Последняя надежда тьмы

Глава 24

Ворота за нами закрылись с тяжёлым скрежетом. Мы стояли во внутреннем дворе замка с суровыми серыми стенами и высокими башнями, уходящими в тёмное небо.

Вокруг суетились люди — кто-то нёс дрова, кто-то вёз телегу с камнями, кто-то просто спешил по своим делам. При виде нас они замирали, провожали взглядами, полными любопытства и страха.

Я ощущала эти взгляды на себе, они липли, словно паутина.

Волки замерли рядом с нами. Они тоже чувствовали враждебную атмосферу.

Торвальд остановился.

— Ждите здесь, — сказал коротко. Даже не посмотрел — бросил слова в воздух и уже махнул рукой стражникам.

Он махнул рукой, подзывая стражников. Те подбежали, с опаской косясь на волков, и забрали раненых. Того, что был без сознания, унесли на носилках. Молодой, с перевязанной головой, пошёл сам, опираясь на плечо товарища. На меня он старался не смотреть. Ни разу.

Торвальд бросил на меня быстрый взгляд.

В этом взгляде было столько всего: злость за раненых, подозрение к чужачке, и ещё — страх. Самый настоящий страх, который он прятал за суровостью. Я его не винила. Я бы тоже боялась человека, который может отбросить тебя к скале, даже не коснувшись.

— Сидите тихо, — сказал он. — Я вернусь.

И ушёл.

Мы остались стоять посреди двора. Четверо стражников окружили нас полукольцом — не агрессивно, но настороженно. Их руки лежали на рукоятях мечей, взгляды то и дело скользили по волкам. И по мне.

Я отвернулась. Стала рассматривать стены.

Время тянулось бесконечно. Я считала про себя. Раз. Два. Три. Четыре. До ста досчитала — никто не пришёл. До двухсот — тишина.

Рингар стоял неподвижно, но я чувствовала, как он напряжён.

— Долго ещё? — тихо спросил Рик.

Я пожала плечами. Я не знала.

Рик вздохнул. Провёл рукой по лицу — устало, зло. Пальцы дрожали. Он их сжал в кулак, спрятал в карман. Думал, я не замечу.

Киран молчал. Он стоял чуть поодаль, прислонившись к стене, и смотрел куда-то в пустоту. С каменным лицом, но я видела, как ходили желваки на скулах. И рука — лежала на рукояти меча. Не сжимала, просто касалась. Будто проверяла, на месте ли.

После того, что случилось у скал, он почти не смотрел на меня.

Я не винила его.

Наконец Торвальд появился снова. Он шёл быстро, и по его лицу я поняла — ничего хорошего нас не ждёт.

— За мной, — бросил он. — Правитель ждёт.

Мы поднимались по широкой каменной лестнице. Факелы горели тускло, отбрасывали пляшущие тени на стены. Замок Варгрима был суровым, как и его земли. Никаких украшений, никакой роскоши — только камень, холод и запах дыма. От этого запаха у меня каждый раз сжималось горло.

Я мотнула головой, отгоняя мысли.

Рик шёл рядом, опустив голову. Я видела, как он сжимает и разжимает кулаки. Нервничал.

— Рик, — шепнула я.

Он поднял глаза.

— Держись.

Он кивнул. Криво усмехнулся.

— А то что? Опять кого-то убьёшь?

Меня будто обожгло. Глупо, конечно. Рик не со зла. Он просто... он просто боится. Боится, что я сорвусь снова. Боится, что останется один. Я его понимала. Я сама боялась того же.

Я вздрогнула. Он заметил.

— Прости, — сказал он тихо. — Я не то хотел…

— Всё нормально, — перебила я. — Ты прав. Я и так уже…

Я не договорила. Рик вдруг остановился и схватил меня за руку.

— Слушай, — сказал он жёстко. — Ты не виновата. Слышишь? Не виновата.

— Я ранила людей, Рик.

— Плевать.

Он сжал мои пальцы. Крепко. Больно.

— Ты всё, что у меня осталось, — сказал он. Голос сорвался. — И если с тобой что-то случится, я… я просто не…

Он не договорил. Отпустил руку, отвернулся.

— Идём, — буркнул. — А то ждут там.

Киран, шедший впереди, обернулся. Посмотрел на нас, потом снова отвернулся. Ничего не сказал. Но я заметила — он чуть сбавил шаг. Чтобы мы догнали.

Наконец Торвальд остановился перед тяжёлыми дубовыми дверями. Они были старыми, тёмными, с железными полосами.

— Здесь, — сказал он. — Правитель Бьорн.

Он толкнул дверь, и мы вошли.

Зал оказался не таким большим, как я ожидала. Каменные стены, тяжёлые балки под потолком, длинный стол, за которым могло поместиться человек двадцать. В углу — камин, в котором весело потрескивал огонь. Несколько факелов на стенах. Всё просто, грубо, но внушительно.

У камина, в тяжёлом кресле, сидел человек.

Он был немолод. Седина густо тронула его волосы и бороду, глубокие морщины прорезали лоб. Но глаза — смотрели на нас с пристальным вниманием. На нём была простая, но хорошая одежда, а на поясе висел меч с потёртой рукоятью.