Последняя из клана Чи Су

Эпилог

За окном только занимался новый день, но в комнате было светло от золотистых всполохов заклинания, которое Юшенг старательно выводил пальцами в воздухе.

«Тогда я буду с нетерпением ждать, Юй Цин из клана Чи Су!» — мысленно передал он ей то, что отчаянно хотел сказать ещё там, находясь на главной улице Ли-Сяня. Увы, обстоятельства не располагали к длительным беседам и чрезмерной откровенности. И всё же Цин должна знать, что он останется ей верен, даже если все три мира в одночасье ополчатся против неё.

Воздух в комнате потрескивал и искрился, закручиваясь по спирали.

«А я ведь люблю её, и люблю уже давно…»

Эта мысль, такая же ясная, как небо в самый безоблачный день, пульсировала в его голове и настойчиво просилась наружу.

«Скажи ей! Скажи ей прямо сейчас! Ты должен сказать!» — всячески уговаривала его и подталкивала к откровенности эта назойливая мысль, но Юшенг оставался непреклонен.

Как только Юшенг одним плавным движением руки развеял созданное заклинание, золотистые искорки исчезли, мгновенно погружая комнату в лёгкий сумрак. Нет, не сейчас. Он расскажет Цин о своих чувствах, глядя ей в глаза, и будет надеться, что увидит в их глубине взаимность.

Юшенг поднялся с постели, на которой сидел до недавнего времени, и подошёл к окну. На улице начался самый настоящий снегопад, и Юшенг порадовался, что, прежде чем уйти, Цин накинула на плечи плащ. Она непременно замёрзла бы, окажись сейчас без тёплой одежды. Кто знает, сколько времени ей придётся бродить по землям Бездны?

Юшенг нахмурился, глядя на то, как резные снежинки падают вниз, покрывая каменную плитку, выложенную занятным узором перед центральным входом. Юшенг нисколько не сомневался, что с уходом Цин жизнь в академии станет скучной и пресной, словно картина, вмиг лишившаяся ярких красок, или еда, в которую забыли добавить соль.

Юшенг уже скучал, хотя они расстались каких-то несколько минут назад, и с тех пор все его мысли занимала одна лишь Юй Цин. Несмотря на ухищрения наставницы Мейфенг и Хоу Сянцзян, ей всё же удалось покинуть академию Цзянь-Фен, но только благодаря его стараниям. Не подоспей он вовремя... Юшенг сжал руки в кулаки, боясь представить, что заклинатели клана Хутао сделали бы с Цин в таком случае. Они непременно погасили бы тот необузданный огонь, что ярко полыхал внутри демоницы. Друзей он согревал, а вот врагов обещал сжечь, обратив их в тлеющие угли. Но даже с тлеющими углями нужно быть осторожным.

На этот раз Сянцзян наряду с наставницей Мейфенг зашли слишком далеко. Что за самовольность? Кто им позволил привести в Ли-Сянь заклинателей клана Хутао? Кто им позволил нарушить правила академии? Какую цель они преследовали?

Взгляд Юшенга не сходил с земли, укрытой белым снежным покрывалом, пока небожитель размышлял.

Во всей этой истории с кланом Чи Су явно было что-то не так. Юшенг нутром чувствовал это. Цин была права, говоря о том, что наставница Мейфенг каким-то образом причастна к произошедшему в гроте Вэйюань. В противном случае с чего бы она так всполошилась? Зачем обратилась за помощью к генералу Хоу Хонгу? Зачем впутала во всё это Сянцзян?

Юшенг верил Цин, но у него не было ни одного доказательства против наставницы Мейфенг. А значит, он должен обратиться к небесному императору Ся Джи. Лишь он один сможет разобраться во всех хитросплетениях, произошедших двести лет назад. И медлить нельзя. В любой момент заклинатели клана Хутао, от которых не следовало ждать пощады, могут отыскать Цин. Сколько она сумеет от них скрываться? Сколько продержится? Юшенг обещал, что поможет ей, и он намерен сдержать своё слово, чего бы ему это ни стоило.

Решив не откладывать разговор с императором, Юшенг отвернулся от окна и решительным шагом направился в сторону двери. Но когда до неё оставалось всего несколько шагов, деревянное полотно само собой отворилось прямо перед ним. В проёме же, к удивлению Юшенга, показалась госпожа Мейфенг.

— Жди снаружи и смотри, чтобы нам никто не мешал. Ослушаешься — умрёшь! — приказала она тому, кто остался за дверью, а затем прошла внутрь.

Наставница тихо затворила за собой дверь и окинула комнату Юшенга цепким взглядом. Убедившись, что здесь кроме него никого нет, она глянула уже на самого Юшенга. Он так и не переоделся, оставаясь всё в той же одежде, что не укрылось от вездесущего взгляда госпожи Мейфенг.

Уголки её губ тронула чуть заметная улыбка, в которой сквозил холодок сродни тому, что царил сейчас за окнами.

— Значит, Сянцзян не обманула. Ты и впрямь помог этой демонице, — произнесла она, с укором и разочарованием глядя на него.

— Помог, — не стал отрицать он.

— Юшенг, — заговорила наставница, становясь напротив него. — Ты ведь понимаешь, что о случившемся никому нельзя рассказывать?

— О чём именно, наставница Мейфенг? — Юшенг смотрел на наставницу, не отводя взгляда. Ей его не запугать.— О том, что вы позвали в академию заклинателей клана Хутао, тем самым нарушив правила академии? Или о том, что случилось с кланом Чи Су много лет назад? А может, о том, что вы отдали приказ уничтожить Юй Цин, ни в чём не разобравшись? Так о чём именно я не должен рассказывать?

С каждым словом его голос становился громче.

Госпожа Мейфенг улыбнулась, но улыбка её была колючей, а во взгляде мелькнуло предупреждение.