Последняя проклятая луна

Глава 2 Момент невозврата

Обычно, когда дела идут хуже не куда, глубоко внутри человека всегда теплится надежда, что станет лучше. Да, сказанных слов не забрать, а проступок не изменить, но всегда можно попытаться надеяться чужое понимание. Но что-то мне подсказывает, что сейчас эту ситуацию нельзя так охарактеризовать.

Оторвав, с огромным усилием, глаза от моего «защитника», я замечаю, что этим придурком, не умеющим держать свои клешни при себе, был Ганс. В принципе, здесь подобной выходки можно ожидать от каждого присутствовавшего, но почему-то уверенность именно в нем просто неумолима.

Я никогда не считала себя красоткой. Раньше меня только дразнили за то, как я выгляжу, когда я была ребенком, но сменив место жительства, после вынуждающих на этот шаг обстоятельств, я заметила, что мой внешний вид изменился. Но лучше мне от этого не стало.

Как живой пример, сейчас под руку попался Ганс. Его не смущало, что он мне в отцы годится. Он всегда отзывался обо мне громко и коротко. Часто говорил, что с такой задницей надо сидеть дома на коленях у мужа, а не щеголять по забегаловкам.

Я была бы не я, если бы спускала такое с рук. Может я и правда, слишком часто спускала свой гнев именно на нём?

Так как магии у меня осталось мало, по сравнению с тем, что было, то иногда приходилось опускаться до полной низости. К примеру, плюнуть в кружку, наколдовать камушек у выхода из таверны, чтоб тот споткнулся и, конечно же, случайно чем-нибудь облить, как хотелось и сейчас.

Но сейчас дела обстояли кардинально по-другому. Ганс позволил лишнего, я бы его облила, он бы наорал и ушёл. Видимо, звезды сошлись сегодня так, чтобы доставить мне чуть больше неприятностей, чем обычно.

Здоровяк возвышался над провинившимся пьяницей и сверлил его взглядом. Джо даже ухом не повел, мол, не его работа. Сью на мгновенье выглядывает с кухни, чтоб проверить, что творится в зале, но быстро возвращается к своим делам, и тут я замечаю, что во всей таверне стоит гробовая тишина и все уставились на нас.

Даже если иголка упадет, то это будет оглушающее. Но тут тишину прерывает Ганс:

- Что ты сказал? Что мне сделать? – пялясь на Реймонда неясным взглядом.

- Извинись перед леди, - от такого тона я и сама уже готова сама перед собой извиниться.

- Ха-ха! Перед леди!? Ты кто, мать твою такой, и где ты здесь леди увидел? – Ганс начал медленно оглядываться, поднеся ладонь ко лбу, словно выглядывает землю с корабля.

Тут уже влезают в разговор его собутыльники. Всего их двое и один из них громко сплевывает на пол, а после делает свой вклад в беседу:

- Он, похоже, принял эту девку за леди, – молвит этот верблюд в человеческой одежде, подтирая рукавом слюну с нижней губы. - Мне жаль, брат, но ты ошибся. Эта косорукая не заслуживает извинений. Кроме милой мордашки и задницы у неё ничего нет. А мой друг просто решил подбодрить её, а то она работает паршиво и только языком чешет, - последнее он произносит, одобрительно похлопывая Ганса по плечу.

- Да, - встревает третий,- будто мы не видели, как вы там зажимались. Так что шел бы ты отсюда, раз получил своё и не лез, куда не просят, - завершая свой совет звучной отрыжкой.

Я не помню их имен, и оно мне не надо, ведь всегда игнорировала все что, мне тут говорили и предлагали. Моя гордость не была задета, со мною случались вещи и похуже, чем пошлые намеки и шлепки. Единственной моей задачей было залечь на дно, скрыться. Да, иногда я мстила таким придуркам, но не ввязывалась в открытый конфликт. А тут, видимо, придется.

- Последний шанс извиниться перед девушкой, – все так же спокойно ответил мой защитник.

- Да черт с два, - Ганс хлопает кулаком по столу. - Шёл бы ты отсюда, мальчишка. Даже эль пить не умеешь, а тут девку решил впечатлить, – прокаркал виновник и загоготал, лупя по столу сильнее. Дружки его поддержали, а после и все присутствующие.

- Вот именно, - ввязался вновь второй, тощий, - весь стол слюнями забрызгал после малюсенького глоточка! – и захихикал мерзко, как гиена.

«Тебе ли про слюни говорить, чудовище?!».

Глаза моего нового знакомого так ясно говорили о том, что дальше должно произойти, что я решила попытаться предотвратить дальнейшие события.

- Реймонд, все хорошо, не волнуйтесь. Ничего не случилось, вы же говорили, что вам пора в дорогу, – я вновь постаралась мило ему улыбнуться, намекая, что ничего страшного не случилось.

- Вот именно, малец, - Ганс поднялся из-за стола и заглянул в глаза противнику,- шёл бы ты, пока за тебя девка заступается, да и сам идти можешь.

Если раньше Реймонд поглядывал на меня, чтобы убедиться, как я, то теперь всё его внимание было сфокусировано на Гансе. Разница в росте была очевидна. Трудно было судить о страннике, пока он сидел. Но Ганс был на полголовы его ниже и если мой защитник был, словно гора и состоял из мышц, то брюхо первого играло роль знатного щита.

- Ну что, мелкий ублюдок, - прошипел пьяница, - сдал назад, да? – как же это смешно звучало со стороны! Ведь как угодно можно назвать Реймонда, но уж точно не мелким!

И пока Ганс пытался, ухмылявшись, потянуться за своей кружкой эля, Реймонд хватает его за загрудки и бьёт головой в нос. Раздаётся противный треск, после чего мужчина падает обратно на скамью.

Тощий хватает кружку и тянется через стол, для удара в голову, но мой друг быстрее и левой перехватывает рукой его, а правую кладет ему на затылок и с усилием опускает голову на стол. И вновь слышится треск, на дерево брызгает кровь.

Третий налетает на Реймонда со стулом, но тот подсев, перехватывает его и делает подсечку. Пьяный урод от неожиданности выпускает стул и им же мой защитник в вырубает лежачего.

Ганс попытался привстать, держась за стол. Несмотря на его состояние, ему это удается с первой попытки и он, сплевывая кровь, льющуюся с носа ему в рот, ревёт:

- Чего вы расселись, олухи, и смотрите, а?! – он пребывает в таком шоке, что его земляки просто сидят и наблюдают. - Какой-то выродок приперся в наш город и учит, как обращаться с нашими девками! Мужики, надо выбить из него эту дурь, да так хорошо, чтоб уроду срать больно было!