Последняя надежда тьмы

Глава 52

Киран

Я не спал. Сидел на стене, прислонившись спиной к холодному камню, и смотрел в темноту. Внизу, во дворе, догорали костры, люди расходились по шалашам и домам. Кто-то ещё возился у колодца, кто-то перекликался с соседями. Жизнь в Ноктарисе не затихала даже ночью.

Сарг лежал рядом, положив голову на лапы. Его серые глаза светились в темноте, уши двигались, ловя каждый звук. Он не спал — как и я. Волки вообще спали мало, а в последние дни особенно.

— Не спится? — спросил он.

— Не спится, — ответил я.

— Думаешь о нём?

Я промолчал. Сарг вздохнул — тяжело, по-человечески.

— Ты слишком много думаешь, — сказал он. — Это вредно.

— Ты всегда так говоришь.

— Потому что это правда. Ты не Айрин. Тебе не нужно чувствовать всё подряд. Твоё дело — действовать.

— А если я не знаю, как действовать?

— Тогда сиди и жди, — ответил Сарг. — Но не ной.

Я усмехнулся. Не удержался.

— Ты жёсткий.

— Я честный. Разница есть.

Я смотрел на звёзды. Они были яркими, холодными, чужими. Как и всё в этом мире, когда я только попал сюда. Теперь он стал почти родным. Почти.

— Он не враг, — сказал я.

— Кто? — спросил Сарг.

— Трой.

— Я ничего не говорил.

— Ты думаешь.

— Я всегда думаю. Это не значит, что я с тобой согласен.

Я повернулся к нему. Он смотрел на меня своими серыми глазами, и в них не было ни осуждения, ни сочувствия. Только спокойствие и какая-то ленивая насмешка.

— Ты не доверяешь ему, — сказал Сарг. Это был не вопрос.

— Нет.

— Потому что он — из прошлого?

— Потому что он фальшивый.

Сарг поднял голову, заинтересовался.

— Фальшивый?

— Он слишком правильный, — сказал я. — Слишком гладкий. Слишком вовремя появился. У него на всё есть ответ. На любой вопрос — готовый, отточенный, будто он репетировал.

— Может, он умный?

— Может. А может, он играет роль.

Я замолчал. В голове крутились детали, которые я замечал последние дни. То, как Трой улыбается — всегда вовремя, всегда к месту, но улыбка не доходит до глаз. То, как он здоровается с людьми — называет каждого по имени, запоминает с первого раза. Это не забота. Это расчёт.

— Он запомнил имя каждого ребёнка в лагере, — сказал я. — За две недели. Спрашивает у женщин, как их зовут, какие у них проблемы. Помогает старикам донести воду. И всё это — с улыбкой.

— И что в этом плохого? — спросил Сарг.

— В том, что это неестественно. Никто не бывает таким хорошим. Никто.

— Ты слишком подозрителен.

— Айрин говорит, он спас ей жизнь в детстве.

— Это было давно, — сказал Сарг. — Люди меняются.

— Знаю. Поэтому я и не доверяю ему. Он изменился. Но не знаю — в какую сторону.

Сарг фыркнул.

— Ты параноик.

— А если я прав?

— Если ты прав, — сказал Сарг, — я первый его порву. Но пока — не прав. И ты это знаешь.

Я не ответил. Смотрел в темноту. Вспоминал, как Трой вчера помогал Айрин подняться по лестнице — она устала, споткнулась, а он подхватил её за локоть. Дольше, чем нужно. Ближе, чем нужно. И посмотрел на меня. Не победно — спокойно. Как будто проверял, что я сделаю.

Я ничего не сделал. Сжал кулаки и ушёл.

— Ты боишься, что она выберет его, — сказал Сарг. — Не как любовника. Как друга. Как часть своей жизни, в которой тебе нет места.

— Я не боюсь.

— Врёшь.

Я промолчал.

— Я чую ложь, Киран, — сказал Сарг. — Она пахнет. Ты боишься. И это нормально. Но не давай страху управлять тобой.

— Я не…

— Он отнимет у тебя не Айрин, — перебил Сарг. — Он отнимет у тебя покой. Если позволишь.

Я вздохнул. Он был прав. Как всегда.

Внизу кто-то вышел из замка. Я узнал его сразу — походка, плечи, тень. Трой. Он шёл медленно, осматриваясь, будто изучал двор, стены, ворота. Остановился у колодца, зачерпнул воды, напился. Потом поднял голову и посмотрел прямо на меня.

Я не шелохнулся. Он не мог меня видеть — я сидел в тени, сливался с камнем. Но он смотрел именно туда. Будто знал.

— Он знает, что ты здесь, — сказал Сарг.

— Откуда?

— Чует. Как и я.