Последняя из одаренных

11 глава. Оборвать, связать.

-Нет, ну ты хоть попытайся нормально сделать!

-Я пытаюсь!

-Не достаточно!

Ярость в моих глазах могла бы напугать любого прыщавого студента в университете перед которыми я выступала с докладами, но герцогиня была сильнее. С учетом того, что в глазах ее не было ни капли ярости, лишь раздражение от моей некой беспомощности, остужала она меня быстро. Смутить эту женщину было невозможно.

-Мы уже четвертый час сидим в этом затхлом помещении без света. Я устала! У меня не получается! Я не маг! Я не виновата чт…

-Твои родные тоже ни в чем не виноваты, думаешь они хнычут из-за того, что ты их сюда перенесла?!

Герцогиня сразу спешилась от собственных слов и на секунду лицо выразило сожаление о сказанном. Я не могла поверить, что она произнесла в слух то, о чем я даже думать не хотела. Она права. Они здесь, потому что я виновата. Боги этого мира хотели перенести меня, их же, вероятно, зацепило следом. Я сидела, опустив голову, все в том же родовом гнездышке для ритуалов под землей. Мы уже больше месяца занимаемся с моей магией. Две младшие сестры уже избавились с моей помощью от родового проклятия одиночества. Я научилась связывать нити жизни.

Когда, подробно объясняя леди Лиа о моем видение и влиянии на нити, мы начали экспериментировать. Не на живых людях, конечно, но на листьях, местных курах и нарлах. Белые нити отвечали за жизнь. Все что росло и умирало входило в эту категорию. Теория изначально заключалась в том, что если я нить могу развязать, то могу ее и связать. Первыми были нити в зимнем саду поместья у увядающего пальмового дерева. Его огромные размеры внушали трепет, но оно давно заболело, и никто из садовников не мог понять в чем проблема. Нити белые от него тянулись вниз к земле и некоторые совсем уж истощились. Многие листья дерева пожухли, а внутри расположились вредные насекомые, которых никто так и не смог вытравить.

-Есть нити обычные белые, они неподвижны, но внутрь идут много нитей в постоянном движении. Думаете это те самые вредоносные насекомые? Они не магические, красных не наблюдается.

-Вероятнее всего…Попробуй связать рвущиеся нити крепче. А все движущиеся оборвать.

Я резко посмотрела на герцогиню. Убить всех? Я даже комара не могу убить, а она просит маленькую цивилизацию уничтожить. Видя мое замешательство, она присела ко мне рядом. Матушка Лиа уже давно не вела себя в моем обществе сдержанно, показывая, что даже самая высокородная леди это просто женщина.

-Ты не сможешь прожить в этом мире без жестокости. По твоим рассказам убийства у вас может и не редкость, но переносится с большим страхом.

Герцогиня погладила листочек размером с ее голову у умирающей пальмы. Взгляд ее был задумчив.

-Первый раз я увидела тело мага, когда мне было всего двенадцать лет. Он был не сильно старше меня, но он погиб в схватке с обычным ирдом. Мальчишка был сыном пастуха разводящим наш скот к столу. Мы бегали и играли, а потом появился он. Трава вокруг горела, видимо не отличив нас от скота, животное напало. Обычно на людей они не нападают, но не тогда. Мальчишка, чье имя я уже не помню, отбивался, в нем была низкая магия воды, а эта особь...она была сильнее. Ее горящий хвост незаметно обвил его лодыжку и поднял над головой. Он кричал и извивался, а я просто стояла. Отмерла лишь когда пасть ирда раскрылась настолько широко что она с одного маху раскусила мальчишку пополам. Я убежала.

Это была кошмарная история. Я видела ирдов в книгах. Чем-то похожие на пантер животные со змеиным длинным хвостом вместо обычного и шерстью в виде огня. Они как змеи заглатывают скот и их желудок начинает переваривать добычу. Встречаются очень редко, как и почти все магические животные. То, что рассказала герцогиня заставило меня в очередной раз задуматься о том, что меня ждет. Все время что я пробыла в поместье моей главной опасностью были нападения Адилии, а что будет когда я уйду? Смогу ли я убить ирда? Или смогу ли дать отпор разбойникам, которые являются не редкостью на Изморе? А смогу ли убить того же разбойника? Или обычного человека чтобы выжить? Я не знала, но знала, что моя семья, возможно, сражается чтобы выжить.

-Или убиваю я…или убивают меня. Вы это хотите сказать?

-Тебя ждут трудности моя дорогая, а боги не так милостивы, как кажется. За тобой идет охота, а возможно кто-то думает, что один из твоих, также иномирцев, является одаренным. Никто ведь не знает кроме нас, кто на самом деле центральная фигура в пророчестве. Поэтому да, дорогая. Убей или будь убитой. Семья главное, а семью надо защищать любыми способами. Адилия научила тебя принимать боль, я же научу причинять боль. Чтобы в самый нужный момент твоя рука не дрогнула.

-Да матушка, вы правы. Я сделаю все. Я убью.

В тот день я оборвала своими руками ни одну сотню маленьких жизней. Первая сотня давалась сложно, нити обрывались долго, а руки дрожали сильнее, но вторая сотня давалась еще сложней. Третья еще более и еще более дались все остальные. Последний жучок метался во все стороны внутри дерева ища хоть одного выжившего сородича, щеки мои сохли и увлажнялись от слез снова и снова. Я держала своими тонкими пальцами почти невесомую нить, чувствуя неизбежность действий. Крепко сжала ее между большими и указательными пальцами, поддела ногтем и оборвала. Дерево освободилось от насекомых, а я была опустошена. Казалось бы, всего лишь насекомое, но я из тех людей, которые по дороге смотрят под ноги, стараясь не наступить ни на одну божью коровку. Я из тех, кто не брезгает погладить дворовую собаку или кошку, и вместо убийства залетевшего в дом майского жука, я предпочту поймать и выпустить его на волю. Но я продолжала сотню за сотней очищать дерево, потому что возможно однажды мне придется обрывать жизнь кого-то более разумного и опасного.

Связывать нити легче морально. Я понимала, что это действие не забирает, а наоборот дает. Всегда, когда я касалась оборванной белой нити, из моих рук лились собственные. Из одной руки они обвивали ту, что свисала с листьев дерева, а с другой создавала новую из глубин. Мне оставалось лишь связать их в аккуратный бантик и на глазах пальма зеленела. Слезы уже высохли, а герцогиня смотрела радостно и гордо. В один момент я поняла, что значат мои силы и почему я так важна для правящей династии любой империи. Я могла и убить бесследно, и разорвать магические нити и дать жизнь умирающему. И это только то, что мы выяснили. Для Измора возвращать к жизни и лечить от многих болезней могли не многие. Некроманты лишь имели возможность вернуть тело, но не дух. А лекари были не всевластны и многие болезни так и рубят народ, не разбирая статуса и титулов.