Последняя роль для попаданки, или Кто убил Золушку?

Глава 8. Магический срыв

Они снова на меня смотрят. Перегнула, да? Черт, надо было все-таки изначальной роли придерживаться. Добавила неуверенности в голос, глаза опустила.

- Ну, вы ведь мужчины, я думала, что могу полагаться на вашу защиту… И то, что меня оставили без ужина, я думала, что это должно было быть связано… Еда и отравление… Хотя бы нашли того, кто это сделал? – просительных интонаций в голос и глазки поднять, смотрю с надеждой.

Я прекрасно знала, что никого они не нашли. Да и не искали, потому что, похоже, что кроме самих себя, их вообще ничего не волнует. Какие же они все-таки мальчишки! Избалованные, самонадеянные… И мнят себя пупами Земли, как же, имеют право решать чужие судьбы! Да их бы любой десятилетка из нашего интерната в два счета обул.

Первый раз с теплом подумала о времени, проведенном там. Дети в интернате жестоки, но они этого и не скрывают, и держатся своих, непонятных для обычного человека, неписанных законов. А чего держатся эти притронные ребятки, выросшие в тепле и неге и наверняка наделенные по праву рождения немалой властью? Вряд ли от них стоит ждать чего-то хорошего, судя по тому, в каких условиях оказалась Золушка. Да, принц действительно оказался влюбленным. В себя.

- Мы держим это дело на контроле, – сообщили мне.

Да-да, я так и поняла… С центральных каналов я постоянно слышала похожие пустые фразы и удивлялась, что кто-то им верит. Придуманные и раздутые новости, искаженные в угоду кому-то факты, ток-шоу и дискуссии, где переливают из пустого в порожнее… Я не хотела смотреть, как замыливают глаза, раздувая из несуществующей мухи слона и пряча шило в мешок, но вот я здесь. Чтобы убедиться, что властьпридержащие везде одинаковы – жадные и эгоистичные трусы, изо всех сил цепляющиеся за свое место, неспособные увидеть ничего дальше своего носа. Это я про принца, если что. Завел себе «невесту», так хоть позаботься, чтобы она была накормлена и одета, а так поселил где-то на отшибе, в гардеробе три сарафана и лапти, а есть ей, что Бог подаст, так что ли?

Короче, разозлилась я изрядно. И зря. Тут же закололо кончики пальцев. Я испугалась – нападения на монаршую особу мне точно не простят. И тут же руки вспыхнули по локоть. Я замерла, боясь пошевелиться, но в смеси паники и страха не было места теплым мыслям. Я быстро поняла, что это провал. С магией этой дурацкой точно не справлюсь, потому что как я не пыталась успокоиться, а огонь уверенно охватил уже и плечи. Подумала, что, кажется, снова умру, на этот раз во сне. Закрыла глаза, потому что их жгло от слез, так жалко было расставаться с братиком, и приготовилась к новой встрече с родителями. Надеюсь, что уже навсегда.

Тристиан

Девушка внезапно вспыхнула. Сначала на кончиках ее пальцев появились искорки, и она глянула на них с досадой и неудовольствием. Потом огонь охватил ее ладони и стал подниматься по рукам, она смотрела на них с мукой и отчаяньем, что-то шептала, а из глаз текли слезы. Когда огонь охватил ее плечи, она закрыла глаза. Трис тогда только сообразил, что магом избранница его друга не была и скорее всего, понятия не имеет, что с этим делать.

А принц замер на диване и смотрел, как огонь поглощает его невесту. Еще немного и начнется пожар. Тристиан плюнул на приличия и рванул к девушке. Почему-то старая неприязнь отошла в сторону, он смотрел сейчас на Левронию, и ему было искренне жаль ее. Филипп на самом деле не проявил к девчонке ни капли участия, только демонстрировал придуманную «влюбленность», ладно, хоть ума хватило вернуть ее во дворец. Хотя, кто знает, может быть, дома ей было бы безопаснее. Да, девочка права, они непозволительно легкомысленно отнеслись к ее появлению во дворце, где так много людей продвигают свои интересы. Но посыпать голову пеплом он не стал, создал щит, шагнул к избраннице принца и стал укутывать ее. Магия девчонки оказалась неожиданно сильна, и Трису пришлось укутать ее плотно-плотно. Но огонь бесновался под щитом, и тогда Трис поступил неожиданно для самого себя – подхватил ее на руки, сел в кресло и усадил ее себе на колени. Стал успокаивать и девчонку, и магию, прижимая свой поглощающий щит руками к ее телу.

- Тише, тише, успокойся, ­– говорил он. – Все будет хорошо, мы не дадим тебя в обиду. Мы большие идиоты, но мы исправимся. Даю тебе слово.

И огонь утих, а девчонка расплакалась у него в руках. Уткнулась в рубашку и затряслась мелкой-мелкой дрожью. Впрочем, недолго.

- Извините, – сказала она и попыталась отстраниться. – Что-то я совсем расклеилась, сил нет. Мне бы поспать… А есть выпить? – Внезапно спросила она.

- Здесь нет, – ответил Тристиан. Отпускать девушку ему совсем не хотелось. Но и предлагать ей вино после магического яда и магического всплеска было нельзя. И он против воли прижал ее к себе крепче. – Не стоит сейчас возвращаться назад, останетесь здесь. Это гостевые покои, вам принесут все необходимое, Филипп лично проследит, чтобы вы ни в чем не нуждались.

Трис строго посмотрел на друга, который наконец-то пришел в себя и недобро сверкал на него глазами. Филипп чуть смутился, но подтвердил слова приятеля:

- Да, я проконтролирую, чтобы у вас все было.

Он подошел к парочке в кресле и протянул девушке руку:

- Пойдемте, я покажу вам здесь все и поставлю защиту, чтобы никто не мог потревожить ваш сон.

Девушка взглянула на него пристально, подумала мгновение и протянула ладошку. Мысленно Филипп довольно усмехнулся, склонился и поцеловал руку «невесте». Поправил сползшее покрывало, приобнял за плечи и повел в спальню, показывая, где и что находится.

Теперь Трис остался сидеть в кресле, недобро сверкая глазами им вслед.

Лера

В общем, сон-не-сон, а нервишки сдали. Шуганулась я знатно, когда эта магия наружу полезла. Знаете, я категорически перестала понимать, что за выверты мне подсознание выдает. Нет у меня никаких нереализованных фантазий, ни с магией, ни с покорением мира связанных. Я обычный человек, самый-самый обычный. Среднестатистический. Вот зачем мне магия эта, а? Особенно такая опасная и неуправляемая.