодолевая защиту лорда Родерика, и этот факт его несказанно удивил.

– Лорд Эйшар, – предупреждающие посмотрел на него Виртэн, и тот, с трудом сдерживая в себе возмущение, показательно так магический огонёк на ладони зажёг.

– Ты не сильнее меня, первый из своего рода, – ласково так улыбнулся Хозяин Леса, – у тебя уже нет силы играть с магическими потоками, ты сейчас не единственный, ты один из многих, и только в единение ваша сила… одну ветвь легко сломать, но если их объединить, то это сделать уже невозможно…

– В смысле, первый из своего рода? – бесстрашно перебил Дарт самого Хозяина Леса. – Тот самый ленивый болтун, который от своих прямых обязанностей отказался? Тот самый ушлый проныра, который выбрал путь бездельника вместо бремени власти! Тот самый, в чьих руках была неимоверная мощь, а он её на мелочь всякую разменивал! Да как ты, вообще, дожил-то до этого времени?