Последняя из клана Чи Су

Глава 1

Ли-Сянь, пограничный город на пересечении трёх миров

Шумная толпа зевак заполонила центральную улочку города, превратив её в разноцветный галдящий улей. Кто-то бродил в поисках комнаты на ночь, кто-то искал чайную лавку, чтобы утолить жажду, а кто-то и просто глазел по сторонам, не преследуя никакой иной цели, кроме праздного любопытства.

Торговцы, стараясь перекричать друг друга, зазывали прохожих к своим лавкам и расхваливали товар, чтобы поскорее сбыть его с рук путникам из трёх миров, от которых в Ли-Сяне в конце лета было не протолкнуться.

Но Цин, неспешно шедшую вдоль главной улочки, не интересовали ни еда, ни ночлег. Да и бесполезные безделушки, которыми полнились широкие прилавки, были ей без надобности. Сокрытая от любопытных глаз белой вуалью вэймао[1], Цин равнодушно поглядывала на суматоху, что кипела и бурлила вокруг неё.

Сколько она себя помнила, в Ли-Сяне всегда было многолюдно и шумно. А ведь с тех пор, когда Цин в последний раз свободно расхаживала по улицам города, затерявшись среди людей, демонов и небожителей, минуло две сотни лет. Впрочем, за то время, пока она «наслаждалась» гостеприимством яшмовой статуэтки, здесь мало что поменялось.

Цин ловко обогнула толпу демониц, выстроившихся у лавки с украшениями. Стоило ей услышать их беззаботный смех и болтовню, как она тут же сбилась с размеренного шага, останавливаясь.

А ведь раньше её соклановцы так же бродили по шумным улицам пограничного города, заходили в лавки, покупали еду, украшения. Но с тех времён остались лишь воспоминания, что хранила в отдалённых уголках своей памяти сама Цин...

Она тряхнула головой и, отвернувшись от демониц, продолжила свой путь. На смену внезапной грусти пришла непоколебимая решимость. Что толку вспоминать о былом? Она не для того всеми способами стремилась попасть в Ли-Сянь, чтобы предаваться горестным воспоминаниям. Они ей ничем не помогут! Не помогут матушке. Не помогут Сиу...

Она свернула за угол, оставляя демониц далеко позади, и, пройдя ещё с полсотни шагов, остановилась около одного из местных постоялых дворов. Деревянная вывеска над дверью гласила «Йизэ»[2], и Цин без промедления направилась туда.

— Добро пожаловать, госпожа! — поприветствовал её на входе хозяин — пухлый мужчина со щербатой улыбкой на широком простодушном лице.

Цин едва заметно кивнула ему, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания.

— Принесите ваш фирменный женьшеневый суп, — распорядилась она, занимая один из столов на первом этаже. — Две порции.

Покорно кивнув, хозяин удалился исполнять её поручение.

Убедившись, что рядом с ней никого нет, она сняла вэймао и повела внимательным взглядом по сторонам, осматривая неказистый интерьер гостиницы. Что ж, если не слишком вглядываться, то здесь не так уж и паршиво. Серые невзрачные стены, деревянная лестница, несколько столов, в основном пустовавших сейчас.

Вскоре в зале вновь появился хозяин, неся миски с супом; от них вверх тянулся белёсый пар, словно от курильниц[3]. Хозяин расторопно опустил их на стол перед Цин.

— Чем ещё могу быть полезен госпоже? — спросил он, продолжая улыбаться. — Может, вам нужна комната за умеренную плату? У нас останавливаются все жители трёх миров! И ещё никто не жаловался! — распинался он, но, заметив предостерегающий взгляд Цин, тут же откланялся, оставляя её одну.

Впрочем, Цин недолго пришлось томиться в одиночестве. Спустя несколько минут после ухода навязчивого хозяина в гостиницу лёгкой поступью вошла юная девица и, отыскав взглядом Цин, опустилась за стол напротив неё. Она откинула назад копну рыжих волос и тут же брезгливо повела чуть вздёрнутым кверху носом. Её хорошенькое личико забавно скривилось.

— Откуда этот запах? — спросила она, поглядывая по сторонам.

— Это пахнет твой суп, Лан-Лан, — ответила Цин, кивнув на две миски, стоявшие посреди стола.

— Гадость! — выдавила из себя Лан-Лан. — Ты предлагаешь мне это есть? — Она бросила красноречивый взгляд на Цин, вскинув вверх ухоженные брови. — А где утка? Или цыплёнок? Могла бы выбрать гостиницу получше, раз в этой не подают мясо!

— Говорят, этот суп весьма неплох, — хмыкнула Цин, а Лан-Лан даже приоткрыла рот от возмущения. — Ешь, у нас не так много денег, чтобы раскидываться едой!

— Помнится мне, ты продала парочку безделушек, которые стащила из небесного павильона Хаоюй, — подавшись вперёд, возразила Лан-Лан. — Хочу тебе напомнить, что я всё-таки лисица и не стану жевать... — Она покосилась на тарелку с супом, словно в ней плавала ядовитая змея. — Траву!

— Хватит ворчать, Лан-Лан! Деньги нам ещё пригодятся, — упрекнула её Цин, бросив внимательный взгляд на вошедших постояльцев.— Лучше скажи, ты нашла то, зачем я тебя отправляла?

Лан-Лан заморгала длинными пушистыми ресницами и постучала ладонью по ярко-бирюзовому поясу своего ханьфу. Губы её при этом довольно изогнулись.

— Конечно, госпожа! — Она вложила в руку Цин крошечный фарфоровый флакончик зелёного цвета. — Это же Ли-Сянь! Как и раньше, здесь можно отыскать всё, что угодно!

Сердце Цин забилось чуть быстрее, когда она убирала флакон в небольшой поясной мешочек, украшенный вышитыми пионами.

— Хорошо! — Она взяла ложку и принялась помешивать ей суп, чтобы унять лёгкую дрожь в пальцах. — Значит, теперь у нас не должно возникнуть сложностей с проникновением на территорию академии. — Она перевела подозрительный взгляд на Лан-Лан. — Надеюсь, ты была осторожна?