Последняя осень в Марчвуде

Глава 7

“Насыщенный день”, как оказалось, было даже слишком мягким выражением для того, что началось с самого утра. Если раньше Вивьен считала, что одной только Хизер, мающейся в четырех стенах во время ливня, было нечем себя занять и она придумывала себе развлечения одно страннее другого, то сейчас она прекрасно видела, что и на марчвудцев нашло какое-то новое помутнение.

Колокольчик над дверью начал трезвонить, когда Вивьен еще даже не успела окончить утренний туалет.

– Да что ж это такое, – ругалась Вивьен, шипя и торопясь причесать волосы – не выходить же к посетителям растрепой! – Я была уверена, что запирала на ночь дверь!

– Мисс Вивз, – постучалась в дверь Хизер. – Там опять эта женщина с бессонницей! Эм… у вас там все в порядке?..

– В полном! – процедила Вивьен, прыгая на одной ноге в попытках засунуть другую в сапожок – тот сопротивлялся и, как оказался, был набит еловыми шишками. Кажется, Чарльз решил, что это отличное место для очередного тайника с сокровищами. – Клянусь травами, я сварю из этой мыши суп!

– Что-что? Плохо слышно!

– Я говорю, – повторила Вивьен, – будь любезна, обслужи миссис Тилли сама. Ее чайный сбор хранится в красной коробочке под прилавком.

– Хорошо, мисс Вивз!

Хизер с топотом убежала по коридору вниз. Вивьен потерла виски и посмотрела на сапожок с ненавистью, которая знакома каждому человеку, кого хоть раз выдергивали из привычной утреннеей рутины непредвиденными делами.

– Так, попробуем еще раз…

Когда она наконец спустилась, слегка прихрамывая, вниз, миссис Тилли уже не было.

– Доброе утро, мистер Бейнс, – поздоровалась Вивьен с покупателем, перед которым стояло сразу три фарфоровые суповые тарелки – элегантная серая, белая с нежными голубыми колокольчиками, и лазурная с зеленоватыми прожилками, будто была выточена из цельного минерала. При взгляде на них у нее заныло сердце.

Мистер Бейнс был как раз из тех людей, кто минимум раз в неделю что-нибудь разбивает. Вот и сейчас Вивьен казалось, что он выбирает не просто посуду, а следующую жертву. Причем делал это с неизменной разборчивостью. Вивьен даже пришлось отвернуться, пока Хизер заворачивала ему в красивую бумагу выбранную тарелку (ту самую, бирюзовую) и перевязывала ленточкой.

– Идите сюда, мои малышки, – тихонечко проворковала она двум оставшимся, унося их обратно к витрине. – Не бойтесь, вас купит кто-то другой, тот, кто будет обращаться с вами бережно.

Пришел посыльный с толстым конвертом из “Кофейной ассоциации” (Вивьен, только взглянув на адрес, тут же кинула письмо в камин, не распечатывая) и мальчишка из мэрии с напоминанием об обещанных “семи планов для проведения Самого Лучшего Праздника”.

– Уже семи, – ворчала Вивьен, глядя вслед мальчишке, что на ходу уплетал предложенное угощение – большое коричное печенье в форме звезды. – Надо поторопиться, а то так скоро и до десяти дойдем.

Пришла миссис Пэйдж за серебряной ложечкой в подарок на первый день рождения внука; мистер Морган с долгожданной коробкой приправ, которые давно уже требовалось пополнить; болтушка Мэгги за тростниковым сахаром… Все приходили, проходили, топтались, здоровались, просили показать “что-нибудь еще”, “хочется чего-то новенького”, “а давайте еще раз посмотрим первую”, “нет, все-таки выберете сами”...

У Вивьен голова шла кругом, даже при том, что Хизер, освоившись полностью, взяла на себя почти все общение с покупателями – ей только надо было подсказывать, иногда словом, иногда одним только взглядом, где что лежит.

Лежало все, к слову, как будто не там, где должно. Несколько раз сама хозяйка “Сервизов” впадала в ступор, вместо коробочки с кристаллами, лежащей в левом ящике стола под кассой, найдя горсть желудей, еще влажных, как будто только что принесенных с улицы. Или когда вместо новеньких льняных салфеток, расшитых гладью веточками рябины, обнаружилась стопка прошлогодних газет, которыми Вивьен прокладывала цветы, когда сушила их для гербария. Вивьен списывала это на проделки Чарльза или неуклюжесть Хизер, но терпение ее стремительно таяло.

– Хизер! – не вытерпела Вивьен. – Где смесь “Пряный мандарин” для мистера Гарденера?

– Не знаю, мисс Вивз, – откликнулась та из кухни, где как раз раскладывала привезенные мистером Морганом товары.

– Но я же только вчера поставила ее сюда, – Вивьен нахмурилась. – Не понимаю…

Она еще раз осмотрела все полки, ящички и шкафчики, залезла даже под прилавок, но не нашла ничего, кроме подсохших следов от резиновых сапог на полу.

– Хизер, я же просила – не ходи в грязной обуви по дому!

– Простите, мисс Вивз!

Открыв дверцу шкафчика, Вивьен в замешательстве застыла, глядя на красную коробочку.

– Хизер, – позвала она, открыв коробочку и убедившись, что там именно то, что она ожидала увидеть. – Я думала, ты продала миссис Тилли ее чай для сна.

– Я и продала, – подтвердила Хизер, выходя к ней из кухни.

– А это тогда что?

Девушка нахмурилась, рассматривая коробочку в руках Вивьен.

– Не знаю, мисс Вивз. Та, что я отдала миссис Тилли, была почти такая же – только к ней еще была прикреплена маленькая записка. “Не больше трех чашек в день”. Я и подумала…