Последняя наследница Дома Пепла

Глава 6

Алиса проснулась от того, что на ее лицо что-то упало. Что-то мягкое, пушистое и отчетливо пахнущее пылью и стариной. Она с криком села на кровати и уставилась на лежащий у нее на коленях предмет. Это была мужская туфля. Не просто туфля. Это был шедевр сапожного безумия: бархат цвета запекшейся крови, с загнутым мыском, украшенным вышитой серебряной нитью мордой горгульи.

— Что за... — начала Алиса, но ее прервал сдавленный смешок.

Сирин сидела на коврике у камина, зарывшись лицом в плед, но ее плечи предательски тряслись.

— Сирин! — Алиса попыталась придать голосу строгость, но получилось скорее растерянно. — Это что? Твоих рук дело?

Девочка подняла голову, ее глаза блестели от смеха.

— Нет! Это принес Зигги! Он сегодня утром прокрался, пока ты спала. Понюхал тебя, хмыкнул и оставил... это.

Маленький дракон. Алиса успела узнать, что в замке, помимо людей, обитает существо по имени Зигги. Это был не дракон в классическом понимании, а скорее помесь кошки, летучей мыши и злобного плюшевого игрушечного гремлина размером с небольшую таксу. Он был покрыт темно-синей чешуей, имел огромные уши-локаторы, цепкие лапки и вырабатывал магическую слизь, которая, по словам Терона, «отлично оттирает ржавчину с доспехов, но разъедает обои». Зигги был всеобщим баловнем и главным поставщиком хаоса.

— И куда этот... Зигги делся? — спросила Алиса, осторожно сбрасывая туфлю с одеяла.

— Убежал. Но он еще вернется. Он теперь считает тебя своей, — серьезно сообщила Сирин. — Он так делает со всеми, кого считает интересными. Приносит подарки. Потом может украсть что-нибудь важное и булькнуть в суп на кухне.

Алиса встала, собираясь позвать служанку для утреннего туалета, и наступила на что-то мягкое. Это оказался второй «подарок» — помятый, но явно дорогой шелковый носовой платок с вышитым в углу гербом — кинжал на фоне горы. Герб Дома Кремневых Вершин, Леди Морганы.

Алиса подняла платок, и ее охватил внезапный, истерический смех. Сирин захихикала следом.

— Зигги не любит леди Моргану. Он однажды пописал ей на плащ. За это его неделю не пускали на кухню.

Мысль о том, как величественная Моргана отмывает драконью мочу со своего изумрудного плаща, окончательно добила Алису. Она рассмеялась так, что у нее заболел живот, и упала обратно на кровать. На минуту все проблемы: зеркала, угрозы, странное влечение к Каэлвану — отступили перед абсурдностью происходящего.

Смех был прерван стуком в дверь. На пороге стояла пожилая женщина с очень обеспокоенным лицом. Это была мастерица Альвида, главная портниха.

— Леди Алис-са, — произнесла она тоном полководца, объявляющего о начале наступления. — У нас кризис. Для выхода на Совет Домов вам необходимо платье. Но у нас проблема.

— Проблема? — насторожилась Алиса, все еще вытирая слезы смеха.

— Это лучшие ткани в кладовых. Но! — Альвида воздела палец к небу. — На каждую у меня есть только три фута. Три фута парчи, три фута бархата, три фута шелка. — И... это мало? — неуверенно спросила Алиса, чьи познания в портновском деле ограничивались умением отличить «синтетику» от «натурального» на бирке.

— МАЛО?! — Альвида взглянула на Алису так, будто она объявила, что Земля плоская. — Леди! Из трех футов можно сделать разве что сорочку для Зигги! Или один рукав для дамы с аномально тонкими руками, но это, простите, к вам не относится. Мы в тупике!

— Проблема, — тихо сказала Алиса, все еще не понимая сути.

Альвида кивнула и разложила на столе три отреза ткани. Первый — тяжелый парчовый, цвета ночного неба с серебряными искрами. Второй — бархат, глубокого, сочного гранатового оттенка. Третий — шелк невероятной тонкости, цвета пылающих углей, переливающийся от темно-оранжевого к кроваво-красному.

Алиса посмотрела на отрезы, потом на драматичное лицо портнихи. Идея появилась внезапно, рожденная смесью абсурда и остатков утреннего веселья.

— А если... не делать цельное платье из одной ткани? Альвида нахмурилась.

— Смешивать? Это... не канонично. Рискованно.

— Но возможно? — настаивала Алиса. — Послушайте. Парча — темная, с искрами. Это — основа. Корсаж и, возможно, длинный шлейф. Бархат — богатый, теплый. Из него — вставки на рукавах, может облегающая юбка-годе. А шелк... — она коснулась переливающейся ткани, — он как огонь. Из него — драпировка на плече, декольте, или... или вставки.

Она говорила, жестикулируя, рисуя в воздухе контуры. Альвида смотрела на нее, и ее суровое лицо начало меняться. От скепсиса к заинтересованности, а затем к восхищенному ужасу.

— Вы... вы хотите одеться как ночь, пробитая огнем. Это... это дерзко. Это безумно. Это либо гениально, либо вызовет такой скандал, что о Совете Домов все забудут, обсуждая ваш наряд.

— Значит, решено? — спросила Алиса. — Я же должна выглядеть в соответствии с моим Домом, Домом Пепла.

— Ладно. Я берусь. Но если лорд Каэлван придет в ярость, я скажу, что это была ваша идея, и уйду в монастырь ткачей.

Портниха собрала ткани и удалилась, бормоча что-то о «сумасшедших иномирянках» и «революции в моде». Алиса осталась с Сирин, и их снова охватил приступ смеха. — Ты будешь выглядеть невероятно! — восхищенно сказала девочка.

В комнату вошел учитель танцев, и Сирин поспешила скрыться, она тереть не могла все эти церемониалы.