Последняя роль "Шустрика"

Глава 16. Суд – открытия и потрясения.

Ирина

…Ирина довольно сильно нервничала. И не от того, что чувствовала какую-то угрозу, нет. Просто она поймала себя на мысли, что в зале суда, не в качестве зрителя, а участника, она не была ещё с учёбы в университете            . А вот сейчас она сидит за столом, рядом с ней адвокат, а напротив – её противники и обвинители. Вернее, обвинитель, собственно говоря, один. Остальные – это исполнители его воли за его деньги, но это уже, что называется, детали. Главное – что она участник процесса. И так странно складывается, что рядом с ней не просто её адвокат, а, можно сказать, компаньйон по бизнесу. И этот бизнес – не картинная галерея, а юриспруденция. Как всё сильно поменялось в её жизни за посление несколько недель…

Зал постепенно наполнялся людьми. Подходили просто зрители, подошло несколько человек, которые сели на скамейку у стены, а один из них – долговязый и худощавый субьект. Судя по всму, выходец из Средней Азии,   подошёл к Аркадию и перекинулся с ним парой слов, после чего тот кивнул одному из усевшихся на скамье у стены – невысокому толстяку с татуировкой на шее. Тот охотно вскочил и вразвалочку подошёл прямо к их столу и, наклонившись над Ириной, даже не проговорил, а пробулькал:

- Так это ты…

Договорить фразу он не смог, так как получил непонятный импулсь откуда-то сбоку и улетел в сторону, с размаху грохнувшись на пол плечом, а головой ударившись в судейский стол. Ирина повернула голову в сторону импульса и увидела лысого мужчину в бежевом пиджаке, который стоял на одном колене:

- Извини, дорогой.., - хрипло сказал, - крышечку уронил, - он показал обалдевшеу толстяку какой-то кружок, - а ты на неё чуть не наступил…

Толстяк сначала встал на четвереньки, не сводя с лысого глаз, а потом поднялся и уставился на того, кто его сюда отправил. «Азиат» щёлкнул пальцами, явно недовольный происшедшим, и решительно двинулся к столику Ирины. Но уже на втором шаге его живот упёрся в серфи-палку, на которой был укреплён смартфон. Это сооружение принадлежало, по сути, вчерашнему подростку, который, по первому впечатлению, являлся блогером, который пытался вести прямой репортаж с места событий. «Азиат» попытался отвести преграду в сторону, но «блогер» только помотал головой:

- Не-е…вот туда ходить не надо! Ну, мало ли…, - он пожал плечами, словно намекая, что в противном случае может произойти что угодно. О том же говорил многозначительный взгляд привалившегося к дверному косяку входных дверей рослого и мощного парня в дижнсовом костюме. «Азиат» сделал шаг назад и оглянулся на Аркадия. Тот был явно ошарашен происходящим. Он,похоже, всякого ожидал в течении самого процесса, но что у Ирины окажется охрана, способная противостоять агрессивному воздействию – это было для него полной неожиданностью. Он отрицательно покачал головой и «Азиат» вернулся на место. А «блогер», словно ничего и не произошло, продолжил увлечённо настраивать трансляцию.

Ирине стало не по себе. Нет, она догадывалась,что Шустрик сделает всё для того, чтобы она была в безопасности, и она в этом убедилась, когда её сегодня утром доставили в зал суда двое крепких парней, а средством доставки был большой «джип», но чтобы вот так, быть готоыми пойти на прямое столкновение…Пожалуй, впервые за всё это время она порадовалась, что она только играет роль девушки Олега, потому, что, похоже, что он из себя  представляет, не знает, не только она, но и очень многие люди. Равно, как и чем он занимается по жизни. Как говорил один парень с паралельного потока «если он актёр – то я – железная дорога»…

Она повернулась вправо. Сидящий рядом Борис вообще не обратил внимания на происходящее, из чего Ирина сделала вывод, что он об Олеге знает чуть больше, чем она, почему и не удивился происходящему. Следовательно, нужно было вести себя аналогично. Поэтому она проводила «толстого», который на ходу держался за голову, ироничным взглядом и стала читать документы, которые положил перед ней Семеняка.

Через какое-то время в зале суда появилась секретарь. Уселась на своё место, разложила свои вещи, потом прижала палец к уху, что-то выслушала и, встав, одёрнула блузку и торжественно произнесла:

- Встать, суд идёт!

Ирина вздрогнула. Нет, не потому, что ей стало страшно. Просто ей почему-то показалось, что с этой фразы у неё начинается совершенно новая жизнь. Не факт, что она будет лучше прежней, но то, что в ней появится много нового – это однозначно. Она встала, и повинуясь уже этому новому ощущению, посмотрела на Аркадия, который смотрел на неё взглядом хищника, который наконец-то загнал дичь в безвыходное положение. Их взгляды пересеклись и Ирина, неожиданно для самой себя, только покачала головой, мол, ну смотри, ты сам напросился…Аркадий правильно её понял, и его лицо вытянулось от удивления. Но Ирина уже не смотрела в его сторону, а оценивала начинающийся процесс, так сказать, с точки зрения человека, разбирающегося в юриспруденции, а не потенциального осуждённого. И, в связи с этим эмоции Аркадия её мало беспокоили.

Судья, женщина с многозначительной  в этом помещении фамилией Срокова, приступиала к своим обязанностям, зачитывая суть данного процесса, кто является истцом, кто ответчиком, кто присутствует и тому подобное. Ирина, время от времени бросая взгляды на Аркадия и его адвоката, отметила две особенности. Первая – Аркадий был очень уверен в себе, можно сказать, даже был слегка напыщен. А вот адвокат выглядел крайне собранным и даже слека напряжённым. Судя по всему, как человек опытный, он понимал, насколько сложным и непредсказуемым может оказаться этот процесс. И второе. У сидящего за спиной Аркадия невысокого субьекта лет 50 в ухе был наушник, и было видно, что он напряжённо вслушивается, боясь что-то пропустить. Предположение, что он слушает какой-то спортивный репортаж, Ирина отмела. Скорее всего, они ждут какой-то важной информации, которая до сих пор не прихоит.