Последняя пуля Джо Мелоу

Глава VI. Последняя встреча

Ночь в том городе выдалась тягучая и тихая. Воздух стоял неподвижный, будто сам мир замер, ожидая развязки. В окнах домов теплели огоньки, дети спали, а где-то вдалеке выл койот. Но в доме на окраине, у старого платана, жизнь догорала особенно ярко.

Джозая Букер провёл день с семьёй, словно знал — это его последний рассвет. Он смеялся, подбрасывал маленькую дочь в воздух, рассказывал сыну истории о ковбоях и золотых рудниках, гладил волосы Грейс, её взгляд то и дело задерживался на нём, словно она не понимала, откуда в нём вдруг взялась такая неистовая нежность. Он держался, но в уголках глаз всегда стояла тень — и Грейс это чувствовала.

А Джо в это время сидел на ступенях трактира, сжимая в ладони пистолет. В его голове гремели голоса: “Убей его!” и “Прости…”. Но ни один не становился победителем.

⸻

В полночь он пришёл. У дома Букеров. Луна серебрила забор, траву и скрипучие ступени крыльца. Джозая вышел сам, без оружия, без шляпы, словно человек, которому больше нечего скрывать. Его лицо было усталым, но в глазах не было страха.

— Знал, что ты придёшь, Джо, — тихо сказал он, не делая ни шагу ближе. — Всю жизнь я ждал этой минуты.

Джо поднял револьвер. Пустой, но Джозая этого не знал. Рука дрожала, палец скользнул к курку.

— Скажи только одно, Джозая. Почему?

Молчание повисло между ними, только ночные цикады стрекотали в траве. Наконец, Джозая заговорил:

— Ты думаешь, я хотел её? Думаешь, я ждал момента, чтобы ударить тебя в спину? Нет. Мы с Грейс спасались. Тогда, в каньоне… я видел, что если не брошу тебя, погибнем все. Я думал, ты мёртв, Джо. Понял? Я верил, что ты остался там, среди камней и крови. А Грейс… она не смогла ждать мертвеца.

Он опустил голову.
— Я всю жизнь ношу этот груз. Я построил дом, растил детей, но каждую ночь я видел твоё лицо. И ждал, что однажды ты вернёшься.

Джо слушал, не отводя взгляда. В груди всё ломалось. Ненависть и боль, любовь и утрата — всё сплелось в единый узел.

— Скажи мне, — хрипло произнёс он. — Ты хоть раз любил её так, как я?

Джозая закрыл глаза.
— Я любил её иначе. Но, Джо… она всегда носила твой кулон. Даже сейчас. — Он кивнул в сторону окна, где виднелся женский силуэт. — Она никогда не переставала тебя помнить.

Рука Джо дрогнула. Он поднял пистолет, но палец так и не смог сжать курок. Потому что в глубине он уже знал — патронов там нет. Он сам решил это ещё до встречи.

⸻

И вдруг — детский крик.
— Папа! Осторожно!

Из дома выбежал Джесси, двенадцатилетний мальчик. В руках у него блеснул нож. Он видел Джо у окна днём, видел револьвер и решил, что защищает отца.

— Нет! — выкрикнул Джозая, но было поздно.

Мальчик вонзил нож прямо в живот Джо. Лезвие вошло мягко, беззвучно, как будто в ткань. Джо закачался, револьвер выпал из руки, он опустился на колени.

Всё вокруг застыло. Джесси, бледный, с расширенными глазами, отшатнулся.
— Я… я хотел защитить… — лепетал он, роняя нож. — Я не хотел… папа, я…

Джозая бросился к Джо, опустился на колени, пытаясь закрыть рану руками.
— Держись! Слышишь? Сейчас… сейчас я позову врача, всё будет хорошо!

Но Джо уже чувствовал, как кровь теплом заливает его грудь. С каждой секундой становилось легче. Легче, чем за последние годы.

Он раскрыл ладонь. В ней был кулон. Взгляд его упал на фотографию: он и Грейс, молодые, смеющиеся, ещё до предательства. Слеза скатилась по обезображенному лицу.

Он поднял глаза на Джозаю. Впервые — без ненависти.
— Я… прощаю тебя… — прошептал он.

И в этот миг его взгляд остекленел.

⸻

Тишина. Мальчик плакал, обнимая отца за плечи. Джозая прижимал мёртвого друга к груди и шептал бессвязные слова извинений, которых тот уже не слышал.

На крыльце стояла Грейс. Она видела всё. В её руках дрожал платок, глаза блестели слезами.

А луна над пустыней светила так же спокойно, как и в тот день, когда Джо впервые увидел её смех.