Последняя невеста Герцога

Введение

Полностью распоряжаться собственной судьбой был никто не в силах, даже Герцог, бывавший на полях сражений и видя смерть в лицах солдат с которыми встречался пару часов или даже минут назад. Под грохот пушек и оглушающие взрывы повсюду. Но как бы не сопротивлялся Родрик новой попытке своих родителей найти уже даже не достойную партию, а просто девушку из благородной семьи, чтоб подарила наследника старикам, а лучше нескольких, чтоб они уже со спокойными душой и сердцем ждали приближение последнего дня. Долгие упорные споры при каждой встречи после приезда дали свои плоды. Родрик в очередной раз сдался, хотя в душе корил себя за то, что может погубить еще одну молодую душу. Четыре лошади быстро тянули карету по мощеной дороге, сменившую пробитую сквозь лес телегами скорее узкую тропу лишь говорило о том, что они все ближе к поместью новой невесты. Небольшой портрет милой и совсем юной девушке в руке- единственно, что действительно сподвигло Герцога на дальнюю дорогу.

-Ну что ты такой кислый? даже если художники приукрасили ее, то это не особо многого меняет- не дурна собой она уж точно.- с усмешкой произнес старый друг, сидя напротив.- По крайней мере в постели будет заняться с ней.

-Где-то я уже слышал подобное...- с усмешкой произнес Родрик, продолжая смотреть на портрет.


Дорога дальше прошла в молчании, под мерный стук колес о каменную брусчатку, пока на горизонте не показалось поместье Уолшир.

Положение у юной мисс Мэри было незавидное: ее тайна, непозволительная, постыдная и отвратительная, мучила девушку с необычайной силой неустанно. Родители юной мисс были ярыми католиками, которые с детства закладывали основы послушания и благопристойного поведения в свою дочь, а после она принесла первое несчастье в семью – влюбилась в простолюдина, милого молодого человека, и утаить это не смогла, будучи послушной во всем, впрочем, этого и делать не пришлось – Оливия Такер, ее матушка, сразу заметила перемены в поведении своей единственной дочери, понимая, что действовать нужно незамедлительно. Однако, как повелось издавна, запретный плод сладок – даже Мэри не сумела сдержаться и пару раз сбегала на тайные свидания. И если первые прошли замечательно: юная пара гуляла по красивейшему саду, они созерцали ночное светило, то в скором времени горячая кровь юноши решила взять верх над его порядочностью, и он своим непростительным поступком разрушил единственную надежду Мэри выйти за достойного человека замуж и поправить положение семьи. Мистер Такер был почти разорен, пусть и старался всеми силами обеспечивать жизнь своему небольшому семейству, но удавалось ему это с огромным трудом, и он все чаще и чаще болел, чем вызывал немалое беспокойство у супруги и дочери, которые любили главу семейства самой искренней любовью.

А о втором несчастье в скором времени узнала лишь сама Мэри, понимая, что из-за ее ошибки теперь всей ее семье придется нищенствовать, либо же отправляться к ближайшим родственникам отца, чтобы упросить их принять и как-то пристроить дочь – пусть экономкой или нянечкой, лишь бы не на улицу, где лишь одна дорога.

И в миг отчаяния, когда Мэри шла рассказывать родителям о произошедшем, будучи готова сложить свою повинную голову и принять на себя весь их праведный гнев, она застала свою матушку такой счастливой, будто бы случилось какое-то необычайное обстоятельство, что могло спасти их семью от краха. И оно, как оказалось, случилось. Наконец, Господь смилостивился, и даровал Мэри шанс на достойную жизнь после всех испытаний, ниспосланных на нее.

- Мэри, я тебя очень прошу, ты должна понравиться Герцогу, потому осмелюсь настоятельно рекомендовать вести себя подобающе. Забудь про громкий смех, чрезмерную живость – это все в прошлом, как и твое увлечение Гарри. Ты ведь, надеюсь, больше не видишься с ним?
Под пристальным взглядом матери, Мэри почувствовала, как холод пробрался в ее сердце вновь, но она утвердительно кивнула – после той ночи, когда молодой мужчина позволил себе слишком много, она даже видеть его не желала, оборвав в тот миг всех их отношения.

- Вот и умница, Мэри. Герцог – наш шанс. Ты понравишься ему, - приговаривала матушка, пока сама расчесывала длинные мягкие локоны своей дочери, как могло бы показаться, больше успокаивая именно себя, ведь тонкий луч надежды, наконец, появился и для семейства Такер.

- Думаю, тебе пора приводить себя в порядок и надевать лучший наряд. Я отправлю к тебе слуг тотчас же. Ты должна встретить гостя вместе с нами, а, поскольку ожидать его стоит в ближайшее время, то времени у тебя не так много.

Нежно коснувшись подбородка юной леди, Оливия вновь склонилась рядом с Мэри, заглядывая в зеркало и пытаясь воодушевить свою любимую единственную дочь, которая была бледна в этот день сильнее прежнего. Постаравшись улыбнуться матери, чтобы порадовать ее, Мэри вскоре осталась одна, чувствуя вновь, как тошнота подступила, вынуждая девушку прилечь и немного успокоиться, дабы волнение не ухудшало ее положения: для мисс Такер была мучительна сама мысль, что ей придется скрывать свой секрет и не иметь возможности сказать ни в чем не повинному мужчине, что она недостойна его внимания и времени. Однако, она не смела подобным образом подводить свою семью, обрекая на столь незавидную участь, а потому, как только служанки прибыли к ней, девушка сразу же поднялась, позволяя привести себя в должный вид для приема – на кухне уже вовсю готовились блюда, которые мадам Такер приказала подавать к обеду, чтобы не оставить равнодушным спасителя семейства.

Тонкий стан Мэри затянули в платье из светло-голубого шелка с необычайно прекрасными узорами, которые, впрочем, не смели конкурировать с нежной и свежей красотой самой юной леди, только лишь дополняя ее облик и позволяя ей предстать в нужном - целомудренном и благовоспитанном - свете. Ее мягкие шелковистые кудри были убраны наверх, дабы обнажить изящную шейку, на которой в качестве единственного украшения можно было заприметить лишь тонкие нити жемчуга с тремя небольшими топазами – это было семейное украшение Такеров, что передавалось многие века от матери к дочери, а потому и сохранилось именно это украшение для Мэри, учитывая, что многие шкатулки уже были пусты наполовину, дабы избавить семейство от долгов.

Услышав топот копыт и как засуетились в доме слуги, мисс Мэри снова бросила короткий взгляд в зеркало, улыбнувшись своему отражению, ведь этот вид был непривычным для молодой девушки, которая едва ли часто могла видеть столь необычные украшения – ее единственным украшением в обыкновенные дни были четки, которые юная мисс могла не выпускать почти из рук, усердно замаливая свои грехи и умоляя не разорять ее семейство. А теперь ей даровали подобный шанс, потому девушка без промедления направилась к парадной лестнице, успев спуститься и встать рядом с отцом немного раньше того момента, когда слуги распахнули двери, впуская гостя, которого так ждало все семейство.