Последняя из рода

Глава 30

Ее голос был плавным, тягучим и властным. Голос требовал подчиниться, склонить голову, отдать всего себя. Он наседал со всех сторон, от него нельзя было скрыться. Голос сводил с ума своей настойчивостью. Он истязал сознания своими властными приказами, отдававшимися во всем теле дрожью. Голос загонял в угол.

Однако когда отчаяние взяло верх, когда сил сопротивляться уже не осталось, что-то изменилось. Решающего удара не произошло. Голос замер, а потом и вовсе с испугом отступил.

Во рту стоял противный сладковатый вкус. Он осел на зубах, деснах и языке. Вязкая слюна была того же мерзкого привкуса. Рефлекторный глоток сделал лишь хуже. Отвратительная сладость липкой пленкой осела на стенках пересохшего горла.

Ирис поморщился и облизал пересохшие губы. Засохшие крохи мерзкого снадобья, оставшиеся на губах, теперь вцепились в язык, усиливая отвращение во рту.

Раскалывалась голова. По ушам стучал странный, ритмичный звук. Мир вокруг слегка подрагивал ему в такт. Мозг был настолько измучен, что понимание того, что он внутри поезда пришло к Ирису не скоро. Спустя бесконечные минуты вернулись и воспоминания.

Его напоили странным снадобьем. После того, как Кирилл упал, снадобье дали и ему. А затем... тьма и голос.

Ощутив на себе власть этого голоса, Ирис не сомневался - именно это снадобье превращало световодов в безвольных марионеток с пустыми глазами. Это, выпив его, световоды теряли свою волю.

Но его воля была все еще при нем.

Найдя в себе силы, Ирис приоткрыл глаза. Взгляд упал на собственные руки, лежащие перед лицом. Не до конца осознав увиденное, мальчик приподнял одну руку. Наручники. Ирис обреченно выдохнул и перевернулся на спину.

- Удивительно. А в тебе полно сюрпризов, - воскликнул знакомый голос рядом.

Чья-то рука взяла Ириса за подбородок и слегка повернула. Над ним навис Руслан. С секунду выдержав его взгляд, Ирис нашел в себе силы оттолкнуть его руку. Хмыкнув такой реакции, рыжий световод уселся на соседнюю койку.

Руслан был одет только в рубашку с закатанными до локтя рукавами. Зрачки его глаз горели белым, а на левой стороне подбородка темнел небольшой синяк.

Оглядевшись, Ирис обнаружил, что они находятся в небольшом купе, где кроме пары коек и небольшого стола, ничего нет.

Мальчик предпринял попытку сесть. В ушах зашумело. Перед глазами заплясали красные круги. Ирис со стоном схватился за голову и уткнулся носом в старое одеяло, покрывавшее койку. К горлу подступила тошнота.

- М-да, выглядишь ты отвратительно, - протянул световод, наблюдавший за страданиями мальчика.

Ответом ему был злобный взгляд. Ирис зажмурился и сосредоточился на головной боли. Постепенно тошнота начала отступать. Красное марево перед глазами померкло. Ирис снова посмотрел на рыжего, сидящего напротив.

От увиденного неприятно защемило сердце. В правой руке Руслана, лежащей на сложенном колене, виднелась знакомая брошка. Ирис невольно провел по груди - там, где был карман - и обнаружил, что и сам остался без куртки.

- Это мое, - настойчиво прохрипел Ирис, не сводя взгляда с броши.

Руслан иронично поднял бровь. Его пальцы подобрали украшение и зажали его в кулаке. Ирис перевел взгляд на лицо световода.

Около минуты оба не сводили друг с друга пристального взора. Где-то в коридоре хлопнула дверь, что привело световода в чувства. Руслан со вздохом потянулся куда-то к стене за своей спиной.

- Держи, - парень протянул Ирису бутылку, полную воды.

Ирис хотел было отказаться, но пересохшее горло и отвратительный привкус во рту взяли над ним верх. Мальчик забрал бутылку.

Сесть с больной головой и скованными вместе руками было тяжело. Красные круги снова заполонили взор. Приняв сидячее положение, Ирис откинулся затылком о стену и прикрыл глаза. Непослушные пальцы тем временем принялись отвинчивать крышку.

- Говорят, это быстро проходит, - заметил Руслан.

Ответа он не получил. Когда голове стало полегче, Ирис сделал первый глоток. Спасительная влага потекла по горлу. Мальчик закашлялся.

Мелкими глотками он утолил жажду. После, Ирис несколько раз прополоскал рот, но неприятный привкус от снадобья подчинения никак не хотел уходить.

- Зачем ты здесь сидишь? - спросил Ирис, немного придя в себя.

Руслан весело фыркнул:

- Думаешь, мне заняться больше нечем, кроме, как сутками тебя караулить? Я минут десять назад сюда зашел.

Завинтив крышку, Ирис приложил прохладную бутылку ко лбу. Что-то в словах Руслана было не так, но воспаленный мозг упорно отказывался думать. Мальчику пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать скачущие мысли и понять, что именно ему показалось странным.

- Сутками? - спросил Ирис, - я что, здесь несколько дней пролежал?

Руслан склонил голову и подобрал колено к груди.

- Сейчас второй день на исходе, - огорошил он Ириса, - Кира часов десять назад очухался, - на лице рыжего расплылась садистская ухмылка, - только в отличие от тебя - он обратился.

На душе стало совсем гадко. Ирис даже не понял, что больше ему казалось неприятным: то ли известие о Кирилле, то ли реакция Руслана, пока он сообщал эту новость. Мальчик тяжело вздохнул.

- Рина тебе этого не простит, - пригрозил он.

В горящих глазах рыжего потемнело. Парень потер синяк на подбородке.

- Рина смирится. Рано или поздно она, наконец, поймет, что Кира ей просто пользовался. Неужели ты сам не заметил, что он присосался к ней? Игнатьев не дурак. Он понимает, что пробиться в люди с таким клеймом можно только через члена королевской семьи. Однако он заигрался в свою псевдо-власть.

Ирис не ответил. Ему и самому казалось странным то, что Кирилл многое решает сразу за двоих. Рина слушает его, почти не перечит и всегда встает на его сторону. В какой-то степени Руслан, наверное, был прав.

Опустив бутылку на колени, Ирис осмотрел скованные вместе руки. С большим сожалением он провел пальцем по голой коже левого запястья. Кто-то снял с него часы. Обидно. Ирис носил их, практически не снимая с самого детства. Он так сроднился с ними, что без знакомого ремешка на запястье почувствовал себя голым.